Страница 83 из 109
— Нет. От Когвина Ястринса. Он подозревает, что Варен находится в городе Кеш. — Накор просмотрел сообщение, прибывшее в специальном цилиндре, созданном для быстрой транспортировки подобных посланий, и передал его Пагу. — С Калебом всё в порядке, хотя он немного пострадал, попав в ловушку.
Миранда выглядела обеспокоенной.
— Ранен?
— Он снова ранен, — с серьёзным видом сказал Накор, покачав головой. — Он собирает прекрасную коллекцию шрамов. Тем не менее он здоров, и я скажу Мари только это, а о шрамах умолчу.
— Это было бы разумно, — согласился Паг, просматривая отчёт. — Каспар, как мы и ожидали, установил контакт с Турганом Беем, а Калеб думал, что нашёл Ночных ястребов, но, видимо, они нашли его.
— Может, нам стоит отправиться туда? — спросила Миранда. — Если Варен в городе, у этих троих нет защиты от него.
Паг покачал головой:
— Это не совсем так. Я послал туда несколько человек, чтобы они присматривали за нашими тремя агентами, и мы можем быть там через несколько минут, если понадобится.
— Почему бы не отправиться туда прямо сейчас? — спросила она, как всегда заботливая мать.
— Если я появлюсь в Кеше и Варен узнает об этом, он может отказаться от хитрости и попытаться взорвать город, чтобы просто убить меня. Он также знает тебя, Накора и Магнуса по репутации, так что твоё появление не менее опасно.
— Что мешает ему сделать это сейчас? — спросила Миранда.
Накор пожал плечами:
— Если бы он хотел погрузить Империю в хаос, это бы сработало, но эффект был бы недолгим; внешняя угроза объединила бы их и заставила отбросить разногласия. Если же одна из сторон добьётся превосходства в Галерее лордов и магистров, особенно если произойдёт кровопролитие, то это совсем другое дело, и в Кеше начнутся многолетние беспорядки. Если в столице будет достаточно кровопролития, границы могут стать нестабильными. Губернатор Дурбина может почувствовать себя достаточно уверенно, чтобы объявить себя правителем свободного города, или племена Джал-Пура могут подтолкнуть к восстанию. И почти гарантировано, что восстанут некоторые государства-клиенты Конфедерации. Варен хочет, чтобы зло затянулось, а не быстро разрешился конфликт.
— Наша цель — сделать так, чтобы Варен не получил того, что хочет, — сказал Паг.
— Я хочу, чтобы он умер, — добавила Миранда.
— Проблема в том, чтобы не дать ему умереть, — сказал Накор.
— Что насчёт разлома в Опардуме? Там есть ответы? — спросил Паг.
— Думаю, да, — ответил Накор. — Проблема в том, как устроена наша вселенная: все некроманты работают на другую сторону. Если бы мы смогли найти того, кто будет работать на благо… — Он пожал плечами.
— Быстрота, с которой Варену удаётся переходить из тела в тело, наводит меня на мысль, что он, должно быть, использует какой-то сосуд для хранения души, — сказал Паг.
— Я думала, что сосуды для души — это всего лишь миф, — заметила Миранда.
Паг пожал плечами, выглядя раздражённым:
— Я слишком много повидал на своём веку, чтобы считать что-то мифом. Обычно это просто то, чего я ещё не видел.
Миранда нахмурилась:
— Я имела в виду те, о которых говорится в сказках.
— Очевидно, они были основаны на фактах, — сказал Накор. — Есть много способов овладеть другим — твоя мать, например, очень хорошо в этом разбиралась. Но она была уязвима: если бы тело, в которое она вселилась, умерло, то умерла бы и она.
Накор никогда не говорил Миранде, что именно он уничтожил дух женщины, которая была его женой и её матерью. Миранда считала, что Йорма — она же леди Кловис — погибла, когда демон Джакан захватил армию Изумрудной королевы.
— Но Варен пережил смерть своего носителя и смог найти себе другое тело. Это означает, что его дух, душа, разум — называйте как хотите — должен покоиться где-то ещё, и часть его привязана к чему-то — возможно, к сосуду души или другому предмету. Это может быть как пресс-папье на столе, так и настоящая урна. — Накор пожал плечами. — Это как-то связано с тем разломом смерти, который он создавал. Вот почему я считаю важным, чтобы мы продолжали пытаться отследить его от того разлома, который мы обнаружили к западу от Маладона.
— Наш сын? — нетерпеливо спросила Миранда.
— Я пошлю Магнуса, — сказал Паг, — он скоро должен вернуться из Келевана, и как только он вернётся, я отправлю его в Кеш, чтобы он напрямую посоветовался с Калебом. Отчёт Кога, конечно, недостаточно полный.
Миранда выглядела лишь слегка успокоенной:
— Я бы предпочла отправиться сама.
Паг рассмеялся:
— Во-первых, в Кеше женщины любого ранга не выходят на улицу в одиночку после наступления темноты, а во-вторых, у Магнуса гораздо более ровный характер, чем у тебя, любовь моя.
Она бросила на него взгляд, но ничего не сказала.
— Я пойду с тобой, если придёт время причинить Варену серьёзный вред, — добавил Паг.
Миранда, казалось, была довольна:
— Хорошо, но я хочу знать, как только мы получим известия от Калеба.
— Да, дорогая, — сказал Паг, глядя на Накора.
Маленький игрок усмехнулся.
* * *
Каспар ждал в окружении гвардейцев императорского двора. Каждый из них был физически внушителен — ни один не был ниже шести футов, а многие — ближе к семи. Все они были темнокожими, что позволяло предположить, что их род, если не чистокровный, то происходит от близкородственных племён, обитающих в окрестностях Оверн-Дип. Они носили льняные килты чистокровных и пояса из кожи с бронзовыми шипами. Каспар заметил, что их сандалии были с закрытыми носками — предназначенные скорее для боя, чем для удобства. У бедра у каждого висел длинный изогнутый клинок, а на руках — боевые торики из украшенного серебром железа.
Слуги вели Каспара и его сопровождающих через галерею за галереей, многие из которых были украшены фонтанами или экзотическими птицами, пока они не оказались в гигантской комнате с огромной кроватью. Кровать занимала площадь в двенадцать квадратных футов и стояла на возвышении в центре комнаты. Однако комната больше напоминала павильон, увешанный множеством занавесок, которые можно было раздвигать в зависимости от личного пространства. В данный момент все занавески были откинуты, открывая императору потрясающий вид на дворец внизу и город за его пределами.
Дюгай сидел на изогнутом стуле в нескольких футах от кровати. На столике перед ним покоился самый великолепный шахматный набор, который Каспару когда-либо доводилось видеть. Император подвёл его ближе и сказал: