УПС, ПОЛОМАЛИ!

35.

Довольные своей хитростью, подруги благополучно добрались до бара с максимально дурацким названием. Никакого средневековья, только неон, музыка и куча электроники. Абсолютная зона безопасности.

Накатили по первой за Катькин новый «шедевр». Посмеялись, вспоминая Гертруду и запрятанное золото. Потом расслабились и еще чутка накатили. Жизнь казалась прекрасной, земной и предсказуемой.

Элька, окончательно размякнув от коктейлей, лениво повела глазами по залу. И тут её хмельной радар намертво заклинило.

Напротив них, на кожаных диванах у дальнего стола, вальяжно расположились двое парней.

От них за версту веяло неприлично большими деньгами и статусом столичных мажоров, которые могли купить этот бар вместе с потрохами. На парнях был расслабленный дорогой кэжуал: небрежно расстегнутые шелковые рубашки, брендовый трикотаж и часы ценой в хорошую квартиру. Но самое возмутительное было не это.

На коленях одного из них устроилась девица с такой умопомрачительной фигурой, что у Эльки внутри моментально проснулась и пустилась в яростное боевое танго глухая женская зависть. Формы незнакомки были настолько сочными, а пропорции — безупречными, что хотелось то ли забиться в угол, то ли заказать себе еще три десерта.

Элька с трудом сглотнула внезапно подступивший ком. Медленно перевела взгляд выше, на лицо мужчины… И столкнулась с до боли знакомым, пронзительным и невыносимо насмешливым блеском глаз цвета сумеречной стали.

— Адриан?! — на чистом автомате выдала Элька, ошарашенно ткнув пальцем и привлекая внимание подруги к столу напротив.

Катька лениво проследила за её взглядом, сфокусировала зрение и вдруг беззаботно, пьяно рассмеялась:

— О! Гляди-ка, Себ с инквизитором! Припёрлись-таки, паразиты...

Заметив, что их раскрыли, маг на дальнем диване игриво подмигнул Катьке, а Адриан — вальяжно, с истинно монаршим превосходством — послал Эльвире ответный воздушный поцелуй.

Но даже с глубоко датых глаз Элька подспудно ощутила: этот «поцелуй» какой-то… чересчур материальный, что ли. Воздух между столами подозрительно заискрился, и в её сторону на бреющем полёте понеслось нечто светящееся.

В самый последний момент, когда эта неоновая хтонь уже готова была впечататься ей в лоб, инстинкт самосохранения сработал на опережение. Она резко, ласточкой пригнулась к столу.

Светящийся сгусток со свистом пролетел над её головой и со смачным, сочным шлепком шмякнулся о стену позади девчонок.

Подруги синхронно обернулись. На обоях бара, прямо поверх неоновой подсветки, теперь красовалась и дымилась жёлтым пламенем зловещая, выжженная до основания эмблема.

Катька в полном очумении захлопала ресницами и выдала:

— Это что… «Печать Инквизитора»?!

— Вали-и-им! — истошно проорала Элька.

Она коршуном взметнулась с места, мёртвой хваткой схватила Катьку за руку и, профессионально петляя зигзагами между столами и визжащими хипстерами, припустила к выходу из бара.

Выдохнули они только сорок минут спустя, с треском захлопнув за собой бронированную дверь в катькиной квартире. Элька, тяжело дыша и растрёпанная, как после ядерной войны, наконец-то отпустила подругу и пошла в полный, неконтролируемый разнос.

— Ты! — Элька нависла над подругой грозовой тучей, тяжело дыша. — Объясни мне, гений пера, что у тебя там с этой книгой вообще происходит?! Мы что, пока там сидели, всё к чертям собачьим сломали? И сюжет мутировал в триллер с элементами преследования по Москве?!

Катька в полном недоумении дрожащими руками вытащила из стопки на полке красочный томик. Включив профессиональный взгляд автора, она начала лихорадочно пролистывать страницы, шурша бумагой на всю квартиру:

— Нет… Смотри, всё как и было. Текст оригинальный. Про нас тут вообще ни единого слова нет. Конец каноничный, инквизитор страдает по главной героине…

— Если про нас там нет, то логичный вопрос: в какую, блин, историю мы тогда влипли?! — Элька всплеснула руками. — Где мы вообще провели всё это время? И кстати, ты уверена, что это был именно твой сюжет?!

— Ну я не знаю, — Катька растерянно захлопала глазами. — Всё же совпадало. И таверна, и Лазурный, и Гертруда… Пока мы не начали менять всё подряд. Слушай, Эль… А может, мы так капитально переписали её изнутри, что просто создали другую историю? Ну, альтернативную реальность с новой линией?

Как и всегда, когда бабы наворотят дел космического масштаба, которые уже физически ничем нельзя разрулить, паника девчонок внезапно перегорела. Подруги переглянулись и одновременно дико, в голос заржали. Смеялись до слёз, решив, что раз уж они живы и дома, то надо просто выкинуть этот бред из головы и больше никогда не заказывать коктейли с двусмысленными названиями.

А в это самое время в далёком средневековом замке Себастьяна, перед огромным, мерцающим потусторонним светом зеркалом, мирно сидели два друга.

— Зачем ты перепугал девчонок? — чародей укоризненно покачал головой, крутя в пальцах светящийся Стилос. — Кстати, твоя земная «жена» ничего так, пробивная. Да и с её подругой-писательницей я бы с удовольствием пообщался поближе.

— Мне только в новой реальности ещё и двух неуправляемых девок не хватало, — буркнул Адриан, поправляя безупречный воротник. — Пусть побегают, полезно для тонуса.

— Ладно, босс. А что ты собираешься делать со своей теперешней, оригинальной женой? Ну, теперь, когда ты знаешь всю правду про переселение душ?

— А ничего, — инквизитор равнодушно пожал плечами и откинулся на спинку кресла. — Захочет развод — дам без лишних слов. Не захочет — пусть числится законной супругой. Ты же сам прекрасно знаешь наши ведомственные правила. У нас инквизиторы обязаны быть женаты. Во избежание, так сказать, лишних девичьих иллюзий со стороны адепток и... читательниц. Да и о содержании «жены» мне теперь печься не надо. В конце концов попаданка оставила ей настолько отлаженный бизнес, что золота хватит и детям, и внукам. Главное, чтобы не промотала по глупости.

Адриан прищурился, переводя взгляд на Себастьяна, и в его глазах блеснул азарт:

— Ты мне лучше другое расскажи. Как ты умудрился так виртуозно и быстро легализовать нас в этом их безумном мире?

— Я с этой писательницей перелопатил гору литературы и кучу артефактов испортил, — проворчал Себ. — И кстати, первый раз видел, как у бабы при одном упоминании твоей задницы мозг не исчезал, а появлялся. Стоило ей подумать о твоей, кхм... харизме, как у нее мгновенно срабатывало вдохновение вовремя слинять.