Страница 82 из 109
Он вспоминал события, которые привели к его падению: проникновение Лесо Варена в его дом, его влияние на Каспара, которое сначала было незаметным, а потом стало явным, и, наконец, его гибель. Несмотря на то что Каспар вернул себе часть утраченной человечности и обрёл наконец нравственный компас, он по-прежнему жаждал крови Варена.
Годы, потраченные на соблюдение придворного этикета, дали о себе знать, когда он понял, что его только что представили. Он переключил своё внимание на настоящее и плавно поклонился, словно завися от каждого слова церемониймейстера.
Его уже дважды представляли императору: сначала как наследного принца, когда он ещё мальчиком отправился в Кеш вместе с отцом, а затем как молодого герцога Оласко. Но на этот раз он прибыл сюда как проситель, ищущий убежища от возмездия — по крайней мере, именно такую историю придумал Турган Бей, чтобы склонить на свою сторону лорда Семалькара, Первого канцлера и Мастера лошадей — титул, присвоенный главе императорской кавалерии. Его прошение о предоставлении убежища одобрил и лорд Рава, возглавлявший королевских возниц.
Каспар заметил, что два принца, Сециоти и Дангай, отсутствуют при дворе.
Каспар поднял голову и, следуя обычаю, сказал:
— Тот, кто Кеш, я прошу у вас убежища, защиты от несправедливости и пристанища, которое я мог бы назвать своим, и клянусь защищать тебя своей жизнью и честью, если это будет угодно Империи.
Дюгай улыбнулся и взмахнул рукой.
— Дело сделано. Это ты, Каспар? — прошептал он. — Мы не видели тебя сколько? Двадцать лет?
— Да, ваше величество, — ответил бывший герцог.
— Ты всё ещё играешь?
Каспар улыбнулся, поскольку, хотя император был стар, память его, похоже, не пострадала. Они играли в шахматы, когда он был ещё мальчиком, и Каспару удалось сделать пять удачных ходов, прежде чем он потерпел поражение.
— Да, ваше величество, играю.
— Хорошо, тогда пусть Турган Бей приведёт тебя в мои апартаменты после вечерней трапезы. Мы сыграем в игру, только мы вдвоём.
— Честь имею, ваше величество, — поклонился Каспар, отступая от трона. Отойдя на достаточное расстояние, он повернулся и пошёл к главному входу, где его терпеливо ждал Паско.
— После вечерней трапезы я должен сыграть с императором в шахматы, — сказал Каспар, когда Паско опустился рядом с ним.
— Личное приглашение посетить императора в его покоях сегодня вечером? — спросил старый слуга, приподняв брови.
— Да, — ответил Каспар с раздражённым выражением лица.
— Вы не выглядите довольным, милорд.
— Я и не доволен, — ответил Каспар, не повышая голоса. — Старик не представляет угрозы, пока жив. Важно лишь то, что произойдет после его смерти. — Они свернули за угол и направились обратно к своим апартаментам в гостевом крыле. — И если что-то и может навлечь на меня смертельную угрозу, то это именно этот визит.
— Почему?
Звон каблуков разносился по мраморному полу, и Каспар прошептал:
— Потому что в Кеше каждый принадлежит к какой-то фракции, и если я пользуюсь расположением Императора, но не принадлежу ни к одной фракции…
Он пожал плечами.
— Значит, вы принадлежите к оппозиции.
— Именно. Ожидай как минимум два светских визита сегодня днем, и приготовь мои лучшие наряды к вечеру.
— Вы уже одеты во всё лучшее, милорд.
— Знаешь, Паско, были времена, когда правление собственным государством имело свои преимущества, и роскошный гардероб был одним из них. Попробуй найти в городе портного, который к закату сошьёт мне брюки, рубашку и куртку по оласской моде. И сапожника тоже найди. Я не могу сшить новые сапоги за один день, но я могу починить и отполировать эти. И шляпу, я полагаю. Ты знаешь, что делать.
Паско поклонился и сказал:
— Я знаю, что делать, ваша милость, — и ушёл.
Каспар надеялся, что Паско знает, потому что в данный момент у него не было ни малейшего представления о том, что делать. Он верил, что к вечеру к нему придёт что-то, что подскажет ему путь.
* * *
Пленник сполз со стула.
— Приведи его в чувство, — приказал Ког.
Амафи встал перед ним и сказал:
— Ваша милость, я применяю свои искусства уже два дня. Этот человек готов скорее умереть, чем предать свой клан. — Он взглянул через плечо на бессознательного мужчину. — Я убийца по профессии, ваша милость. Есть те, кому нравится заниматься подобными делами, но мне это не по душе. Однако я считаю, что пытки, как и всё остальное в жизни, можно делать хорошо или плохо, поэтому, хотя мне это и не нравится, я всё равно горжусь своими навыками.
— Он должен быть готов говорить, если мы дадим ему немного отдохнуть. Мы должны найти камеру, в которой его можно изолировать и дать ему очнуться без посторонних, чтобы он немного пришёл в себя и восстановился. Неуверенность — наш союзник на данном этапе.
— У нас нет времени, — сказал Ког. — Оживите его сейчас же.
— Ваша милость, я сделаю, как вы просите, но он расскажет нам только то, что, по его мнению, мы хотим услышать, не обращая внимания на правду.
Ког был раздосадован. Он не сомневался, что силы Варена перешли в наступление после засады, в которой погибла половина войск Калеба, и попытки взять Когя в плен. Он был согласен с мнением Каспара, что если цель Варена — погрузить Кеш в хаос, то попытка крупного государственного переворота на празднике Банаписа — идеальная возможность.
Ког обдумал слова Амафи, затем кивнул:
— Делай, что можешь, но если Лесо Варен в этом городе, я хочу знать, где он. Я не стану просить Пага или Магнуса приехать сюда, пока не буду точно знать, что колдун в Кеше.
— Ваша милость, — с поклоном сказал Амафи. Он подозвал двух стражников, которые находились здесь с момента охраны склада, и сказал: — Мы должны его перевезти.
Ког понимал, что везти плененного Ночного ястреба в другое место рискованно, но если Амафи прав, то любая надежда получить от него информацию теперь зависела не только от применения пыток, но и от их утаивания.
Проклятье, подумал Ког. Он отвернулся от происходящего и направился к двери. Он направился в другой трактир, где другой бармен примет очередное послание и проследит, чтобы на следующий день оно каким-то образом попало на Остров Колдуна.
* * *
Накор поспешил в кабинет.
Миранда и Паг сидели за маленьким столиком и обсуждали прошедший день, наслаждаясь полуденной трапезой.
— У меня есть новости, — объявил маленький игрок.
— От Калеба?