Страница 21 из 97
— Вовсе не незначительны, любимая. Я планирую найти того, кто бывал в том мире и, возможно, сможет провести нас туда.
— И где ты надеешься найти такого человека? — спросила Миранда. — Разве есть в этом мире хоть кто-то, кто посещал второй круг реальности?
— Вероятно, нет, — ответил Паг. — Но я не собираюсь искать в этом мире. Я планирую навестить «Честного Джона».
При упоминании этого заведения в самом сердце Зала Миров Миранда на мгновение застыла. Затем резко кивнула:
— Если где и искать такого, то начинать стоит именно оттуда.
Магнус спросил:
— Кто пойдёт с тобой, отец?
Паг бросил предостерегающий взгляд на сына, зная, что это неминуемо вызовет новый взрыв возмущения у Миранды. Та уже смотрела на мужа с вопросительным выражением. Паг глубоко вздохнул:
— Ты, Накор и Бек.
Вопреки ожиданиям, Миранда лишь спросила:
— Почему?
— Магнус — потому что он готов, и мне нужен кто-то столь же могущественный, как я сам, — начал Паг, — а тебе следует остаться, чтобы руководить делами Конклава и проверить прогресс Ассамблеи в изучении Талной.
Он сделал паузу, но Миранда молчала, и он продолжил:
— Бека — потому что… что-то подсказывает мне, что он важен. А Накор — потому что только он может контролировать Бека. К тому же, если кто и способен вытащить нас из безвыходной ситуации, так это Накор.
Миранда вздохнула:
— Ты всё уже продумал, так что спорить, видимо, бесполезно. Хотя я всё ещё не уверена, что ты найдёшь безопасный способ попасть во второй круг реальности.
— Тем не менее, мы обязаны попытаться.
— Когда ты отправляешься? — спросила Миранда.
— В Зал Миров? Завтра. Мне ещё нужно кое-что уладить здесь. — Он повернулся к Магнусу: — Съезди проведай мальчиков в Ролдеме и вернись через день-другой, чтобы сообщить жене твоего брата, как поживают её сыновья.
Магнус кивнул:
— А как насчёт Талной на Новиндусе?
Паг, уже стоявший в дверях кабинета, остановился:
— Розенвар и Джейкоб присмотрят за ними. Если случится что-то необычное, я или Накор сможем быстро вернуться. До путешествия в мир дасати ещё далеко, а сейчас мне нужно ненадолго отлучиться на Келеван, чтобы проверить, не осталось ли там следов Варена.
— Ты думаешь, он будет настолько глуп, чтобы раскрыть себя? — задумчиво спросил Магнус.
— Он умён, — ответил Паг. — Гениален, хотя и в извращённой манере. Но им движет одержимость. С годами безумие сделало его более импульсивным. Промежутки между его атаками сокращаются. Он либо совершит нечто опрометчивое там, либо вернётся в Мидкемию. В любом случае мы его вычислим, на этот раз у него нет лёгкого способа захватить новое тело.
— А трудный способ? — вставила Миранда.
— Что ты имеешь в виду?
— Ты сказал: нет лёгкого способа завладеть телом. Я понимаю: ты уничтожил сосуд с его душой. Но знания о том, как вселяться в других, у него остались. Разве не может существовать иных, менее удобных, но столь же эффективных методов?
Паг задумался:
— Я не рассматривал этот вариант.
Миранда едва сдержала самодовольную ухмылку.
— Тогда нам нужно действовать предельно тщательно и скрытно, — продолжил Паг, игнорируя торжествующее выражение лица жены. — Я наведу справки в определённых… неблагородных кругах Келевана, пока ты проверишь ситуацию в Ассамблее. Доверяй только Аленке. А я тем временем отправлюсь в Зал Миров.
— Как я могу кому-либо доверять? — спросила Миранда. — После того как он завладел телом Императора Кеша, можно предположить, что Варен может быть кем угодно на Келеване, включая их Императора.
— Вряд ли, — возразил Паг. — Вспомни, как он разместил свой сосуд с душой в канализации возле императорского дворца. Полагаю, местоположение играет ключевую роль в выборе жертвы. Без сосуда ему пришлось действовать наугад и вселиться в ближайшее доступное тело. Поскольку его «разлом смерти» во многом схож с обычными разломами, я предполагаю, что он переместился куда-то рядом с Ассамблеей, если не в её стенах. Как бесплотный дух, он мог миновать обычные защитные чары Ассамблеи. Кстати, поэтому я считаю маловероятным, чтобы он мог завладеть телом высокопоставленного жреца в любом из миров; храмы обычно защищены от духов.
— Хорошо, — сказала Миранда. — Я поговорю с Аленкой, когда приду. Теперь последний вопрос.
— Да? — Паг явно торопился уйти.
— Если ты собираешься посетить Келеван без ведома Ассамблеи, как ты планируешь пройти через разлом незамеченным?
Паг улыбнулся, и на мгновение казалось, что годы с него спали.
— Фокус, как сказал бы Накор.
Он вышел из комнаты, а Магнус рассмеялся, увидев возмущение на лице матери.
Миранда бросила старшему сыну сердитый взгляд.
— Этот противный человечек оказывает на всех ужасное влияние!
Магнус захохотал ещё громче.
* * *
Паг крался по боковой улочке, его лицо скрывалось под глубоким капюшоном. Бороды среди свободных граждан Империи Цурануанни встречались редко, в основном их носили выходцы из Мидкемии да несколько бунтующих юнцов. Поздний час и растительность на лице почти гарантировали задержание патрулем городской стражи. Хотя статус члена Ассамблеи магов обеспечивал ему мгновенное повиновение любого стражника, Паг предпочитал не привлекать внимания к своей тайной вылазке.
Жилище, которое он искал, было скромным, расположенным в переулке района Джамара, лишь чуть превосходящего трущобы и доки. Домики здесь были небогатыми, традиционная цуранийская побелка стен кое-как поддерживалась, а улицы не слишком завалены мусором. Где-то позади даже тускло горел уличный фонарь.
Паг достиг нужного дома и громко постучал в деревянную дверь. Изнутри раздался голос:
— Входи, Миламбер.
Паг вошел в крохотное жилище, представлявшее собой не более чем однокомнатную лачугу, и произнес:
— Приветствую, Синбойя.
Старик сидел на циновке за низким столиком, на котором стояла единственная лампа, чье пламя едва освещало помещение. В углу тлела маленькая печь для готовки. Климат Империи редко требовал дополнительного обогрева жилища. Занавеска отгораживала спальное место, а задняя дверь вела к небольшому огороду и уборной, как знал Паг.
Сидящий за столом старец был худ до прозрачности, воплощая все свои восемьдесят с лишним лет. Его редкие волосы побелели, а голубые глаза затянула мутная плёнка, но Паг знал, что ум его оставался столь же острым, как и тридцать лет назад при их первой встрече.