Страница 7 из 16
— Потому что они уже заметили, что вы начали читать рукопись.
Алексей машинально посмотрел на страницу.
Всего несколько секунд назад она была пустой.
Теперь на ней медленно проступали новые строки.
Красные буквы возникали одна за другой прямо у них на глазах.
Михаил Андреевич даже не попытался этому удивиться.
Он читал текст так, как человек читает обычное письмо.
И чем дальше двигались строки, тем мрачнее становилось его лицо.
Михаил Андреевич заметил, что Алексей все чаще бросает взгляд на книгу. Казалось, она притягивала к себе внимание помимо воли. Стоило отвернуться на несколько секунд, как взгляд сам собой возвращался к темно-серому переплету, спокойно лежавшему на краю стола.
— Не открывайте ее без необходимости, — негромко сказал Михаил.
Алексей усмехнулся.
— Поздновато предупреждаете.
— Нет. Пока еще не поздно.
Он произнес это без всякого нажима, словно говорил о вещи, в которой не сомневался.
Алексей опустился на стул и устало потер лицо ладонями.
За сегодняшний день он услышал столько невероятного, что, наверное, должен был давно потерять способность удивляться. Однако происходило обратное. Каждая новая странность не вытесняла предыдущую, а наслаивалась на нее, делая происходящее все менее понятным.
— Хорошо, — сказал он наконец. — Давайте попробуем начать сначала. Представим, что я вам поверил. Не до конца, но настолько, чтобы не выставить вас за дверь. Тогда объясните хотя бы одну вещь. Почему именно я?
Михаил покачал головой.
— Если бы я мог ответить на этот вопрос, моя работа была бы намного проще.
— Значит, не знаете?
— Не знаю.
Алексей внимательно посмотрел на него.
За все время разговора Михаил ни разу не попытался показать себя человеком, которому известны ответы на любые вопросы. Наоборот, несколько раз он совершенно спокойно признавался, что чего-то не понимает. Это выглядело странно.
Люди, выдающие себя за хранителей великих тайн, обычно ведут себя иначе. Они любят недомолвки, загадочные намеки, многозначительные паузы. Михаил же производил впечатление инженера, который приехал на вызов, увидел незнакомую неисправность и теперь пытается разобраться в ней вместе с хозяином квартиры.
Именно поэтому ему хотелось верить значительно больше, чем следовало.
— Тогда расскажите хотя бы то, что знаете наверняка.
Михаил немного подумал.
— Хорошо. Но сначала ответьте мне на один вопрос. Только честно.
— Постараюсь.
— Когда вы в последний раз были абсолютно уверены в своей памяти?
Алексей удивленно поднял брови.
— В каком смысле?
— В самом прямом. Вы ведь уже заметили, что воспоминания начинают меняться.
— Нет.
Ответ прозвучал слишком быстро.
Михаил ничего не сказал.
Он просто молча смотрел на Алексея.
Тот хотел повторить, что с памятью у него все в порядке, но неожиданно вспомнил фотографию с родителями. Еще несколько минут назад он никак не мог восстановить в памяти, кто именно нажал кнопку фотоаппарата.
«Пустяки», — решил тогда Алексей.
С кем не бывает.
Но теперь он попытался вспомнить другое.
В какой рубашке утром ушел на работу?
Казалось бы, самый простой вопрос.
Он открыл шкаф в прихожей.
На вешалке висела темно-синяя куртка.
Под ней — светлая рубашка.
Или не та?
Алексей нахмурился.
Еще утром он был уверен, что надел серую.
Нет... голубую.
Или все-таки белую?
Он вдруг поймал себя на том, что мысленно перебирает варианты, словно речь идет не о сегодняшнем дне, а о событиях многолетней давности.
Это было неприятное ощущение.
Он прекрасно помнил разговор с охранником в офисе.
Помнил запах кофе.
Помнил дождь.
Но такие простые мелочи, которые обычно даже не требуют усилий, неожиданно начали расплываться.
Михаил наблюдал за ним с сочувствием.
— Именно так все и начинается.
— Почему?
— Потому что память — часть реальности. Если меняется одно, постепенно меняется и другое.
Алексей медленно сел обратно.
— Вы хотите сказать, что мои воспоминания кто-то переписывает?
— Нет. Если бы их переписывали, вы ничего не заметили бы.
— Тогда что происходит?
Михаил некоторое время молчал.
Он подбирал слова очень осторожно, словно боялся одной неточной фразой разрушить и без того шаткое понимание происходящего.
— Представьте старую библиотеку, — сказал он наконец. — На одной полке стоит десять экземпляров одной и той же книги. Снаружи они совершенно одинаковые. Но внутри каждая отличается от предыдущей всего несколькими страницами. Где-то изменена одна фамилия, где-то не произошло важное событие, где-то человек принял другое решение. Если открыть любую из этих книг, вы будете уверены, что именно она настоящая.
— И что?
— А теперь представьте, что однажды вас незаметно пересадили из одной книги в другую.
Алексей молчал.
Он уже хотел возразить, но неожиданно понял, что пример оказался слишком понятным.
— Вы хотите сказать, что я... оказался не в своем мире?
Михаил покачал головой.
— Я пока ничего такого не говорил.
— Но именно это вы сейчас описали.
— Не совсем.
Он впервые за весь вечер позволил себе улыбнуться.
— Видите ли, Алексей... самое неприятное заключается в том, что человек почти никогда не переходит из одного мира в другой.
Он делает нечто гораздо более странное.
На этот раз замолчал уже Алексей.
Он вдруг почувствовал, что следующий ответ может оказаться куда страшнее всех предыдущих.
Михаил поднялся со стула, подошел к окну и несколько секунд смотрел на вечерний город.
Потом тихо сказал:
— Иногда мир остается на месте.
А исчезает сам человек.
И вот этого никто до сих пор так и не смог объяснить.
Глава 3
Михаил еще некоторое время стоял у окна. Он смотрел вниз, во двор, где под моросящим дождем спешили по своим делам совершенно обычные люди. Кто-то возвращался с работы, кто-то вел за руку ребенка, молодая женщина безуспешно пыталась раскрыть зонтик, который никак не хотел фиксироваться. Во всей этой картине не было ничего необычного.
Наконец он повернулся к Алексею.
— У вас чай есть?
Вопрос оказался настолько неожиданным, что Алексей не сразу понял, о чем его спрашивают.
— Что?