Страница 9 из 16
Теперь самому себе — что его воспоминания принадлежат именно ему.
Странно было думать, насколько легко человек принимает свое существование как нечто само собой разумеющееся. Пока никто не задает вопросов, мы не проверяем, есть ли у нас прошлое. Мы просто живем внутри него.
А если однажды прошлое начнет исчезать?
Что тогда останется?
— И как вы поняли, что происходит? — спросил Алексей.
Михаил едва заметно улыбнулся.
— Не понял.
— Но вы же знаете больше, чем я.
— Немного больше.
Он посмотрел на книгу.
— В первый раз я тоже думал, что найду человека, который все объяснит. Мне казалось, что где-то есть организация, ученые, какой-нибудь секретный проект. Что кто-то должен знать ответы.
— А оказалось?
— Оказалось, что люди обычно знают только ту часть правды, с которой столкнулись лично.
Алексей вспомнил слова Михаила про троих людей, которые исчезли.
— А остальные?
— Какие остальные?
— Те, кто занимается этим.
Михаил посмотрел на него с легким удивлением.
— Вы уже думаете, что существует какая-то организация?
— А разве нет?
Мужчина вздохнул.
— Существует.
Этого короткого ответа было достаточно, чтобы Алексей почувствовал, как внутри снова появляется напряжение.
Несмотря на все попытки Михаила говорить спокойно, несмотря на бытовые разговоры о чае и памяти, где-то за пределами этой квартиры действительно существовало что-то, о чем обычные люди даже не подозревали.
— Кто они?
— У них нет одного названия.
— Но вы знаете, как их называют?
Михаил некоторое время смотрел на дождь за окном.
— Те, кто давно с ними работает, называют их Корректорами.
Слово прозвучало совершенно буднично.
Без драматизма.
Без таинственной интонации.
И именно поэтому оно запомнилось.
Алексей повторил:
— Корректоры.
— Да.
— И что они делают?
Михаил немного подумал.
— Исправляют ошибки.
— В компьютерах?
— Нет.
Он посмотрел на него.
— В реальности.
Алексей хотел улыбнуться, но не получилось.
Слишком многое за сегодняшний день уже произошло, чтобы автоматически отбрасывать невозможное.
— Что считается ошибкой?
Михаил не ответил сразу.
Он подошел к книжному шкафу и провел пальцами по корешкам обычных книг.
История.
Фантастика.
Справочники.
Все эти тома выглядели абсолютно нормально. Они принадлежали привычному миру, в котором люди рождались, взрослели, старели и умирали, считая его единственным возможным.
— Представьте, что утром вы выходите из дома и видите, что ваш сосед живет не в той квартире, где жил вчера.
— Бывает.
— А если он живет сразу в двух?
Алексей нахмурился.
— Это уже невозможно.
— Для нас — да.
Михаил продолжал говорить спокойно.
— Или если человек помнит, что у него был брат, а потом выясняется, что родители всегда были единственными детьми в семье. Или если город существует на картах, но никто из жителей соседних районов никогда о нем не слышал. Или если историческое событие произошло, а потом оказалось, что его не было.
Алексей медленно кивнул.
— Эффекты Манделы.
Михаил посмотрел на него.
— Вы слышали об этом?
— Конечно. Люди иногда массово помнят вещи неправильно.
— Так принято объяснять.
— А вы считаете иначе?
Михаил подошел к столу и взял книгу.
— Я считаю, что иногда люди помнят не то, что было.
Он сделал небольшую паузу.
— А то, что было где-то еще.
В комнате снова стало тихо.
За окном продолжал идти дождь.
Самый обычный московский дождь.
И вдруг Алексей поймал себя на странной мысли.
Еще утром он был уверен, что мир — это что-то твердое и неизменное.
Теперь же он сидел на собственной кухне и слушал человека, который совершенно спокойно объяснял ему, что реальность может иметь несколько вариантов.
И самое неприятное было даже не в том, что Михаил мог ошибаться.
Самое неприятное заключалось в другом.
После всего, что произошло за этот день, Алексей уже не был уверен, что хотел бы услышать обратное.
Алексей еще долго не мог отвести взгляда от книги.
Теперь она пугала его уже не самим своим существованием. К этому, как ни странно, он начал привыкать. После всего, что произошло за сегодняшний день, даже самая невероятная вещь постепенно переставала казаться невозможной.
Страшнее было другое.
Книга вела себя слишком спокойно.
Она не выглядела чем-то чужим или опасным. Не было ни странного свечения, ни непонятных символов на обложке, ни ощущения, что он держит в руках предмет, который каким-то образом нарушает привычные законы мира.
Она просто лежала на столе рядом с чашками, чайником и старой газетой, которую он собирался выбросить еще несколько недель назад.
Обычная вещь.
Именно это делало ее такой неправильной.
— Значит, эта книга появляется не случайно? — спросил Алексей.
Михаил Андреевич не ответил сразу. Он смотрел на темную обложку, словно пытался вспомнить что-то давно забытое.
— Нет, не случайно.
— Тогда кто ее приносит?
— Не знаю.
Ответ был настолько простым, что Алексей даже растерялся.
Он ожидал чего угодно — очередной загадки, ухода от ответа, каких-нибудь осторожных формулировок. Но Михаил просто признался, что не знает.
— Вы серьезно?
— Да.
— Но вы же сказали, что уже сталкивались с подобным.
— Сталкивался.
— Тогда должны быть какие-то правила. Какие-то закономерности.
Михаил кивнул.
— Они есть.
— И какие?
Мужчина немного подумал.
— Обычно книга появляется тогда, когда человек начинает замечать то, что остальные уже не могут увидеть.
— То есть сначала меняется мир, а потом приходит книга?
— Иногда.
— А иногда?
— Иногда человек находит книгу раньше, чем понимает, что мир изменился.
Алексей откинулся на спинку стула.
— Простите, но это звучит так, будто вы сами не знаете, что происходит.
Михаил посмотрел на него спокойно.
— Я знаю достаточно, чтобы понимать опасность. Но недостаточно, чтобы объяснить вам всё.