Страница 39 из 127
Элисон так и замерла на пороге кухни. А ровно через секунду девушки кинулись друг к другу с радостным визгом. Обнялись, вцепились друг в друга, Элисон была чуть более скована, но это рена Астрид и так знала, ей сложно проявлять свои чувства. Так бывает у детей, которых не слишком сильно любили в детстве. Не гладили, не тискали по каждому поводу. А вот сестричку ее явно с рук не спускали. Очень живая, непосредственная, яркая, очень легкая…
- Лисонька, я скучала!
- И я тоже. Как мама?
- Она сейчас отдыхает, я надеюсь, поспит.
- Хорошо бы, - лицо Элисон сделалось грустным.
- Вот и не тревожьте, - проворчала рена Астрид. – Садись, Лисси, я тебя накормлю.
- Да я не голодная. А вот чай выпила бы, я тут пирожных принесла, - показала коробочку Элисон.
- Значит, будем пить чай с пирожными, - согласилась рена Астрид. – И еще кое-что хотелось бы узнать. О твоих родственных связях. Ты мне немного другое рассказывала, так?
Элисон опустила голову.
- Ну… я врала. Но не слишком.
- Если вы не против, я расскажу, - улыбнулась Аля. – Мне проще, Лисёнок у нас более стеснительная.
- Пожалуйста, - попросила Элисон. – Устала я от этих тайн. Тем более, с хорошими людьми.
- Вот и не разводила бы, - проворчала Аля. – Уж тебе-то стыдиться точно нечего. Давайте с начала, ладно? Элисон Баррет – это все же я. А вот она, - тонкий пальчик ловко коснулся кончика носа Лисси. – Ларисия Эрдвейн.
Астрид как стояла, так и села, хорошо еще, чайник поставить успела. А то б точно грохнула.
- К-как?!
Элисон опустила голову.
- Ну… вот. Получилось… я не хотела сначала, а потом выбора не осталось.
И принялась раскладывать на тарелку пирожные, сладко пахнущие ванилью и заварным кремом.
- Примерно так, - пожала плечами Аля. – Мы по крови не родные, так что тут Лисёнок не соврала. А ее родня… вы заметку читали?
- Читала.
- Вот. Сволочи они, а не родственники, - зло фыркнула девушка.
- Алечка, не надо так.
- Лисёнок, - девушка сдвинула брови. – Давай не спорить? Если я рассказываю, я и говорю, как считаю. Хорошо?
- Ладно. Говори, я молчу, – отступила подруга.
Рена Астрид покачала головой.
- Ох, девочки…
- Вот так, – пожала плечами настоящая Элисон Баррет. – Мы с мамой жили вдвоем. Ну, не так плохо и жили, мама – маг, у меня способности, меня в Королевский институт взяли, сразу легче стало. Мама меня вообще любит, заботится, а я о ней. А вот у Лисёнка все хуже. Отцу все мимо, кроме его формул ценных, мать из салонов не вылазит, сестра – гадючка мелкая, всю жизнь завидовала. У нее сиськи больше, а мозгов и на чайную ложку не наберется, вот она ядом и плевалась, а мамочка ей потакала.
Астрид посмотрела на Лисси. Та сидела бледная и грустная, и рена погрозила пальцем рассказчице.
- Слушай, давай аккуратнее? Пусть тебе они по крови не родные, но Лисси-то?
- Родные так не поступают, - с полным убеждением отозвалась Аля. – Извини, Лисёнок, но так и есть. Дома жить спокойно не давали, Лисёна смогла в Идлорский университет пройти, и учиться в нем бесплатно, так мать ее за это травить начала. Женщине-де не подобает, ее дело замуж выйти. Выгодно.
Рена Астрид пожала плечами.
Вот, она вышла. Теперь рада-радешенька, что муж помер.
- Вы там и познакомились?
- Нет, мы случайно, - махнула рукой девушка. Вы, рена Астрид, знаете, что между Королевским институтом и Идлорцами, Вангардцами – идет постоянное сражение?
- Знаю.
- Дураков хватает и с нашей стороны, и с той. Я тогда подрабатывала фокусами в таверне, где огонь глотала, где выплевывала… для огненного мага это и развлечение, и практика работы с силой, и заработок. Правда, народ в столице избалованный, всякого насмотрелись…
- А ты огненный маг?
- Да, - кивнула Аля. – Собственно, все, что Лисёнок рассказывала про себя, это она про меня. Документы-то мои, я – маг огня. У меня и контроль хороший, и навыки, и опыт. С детства прорезалось, чуть не с двух лет.
- Понятно, - кивнула рена Шафф.
- Вот. Иду я домой, и вижу, как пятеро наших идиотов засаду устраивают. Как тут было мимо пройти?
- Никак, - согласилась Астрид, – я бы тоже мимо не прошла.
- Вот. Я поближе подкралась, и узнала, что они стерегут девчонку Рателя.
- Рателя?
- Эдгар Ратель, у него была девушка. Ларисия Эрдвейн. А я… Лись, прости, понимаю, что об этом неприятно вспоминать, знала, что он вроде с одной из наших крутил. Стало интересно, я решила подождать, посмотреть. Между нами, это жуткое свинство. Если тебе Ратель не нравится, так ты на него и нападай, при чем тут его девушка?
И с этим Астрид было сложно спорить.
- Жду, вижу – идет, такой воробей ощипанный, а тут эти поганцы на нее налетели. Схватили, скрутили, если бы просто попугать решили, я бы не вмешалась, мне ж там еще учиться. А тут…
- Сама ты воробей, - огрызнулась Лисси. – Хищный и бронированный.
Аля прикрыла глаза.
Она словно наяву сейчас видела темный переулок, и девушку, которая бьется в лапах подонков. И себя…
- Отпустите ее, сволочи!
И ленивый ответ одного из подонков.
- Вали отсюда, …
Конечно, Элисон так не поступила. Одному она крепко подпалила, что получилось, сцепилась со вторым, тот оказался водником, и не слабее самой Элисон, завязалась драка.
Но пятеро поганцев. Не один, не два – пятеро!
Все получилось спонтанно. Одного Элисон загасила сразу, со вторым сцепилась, третий оставил Ларисию и поспешил на подмогу другу.
- Тут они меня и достали. Крепко так достали, метко, я улетела к стене, приложилась, эти двое разворачиваются, руки потирают, отыгрались бы на нас и за себя, и за остальной университет…. И тут Ларисия очнулась. Буквально минута – и они все падают, кто где стоял, а она сама вся бледная, и заваливается в обморок. И что мне оставалось делать?
- Удирать?
- Ну, не одной же? Ларисию я взяла с собой.
Астрид кивнула с полным пониманием.
- А поганцы?
- Там и остались. Да ничего бы с ними не было, - подала голос Лисси. – Ну, головы поболели бы, это не страшно. Заслужили. Мы правда тогда с Эдгаром встречались, а он…
- Лисёнок, называй вещи своими именами, - рыкнула Аля. – Не вы встречались, а этот паразит позволял тебе любить себя. И делать за него все задания, и даже не соизволял проявить к тебе хоть капельку внимания и заботы! Пар-разит! Он тебя встречать должен был, а не по бабам шляться.
Лисси опустила глаза в чашку с чаем. Там было как-то уютнее.
Да, была дурой. И может, даже исправилась. Но все равно больно. Больно и обидно за себя – прошлую.