Здравствуй, ледяной принц

Процедура показалась уже привычной. Я даже удовольствие от нее получала. А что может быть неприятного в том, чтобы прикасаться к красивому мужчине? Я и касалась – сначала волос, потом постаралась отмыть разводы сажи на лице, шее, плечах. Дышать стало тяжеловато. Наверное, стресс. Да, точно. Какой там стресс..

— Алена? – Винтер чуть повернул голову, задев мокрой шевелюрой.

— Не брызгайся! У меня уже весь халат мокрый.

Улыбнулся и угомонился. Видимо, нравилось не мне одной, потому что Вин чуть ли не мурлыкал, на лице его читалось блаженство. Вот же.. принц. Помогла ему выбраться, закутала в полотенце и отправила в свою спальню, пока вытирала разлитую воду. Уборка не заняла много времени, но я постояла еще несколько минут, чтобы успокоить уже совсем другое волнение, и только потом пошла в спальню.

В комнате было темно. Потянулась к выключателю, но мою ладонь перехватила чужая. Рядом тут же выразительно зашипели.

— Винтер, что за шутки? – спросила строго.

— Почему сразу шутки? – Ощутила дыхание на щеке, пока глаза привыкали к темноте. – Может, я вовсе не шучу.

— Ты случайно головой не ударился, пока пожар тушил? – рассмеялась в ответ.

— Нет.

И губы Винтера коснулись моих. Я едва не задохнулась от нахлынувших эмоций. Страх его потерять, желание ощутить прикосновение и нечто большее, в чем я не хотела себе признаваться, еще помня прошлое предательство.

— Люблю тебя, – шепнул Винтер. – Позволишь?

— Любить? – Отчего-то пробирало веселье.

— Больше, Алена.

— Разве принцы спрашивают?

Вин осторожно привлек меня к себе, продолжая целовать. Опустила руки ему на плечи, ощущая чуть влажную после ванны кожу. Провела подушечками пальцев по груди, прессу, чуть впалому животу – и ответила на поцелуй. Винтер целовал меня, будто в последний раз. Выцеловывал каждый миллиметр кожи – глаза, щеки, губы, шею. Припал губами к бьющейся на шее жилке. Я тихо хихикнула.

— Что? – отвлекся на миг.

— Ты решил записаться в носферату?

— Глупенькая. – Больше почувствовала, чем увидела его улыбку. – Надеюсь, на этот раз ты не забудешь?

— Я постараюсь, – пообещала.

И окончательно потеряла ощущение реальности. Прикосновения Винтера были настолько бережными, словно я – хрустальная ваза, а он не занимается со мной любовью, а священнодействует. Хотя, учитывая их брачные ритуалы.. Я растворялась в нем. В нежных, пьянящих поцелуях. В легких, будто крылья бабочки, касаниях. В жаре и истоме, разливавшимся по всему телу. Ледяной? Какой же он ледяной?! Теплый, чувственный, любимый. Мой! И я цеплялась за Винтера, как за соломинку, удерживавшую меня на грани реальности. Мне было мало, и я тянулась за большим, улетала куда-то в небеса – и ухала обратно на землю. Забыть? Да ни за что! Я такого и не чувствовала никогда.

Потом долго лежала на плече любимого мужчины и выводила пальчиком узоры у него на груди. От переизбытка эмоций не смогла бы уснуть, и Винтер тоже не спал, наблюдая за мной сквозь прикрытые веки. Он выглядел абсолютно расслабленным, но я откуда-то знала, что это не так. Может, брачная печать передавала эмоции? Или я уже склонна во всем видеть магию?

— Алена.. – тихий голос.

— Что? – Я приподняла голову, устраиваясь удобнее, чтобы видеть Винтера.

— Я не смогу тебя отпустить. Никогда.

— И не надо, – ответила серьезно. – Не отпускай.

— Но ты меня не любишь.

— Кто тебе такое сказал?

— Ты сама.

— Неправда. Ты услышал только то, что хотел услышать. Так что, любимый мой, меньше анализируй мои слова. Я тебе такого наговорю!

Винтер тихо рассмеялся. Да уж, идеальная парочка сумасшедших. Интересно, если у нас будут дети, они унаследуют папину магию? И о чем я думаю? Зевнула. Потом мелькнула мысль – до весны далеко, а в другие сезоны от принцев не беременеют. Нет, это точно стресс.

— Спи, – лба коснулся невесомый поцелуй, – спи, любовь моя.

— Только с тобой.

Обвила Винтера руками, прижалась всем телом – и лишь тогда спокойно уснула.

Чтобы, почти по традиции, проснуться от дверного звонка.