Страница 173 из 214
Так ли уж они верны Дому Вауенги, чтобы скрыть столь чудовищное преступление?
Наконец старший из двоих сказал срывающимся от ярости голосом:
— Мы отыщем его, Идаан-тя! Пошлем за остальными, перевернем каждый камень на этой горе, но найдем его.
— Это не вернет моего отца. И Даната. Больше некому стоять рядом со мной на моей свадьбе.
Идаан осеклась, по щекам потекли слезы. Она удивилась тому, что почти не пришлось притворяться.
Идаан с нежностью прижимала к себе мертвого брата, как будто убаюкивала, и чувствовала, как его кровь пропитывает ее одежду.
— Я приведу его коня, – сказал второй охотник. – Мы привяжем тело..
— Нет, – перебила его Идаан. – Доверьте его мне. Я отвезу его домой.
— Путь до города неблизкий. Вы уверены, что..
— Я отвезу его домой, – повторила Идаан. – Окажись на его месте я, он бы сделал то же самое. Так в нашей семье заведено.
В итоге охотники положили Даната на круп ее лошади и надежно привязали. Чуя кровь, лошадь нервничала и то и дело пыталась свернуть с дороги, но Идаан крепко держала удила, уговаривала, требовала, ворковала, наклонившись к самому уху. А потом запела скорбную песню, которая овладела ею на берегу озера.
Идаан не испытывала печали и ни о чем не сожалела. Но и не торжествовала. Она словно застыла во времени, в благословенном мгновении между ударом и болью.
В ее сознании жили лишь песня и треск расколотой стрелой кости.
Фермерский дом стоял недалеко от дороги, а за ним протекал ручей, впадающий в реку, которая все еще несла мертвые тела по направлению к Мати.
Стены были толщиной с вытянутую руку взрослого человека, а двери имелись и с фасада, и с задней стороны. Распахнутые на втором этаже снежные двери впускали в дом свежий летний воздух. Деревья были высажены так близко, что дом казался частью пейзажа. Лошадей держали на первом этаже, так что случайно оказавшийся в этих местах путник не мог их заметить.
Амиит провел Оту по лестнице в хорошо освещенную комнату. Обстановка здесь была самая скромная: стол, несколько грубо сработанных деревянных стульев, незажженный фонарь и широкий, низкий шкаф.
На столе ожидала нехитрая еда – жареная курица, свежий сыр и ранние яблоки. Для Оты, изголодавшегося и еще не до конца осознавшего, что с ним произошло, все это пахло божественно.
Амиит жестом предложил ему сесть, а сам достал из шкафа две глиняные кружки и две фляги – одну с вином, другую с водой.
Ота оторвал от курицы ножку и вцепился зубами в приправленное эстрагоном и черным перцем мясо. Закрыл глаза и блаженно улыбнулся – это была самая вкусная пища в его жизни.
Амиит усмехнулся.
— А ты, мой старый друг, похудел, – заметил он и налил себе вина, а Оте вина пополам с водой. – Я-то думал, в Мати жилье и кормежка будут получше.
— Что происходит, Амиит-тя? – спросил Ота, принимая протянутую ему кружку. – По моим последним сведениям, меня собирались казнить как преступника или благороднейшим образом умертвить в процессе престолонаследия. А это.. – Он обвел кружкой комнату. – Такого варианта у меня не было.
— Все верно, на этот вариант утхайем не давал согласия. – Амиит устроился за столом напротив Оты, взял с блюда яблоко и, пока говорил, медленно вертел его в руке: нет ли червоточин. – На самом деле у меня есть сведения лишь о половине происходящего в Мати, а может, и того меньше. После нашего разговора, когда ты решил сюда отправиться, я подумал, что было бы неплохо приступить к реализации кое-каких планов. Ну, ты понимаешь, на случай, если откроются определенные возможности. Для Дома Сиянти было бы очень выгодно, если бы один из наших младших посыльных стал хаем Мати. На тот момент это казалось маловероятным, но..
Амиит пожал плечами и надкусил яблоко. Ота, успевший расправиться с куриной ножкой, тоже взял яблоко. А вино, даже разбавленное, показалось ему довольно крепким.
— Мы послали наших людей, – продолжил Амиит, – чтобы они собирали сведения; о чем именно, мы и сами не понимали. Просто надо было подготовиться к тому, что у нас появится шанс.
— Шанс продать меня хаю в обмен на усиление ваших позиций в Мати, – предположил Ота.
— Это в самом крайнем случае, – признал Амиит. – Дело есть дело, ты же понимаешь.
— А они взяли и нашли меня, – сказал Ота.
Яблоко было сладким с легкой горчинкой. Амиит придвинул к Оте блюдо с сыром.
— Да, это правда – перспективы открывались безрадостные, а то обстоятельство, что ты работал на нас и мы платили тебе жалованье, только усугубляло ситуацию. Теперь дорога в Мати нам была заказана вне зависимости от того, кто из твоих братьев унаследовал бы престол.
— А мое вызволение из башни должно было вернуть их расположение?
Взгляд Амиита затуманился, он тряхнул головой:
— Это не входило в наши планы. Кто-то заплатил группе наемников, чтобы вывезли тебя в какое-то предместье и удерживали там. Мы не знаем, кто это был. Наниматели договаривались с капитаном, а он не на нашей стороне. Но я уверен – или почти уверен – в том, что это не твой брат и не твой отец.
— Но вам стало известно о подготовке?
— Да, донес кое-кто. Наемники.. они ведь не самые надежные деловые партнеры. Синдзя-тя знал, что я в городе и проявляю интерес к твоей ситуации. Он по каким-то причинам уже был готов порвать со своим отрядом, ну и предложил мне.. Предложил свои услуги за более высокую цену, чем давал обратившийся к капитану заказчик.
— Синдзя-тя – тот лейтенант?
— Да. Вернее, был им. Теперь он служит мне. Надеюсь, его капитан считает, что он погиб вместе с тобой и с тем, другим наемником.
— И что ты теперь планируешь делать? Потребуешь за меня выкуп у хая?
— Нет. Я уже заключил сделку, которая сделала это невозможным. Кроме того, мне действительно нравилось с тобой работать. И.. еще остается вариант, что ты однажды станешь для нас выгодным союзником, а не просто товаром, который можно задорого продать.
Ота улыбнулся:
— Маловато шансов.
— Зато ставки высокие, – возразил Амиит и тоже улыбнулся. – Может, тебе чистой воды налить? Я как-то не подумал..
— Нет, меня все устраивает.
— Ну, как хочешь. Вернемся к твоему изначальному вопросу. Да, в Мати определенно что-то происходит. Сейчас тебя наверняка разыскивают по всем предместьям. А через день-другой заметят твой плывущий по реке труп или найдут его на какой-нибудь отмели.
— И что потом? – спросил Ота.
— Не знаю. Там будет видно. Все слишком быстро меняется, и многое для меня остается загадкой. К примеру, я ума не приложу, как со всем этим связаны гальты.