Страница 191 из 214
— Если Синдзя-тя такой чувствительный, то он занимается не своим делом, – сказала она. – Может, он и не согласен с твоим решением, но, если бы ты из-за его слов пошел на попятную, он бы стал вполовину меньше тебя уважать. Ты отлично справился, дорогой. И думаю, ты очень порадовал Амиита.
— Это как понимать?
— Ты стал хаем Мати. Да, знаю, дело еще не сделано, но в той комнате ты говорил не как младший посыльный Дома Сиянти или рыбак с Восточных островов. Ты говорил как хай Мати.
Ота вздохнул и, поднеся ее руку к губам, поцеловал запястье.
— Пожалуй, ты права, – сказал он. – Но знаешь, я об этом никогда не мечтал. Мне для счастья вполне хватило бы твоего постоялого двора.
— Уверена, боги примут это к рассмотрению, – сказала Киян. – Они ведь так добры и всегда стараются подарить нам жизнь, о которой мы мечтаем.
Ота усмехнулся и потянул ее к себе. Она легла рядом, и он стал с нежностью поглаживать ее живот, в котором зародилась новая крошечная жизнь.
Киян удивленно приподняла брови и склонила голову набок:
— Ты какой-то грустный. В чем дело, Итани?
— Нет, любимая, – ответил Ота. – Я не грущу. Мне страшно.
— Страшно возвращаться в город?
— Страшно, что нас раскроют, – ответил он и, чуть помолчав, добавил: – А еще меня страшит предстоящий разговор с Маати.