Держите декана.

Глава 11

Понятное дело, Лури согласилась приехать в гости. В столице у нее были только комнаты в преподавательском общежитии, но в университете сестрица не желала находиться, потому что там в любую минуту мог появиться «подколодный змей». Титулы короля Фердинанда множились, и я не знала, стоит ли заводить с сестрой важный разговор, но на третий день ее пребывания в особняке Морицев все-таки рискнула. Лури как раз сидела в гостиной, меланхолично смотрела в окно и непривычным бездействием почти что пугала меня. Хорошо хоть, до конца каникул осталось не так долго!

— Доброе утро, Лукреция.

Мое собственное настроение улучшилось, но надолго ли, пока не знала – проблема так и осталась проблемой.

— Доброе? – Лури вгляделась в мир за окном. – Холодно, снежно, сыро. Фу.

— Так зима ведь, – попыталась оправдать время года.

— И что с того? – Сестрица обернулась ко мне. – Зима и зима, но все равно холодно, снежно и сыро.

И вот как с ней разговаривать? Хуже Лукреции бушующей была только Лукреция депрессивная.

— Мне нужно с тобой поговорить, – решилась и села напротив.

— А мы сейчас чем с тобой занимаемся? – Сестра изогнула тонкую бровь. – Разговариваем, не так ли?

— Лури, не начинай! – Злость подняла голову. – Дело на самом деле важное, и мне нужен твой совет. А главное – молчание.

— Секретики? – прищурилась сестра.

— Да.

— Выкладывай. Я буду нема как рыба.

Я огляделась по сторонам, но Энджела не было видно. Его пригласили на ужин в дом Мелинды, и он с самого утра мучил Рея то выбором костюма, то выбором подарка.

— Наш новый декан может оказаться вражеским шпионом, – прошептала, наклонившись к Лукреции.

— Что? – Та уставилась на меня. – Ты уверена?

— Нет. Это-то и надо доказать. Дин поручил разведку Рею, Рей рассказал мне, я – тебе. Только на этом и закончим цепочку! Хорошо?

— Само собой. И почему декан Хайтон попал под подозрения в шпионаже?

— Потому что он долгое время жил за границей, а потом резко вернулся и подал документы, чтобы устроиться на работу именно в наш университет. То есть он мог искать доступ к редким заклинаниям.

— Подожди! – Лукреция задумчиво покусывала губу. – Если этот Хайтон может быть опасен, почему Дин позволил ему работать в университете Гарроуз?

— В том-то и дело, что прямых доказательств нет. А Дин хочет знать наверняка, виноват Хайтон в шпионаже или нет. А я не могу придумать, как заставить его раскрыть свои истинные замыслы. Поможешь?

Лури кивнула. В ее глазах появилась искра, и можно было надеяться, что сестрица из кожи вон вылезет, но найдет способ мне помочь.

— И все-таки не понимаю, чем руководствовался его величество. – Без шпильки в адрес Дина не обошлось. – Зачем пускать лиса в курятник?

— Кстати, о лисах. Мне кажется, что декан Хайтон – оборотень.

— Да ты что!

Теперь в глазах сестры была уже не искра, а настоящий пожар охотничьего азарта, потому что магия оборотней в нашей стране являлась крайне редкой, а вот слюна оборотня и его кровь – ингредиентами очень ценных зелий. А какой материал для исследований! Конечно, никто не говорил, что с декана Хайтона спустят шкуру – существовали и более гуманные способы получить все необходимое, но нужно выяснить, стоит ли отправлять несчастного Дерека «на опыты».

— Теперь я точно в деле, – улыбнулась Лури с предвкушением. – И так как мои отношения с Дином исчерпали себя, займусь-ка я душкой Дери.

Не завидовала я «душке Дери», но наши планы с Лукрецией в чем-то сходились. Только я не рассчитывала, что она избавит меня от необходимости и дальше строить глазки Хайтону.

— Послушай, это еще не все, – поспешила вставить я, потому что возникло ощущение, будто Лури прямо сейчас помчится потрошить декана. – На Энджела снова покушались.

— И?

— И он просит не говорить Рею, поэтому я решила посоветоваться с тобой.

— Знаешь, Минни, – задумчиво ответила сестра, – я бы на твоем месте все-таки рассказала нашему ректору. Пусть по секрету, но он имеет право знать. Если бы Дин скрыл от меня что-то касательно тебя, я бы ему не простила.

Наверное, Лукреция была права. Надо набраться смелости и поделиться новостями с Реем. Вот только почему-то было страшно, да и Энджи просил.. Скоро ведь каникулы закончатся, возлюбленная Энджела уедет, и он снова окажется под защитой стен университета. Может, не стоит?

— И даже не думай промолчать! – заметила Лури мои колебания. – Энджи – мальчик проблемный. Влезет он, а проблемы будут у тебя.

Я задумчиво кивнула. Возможно, Лури и преуспела бы на ниве убеждения, но раздался дверной звонок, и Николас, дворецкий семьи Мориц, отправился открывать. Вот только мгновение спустя из холла послышался голос Дина:

— Мне сказали, лорд Денвер здесь. Проводи меня к нему.

Лукреция тут же вся подобралась, будто собака, чующая дичь, а я думала, за что хвататься и как ее останавливать, чтобы Целиция не осталась без короля.

— Презренный прыщ! – прошипела Лури. – Явился, значит. К дружку своему явился. Ну, всё!

Это «ну, всё» прозвучало настолько многообещающе, что я сама вжала голову в плечи. Кажется, нам конец. А Лукреция вдруг гордо выпрямилась и степенно выплыла в холл. Дин еще не успел скрыться на спасительной лестнице, хотя она бы и там его достала.

— Доброе утро, ваше величество, – пропела сестрица, а Дин едва не споткнулся на ступеньке.

— Здравствуйте, мисс Дейлис, – обернулся он, легко кивнул головой и поспешил наверх. Лури, чувствуя, что дичь ускользает, подхватила юбки и кинулась следом.

— Стоять! – гаркнула в удаляющуюся спину, и король все-таки едва удержался на ногах, вцепившись в перила. – Я не вам, ваше величество, а Николасу. Николас, прикажи принести мне какао.

Слуга уставился на Лукрецию с примесью суеверного ужаса. Наверное, никогда в жизни слово «какао» не произносили в этом доме с таким придыханием и трепетом.

— Но его величество..

— Не беспокойтесь обо мне, выполните просьбу дамы, – заверил Дин, улыбнулся Лукреции, в два счета преодолел оставшиеся ступеньки и свернул в коридор.