Страница 21 из 69
Глава 17
– Точно не сейчас. Хотя жаль, что ты не понимаешь, что мы уже сказали друг другу
достаточно, – голос Амира звучит спокойно и отрешенно. И настолько холодно, что даже
у меня внутри все переворачивается. Невольно становится жаль эту женщину.
Правда, совсем ненадолго.
Лилиана дергается, как от пощечины. Ее глаза вспыхивают недобрым блеском – в них
читается унижение, разочарование, злость. Она явно ожидала совсем другого ответа от
“жениха”
– Я никогда не была для тебя на первом месте! – выкрикивает она, в ее голосе дрожат
слезы.
– Это очевидно, – отвечает Юсупов, ни на секунду не теряя хладнокровия. – На первом
месте всегда была и будет моя дочь.
Я невольно перевожу взгляд на Лину. Ее личико светлеет – она расправляет плечики и
будто вырастает рядом со мной. Ей невероятно приятно слышать такие слова отца. А
потом девочка прижимается ко мне, доверчиво, крепко, точно именно рядом со мной
находит защиту и опору.
– Ты серьезно, Амир? Бросишь меня вот так? Или, может, на эту пузатую идиотку
променял?! – выкрикивает невеста, потеряв контроль видимо окончательно. Ее слова
грубы и жестоки. Я невольно накрываю живот ладонью, в порыве защитить свое
нерожденное дитя от грубости и жестокости.
Воздух внутри словно исчезает. Все тело сжимается от боли.
Амир резко поднимается. Его взгляд становится опасным, ледяным. Он делает несколько
быстрых шагов, хватает Лилиану под локоть и без лишних слов уводит прочь. Та что-то
шипит, уже тише, сдерживая себя, но я не хочу слышать. Не хочу даже гадать, какие
оскорбления она швыряет за моей спиной. Мне и так достаточно – все внутри опалено.
В этот момент Лина обнимает меня крепко.
– Она такая противная! – возмущенно шепчет девочка. – Как я рада, что папа ее бросил!
Это очень хорошо!
– Дорогая… – осторожно глажу ее по спине. – Ты не должна вмешиваться во взрослые
дела. Это нехорошо.
Говорю мягко, но твердо. Я не хочу критиковать Ангелину, она еще ребенок. Но мне
страшно, что весь этот яд может коснуться ее, запачкать ее чистое сердце.
– Можешь говорить что угодно, но она ужасно-ужасно противная! – горячо настаивает
Лина, ее глаза сверкают. – Папа наконец-то это понял. А вообще, он очень по тебе
скучал. Я точно знаю!
У меня перехватывает дыхание.
– Так хорошо, что ты снова появилась, не пропадай больше, пожалуйста. – Девочка
обнимает меня еще крепче. – Я буду помогать тебе с ребеночком, хочешь?
– Спасибо, мой ангел… – едва выдыхаю, по щекам уже бегут слезы. – Ты такая хорошая.
Отчетливо понимаю в этот момент, что мы с Линой – родственные души. И никакие
препятствия нас не удержат. Я всегда буду любить эту девочку.
Амир возвращается спустя несколько минут. Один.
Я невольно напрягаюсь – жду увидеть на его лице следы злости, раздражения, усталости…
Но он спокойный, собранный, чуть холодный. Только глаза – темнее, чем обычно.
– Кристина, я прошу у тебя прощения за этот ужасный инцидент. Я не должен был
допустить подобное.
– Все в порядке, Амир. Мне, кстати, пора, – выдыхаю, хотя глубоко внутри понимаю что
не хочу, чтобы этот момент заканчивался. Больно снова расставаться с Эльфом. В груди
давит и странное волнение, и желание сбежать от всех этих эмоций.
Амир смотрит прямо на меня.
– Мы отвезем тебя домой. Ты же не против, Ангел? – спрашивает дочку.
– Что вы, не нужно… – бормочу растерявшись, но Лина перебивает:
– Папочка, ты так классно придумал! Конечно отвезем! Где ты живешь, Кристина? – Эльф
вскакивает, сияя так, что у меня нет ни единого шанса отказаться. – Ура! Кристина,
мы поедем вместе!
Я улыбаюсь девочке, сердце сжимается от нежности.
– Ну… хорошо, – сдаюсь, понимая, что соглашусь на что угодно ради этой маленькой
звездочки.