Страница 21 из 34
— Ты не представляешь, как долго я ждала, что кто-то пробьет эту его броню, — сказала она, когда я закончила. — После гибели родителей он закрылся ото всех. Винил себя за то, что не смог их защитить. А когда появилась ты... он испугался. Истинная пара для него — это не только дар, но и бремя. Ответственность. Страх снова потерять. Вот он и выстроил стену.
— Но теперь стена рухнула, — я задумчиво провела пальцем по краю чашки. — И я не знаю, что будет дальше. Я ведь не Эйлин. Я... другая.
— Я знаю. — Лейра отпила чай с таким спокойствием, что у меня перехватило дыхание. — Я дракон, хоть и слабый, но кровь чувствую. Энергия у тебя иная — тоньше, светлее, ее не спутаешь. Но какая разница? Главное, что Каэль счастлив. Впервые за много лет.
Мы помолчали и это молчание было теплым, почти родственным. Потом Лейра вдруг подалась вперед и в ее глазах зажглись заговорщицкие огоньки.
— Хочешь совет? Не пытайся понять все сразу. Просто будь с ним. Драконы чувствуют искренность. А он, как никто другой, нуждается в ком-то, кто будет рядом. Не из страха или выгоды, а по велению сердца.
Я кивнула, не зная, что ответить. Искренность — да, это я умею. Но веление сердца... Слишком быстро для меня, слишком ново. Однако искра внутри уже разгоралась — та самая, что вспыхнула в башне и теперь отказывалась гаснуть.
Допрос у лорда Торнвуда прошел куда спокойнее, чем я ожидала. Малый кабинет встретил нас запахом старого дерева и сургуча. Торнвуд сидел за столом, перебирая бумаги и был сама любезность — учтив, сдержан, безупречен. Каэль стоял у окна, скрестив руки на груди и бросал на меня короткие, но теплые взгляды, от которых внутри все переворачивалось.
— Леди Вальтер, — начал Торнвуд, откладывая перо, — я изучил улики. Платье, письмо из библиотеки, показания стражников. Картина ясна. Ормонд Кэмпбелл и его сообщники планировали убить вас, чтобы дракон Рейнар потерял разум, а затем захватить власть на Севере. Вы не только раскрыли заговор, но и предоставили неопровержимые доказательства. Империя этого не забудет. Император будет проинформирован лично.
— Благодарю, лорд Торнвуд, — я склонила голову, чувствуя тяжесть происходящего. — Что будет с арестованными?
— Суд состоится в столице. Для Ормонда это, скорее всего, казнь. Дарион, как соучастник, может избежать смерти, если даст показания против других членов ордена «Вечного Круга». Но это уже забота Имперского Трибунала.
— Я хочу быть на суде, — слова вырвались прежде, чем я успела их обдумать, но произнеся их, я поняла, что это правда. — Я должна увидеть, как справедливость восторжествует.
Торнвуд кивнул и сделал пометку в бумагах — быструю, точную.
— Разумеется. Ваше присутствие будет необходимо как главной свидетельницы. А пока позвольте вручить вам это.
Он протянул мне маленький бархатный футляр. Я открыла его и замерла, на темном бархате лежала брошь — серебряный дракон с рубиновыми глазами, алыми, как капли застывшей крови.
— Знак личной благодарности Императорского Дома,— в голосе Торнвуда прозвучала нотка торжественности. — Носите ее с честью.
Я приколола брошь к платью и пальцы чуть дрожали. Краем глаза я заметила, как Каэль расплывается в улыбке за моей спиной — той самой, от которой у меня слабели колени. Похоже я только что перестала быть просто женой лорда. Я стала личностью, отмеченной самим Императором.
Когда Торнвуд ушел, Каэль подошел и обнял меня за плечи. Просто, буднично, словно делал так всю жизнь.
— Ты удивительная, — прошептал он, касаясь губами моего виска. — Даже не представляешь, как я горд, что ты — моя пара.
— А я еще даже не представляю, что значит быть парой дракона, — улыбка тронула мои губы.
— Значит, у нас впереди много времени, чтобы ты узнала.
Остаток дня пролетел как одно мгновение, наполненное простыми, почти забытыми радостями. Мы гуляли по саду — уже без страха слежки, без оглядки на чужие глаза. Я рассказывала ему о своем мире, о небоскребах, пронзающих облака, о машинах, мчащихся быстрее лошадей, об интернете, опутавшем весь мир невидимой сетью и о кофе — горьком, ароматном, без которого я не могла представить ни одного утра. Он слушал, затаив дыхание и задавал вопросы, поражаясь вещам, которые мне казались обыденными. Взамен он поведал о драконьих традициях — о языке пламени, понятном лишь истинным, о ритуале первого полета, когда дракон несет свою пару на спине сквозь грозовые облака, о магии Севера, древней и суровой.
Вечером, когда мы сидели в библиотеке у камина и огонь рисовал на стенах пляшущие тени, в дверь постучали. Вошел стражник с встревоженным лицом — той особенной тревогой, которая не предвещает ничего хорошего.
— Милорд, простите за вторжение. Прибыл гонец из столицы. Срочное послание для вас.
Каэль взял свиток, сломал печать и пробежал глазами по строкам. Я увидела, как меняется его лицо. Сначала бледнеет, потом темнеет, а на скулах проступает едва заметный узор — тень чешуи, признак сильного волнения.
— Что случилось? — Я поднялась с кресла, чувствуя, как внутри все сжимается в тугой узел.
— Император. — Голос Каэля звучал глухо. — Он требует моего немедленного прибытия в столицу. И тебя. Вместе. Говорит, что раскрытие заговора — лишь часть гораздо более масштабного плана. Орден «Вечного Круга» проник глубже, чем мы думали. В том числе — в личную гвардию Императора.
— Это ведь хорошо? То есть плохо, но... — Я запнулась, пытаясь переварить услышанное. — Мы ведь едем?
— Да. — Он сжал свиток с такой силой, что побелели костяшки пальцев. — Но есть кое-что еще.
— Что?
— Гонец передал на словах кое-что... личное. — Каэль отвернулся к окну и я видела, как напряглись его плечи. — Сегодня утром я почувствовал странную слабость. Дракон внутри ведет себя тихо. Слишком тихо. Я думал, это просто усталость после обращения. Но теперь... — Он посмотрел на меня и в его золотых глазах промелькнул страх — не за себя, за нас. — Связь истинных истончается. Ритуал «Отречения», который ты планировала... Возможно, он уже начался. Без нашего согласия. Потому что ты, пусть и невольно, отказалась от меня в своем сердце. И дракон это чувствует.
Холод сковал сердце — тот самый, глубинный, что не имеет ничего общего с температурой воздуха. Я вспомнила строки из трактата, прочитанные, казалось, в другой жизни: если один из пары искренне желает разрыва, связь начинает слабеть, даже без формального ритуала. И тогда второй — дракон — медленно теряет силу, разум, себя. Я сама того не зная, запустила процесс его уничтожения.