Ловчая

Горцы знали потайные лесные тропки не хуже местных. А может статься, и лучше.

И, чтобы не столкнуться, приходилось отступать дальше и дальше к югу. К предгорьям. Они снова перебрались через седловину, потом — дальше. А там Стейн и сам троп и тайных мест уже не знал. Так что полагаться им двоим оставалось лишь на удачу. Скверно было еще и то, что горцы могли позволить себе ходить, не скрываясь. Двоим же беглецам приходилось тщательно заметать следы. Чтобы никто не заподозрил об их присутствии.

На их удачу, варвары вели себя беспечно. И порою оставляли объедки на местах своих стоянок. Благодаря этой безалаберности беглецы не умерли с голоду.

Изредка еду они находили и в разоренных деревнях. Правда, туда заходить было жутко. Дикари, спустившись на равнину, творили страшное… а ночная мгла больше не скрывала следов зверств.

Донеслись звуки музыки, заставили встряхнуться. Кажется, начался первый танец! Отец как пить дать, будет недоволен. И непременно прочтет ей нотацию о том, как положено вести себя юной леди, если ей посчастливилось оказаться во дворце на тожествах начала лета.

То, что эта юная леди последний год торчала большей частью посреди гор, на солдатских биваках и в казармах, никого не волнует.

А уж о том, что душу гложет тоска, и вовсе не следует поминать.

Сабина со вздохом направилась в зал. Не хватало, чтобы отец сам явился за ней! Тогда он уж точно не отойдет от нее целый вечер. Будет зорко следить, чтобы она как следует играла свою роль. И чтобы выражение ее лица было ровно таким, каким и положено ему быть. С любезной и чуточку отрешенной улыбкой.

— Ах, графиня! — кто-то сунулся навстречу — не успела она зайти в зал. — Как жаль, танец уже начался! А я так надеялся, что вы составите мне партию на открытии вечера.

— О, — выдавила она, силясь припомнить — кто это такой. — Сожалею, я задержалась… было так душно.

— Но следующий танец ведь мой? — с надеждой вопросил молодой вельможа.

Как же его зовут? Они вообще представлены друг другу? Наверное, — решила Сабина. Раз уж он сам к ней сунулся.

— Само собой, — она улыбнулась ровно так, как ее учили — любезно и чуточку отрешенно.

— Ах, графиня — счастью моему нет предела! — он просиял. — Позвольте, позвольте, — и прихватил ее под локоть. Как-то совсем уж фамильярно.

Смутное чувство подсказывало, что вот так запросто хватать под локоток едва знакомых графинь не слишком-то вежливо. Но новый знакомый — кто же он, демон квадратный его дери⁈ — уверенно вел ее по залу, на ходу раскланиваясь с встречными и сияя, как начищенный таз.

При виде ошалевших глаз одной из вельможных тетушек, которой ее нынче представили, сделалось совсем не по себе. Кажется, это не тот человек, с которым можно вот так разгуливать под ручку.

Вот только не вырываться ведь у всех на глазах? Поставит себя в смешное положение. И вообще, может, она что-то не так поняла? В конце концов, откуда в королевском дворце, на официальном приеме, взялся человек, с которым неприлично разгуливать под руку? А еще она никак не могла сообразить, как бы ловчее спросить его — кто ж он всё-таки такой. Ну, не запомнила она всех, кому ее нынче представили.

Кавалер вел ее, уверенно лавируя среди придворных. И, судя по довольному лицу, не испытывал и тени неловкости. А вот Сабине молчаливое шествие через зал начинало казаться всё более неловким.

— Как вам нынешний прием? — осведомилась она, чтобы хоть чем-то нарушить молчание.

— О, как всегда — пышно, помпезно, — охотно отозвался кавалер. — Вам, должно быть, это нравится, не так ли?

— Да, всё очень мило, — прощебетала она и сама себя похвалила мысленно: ровно так, как и положено юной девице, очутившейся на торжестве!

— Всё-таки вы ничем не отличаетесь от прочих девиц, — самодовольно заявил нахал, чьего имени она по-прежнему не знала. — Восхищаетесь мишурой, радуетесь балу! Небось, и прибыли, чтобы подцепить жениха побогаче и познатнее, а?

Это еще что за тон⁈

— Я пока не думаю о замужестве, — вежливо отозвалась Сабина, старательно удерживая на лице выражение безмятежности.

Что-то ей стремительно переставало нравиться это знакомство! Тем паче, его и знакомством-то не назовешь: кто этот нахал⁈

— А вы высказываете редкие суждения, — она, как могла, обворожительно улыбнулась. — Не каждый день встретишь человека, который столь прямо заявит, что его раздражает роскошь и великолепие королевского дворца! Вы, сударь, оригинал.

Ответом послужила насмешливая улыбка. Что это — презрение, превосходство? Новый знакомый нравился Сабине всё меньше. Она уже жалела, что обещала ему танец.

— Позвольте угостить вас, — он цапнул два кубка с подноса, что проносил мимо слуга, один протянул ей. — Здесь — сравнительно тихо, можно дождаться спокойно следующего танца, — и указал ей на пару низких пуфов в уединенной нише.

— О, давайте постоим здесь, прошу вас, — Сабина изобразила еще одну улыбку. — Я насиделась в карете по дороге к столице! Помилосердствуйте.

Слишком уж эта ниша отгорожена от остального зала! Ее еще и прикрывало деревце в широкой кадке. Слишком будет напоминать это свидание наедине. И она шагнула ближе к свету, шуму и небольшим компаниям, беседующим по три-четыре человека.

— Боитесь упустить хоть каплю этого блеска? — он понимающе усмехнулся, перемещаясь следом за ней. — Понимаю: солдатские лагеря, биваки, палатки — и вдруг королевский дворец! Из дурнушки сделаться вдруг почти принцессой.

Сабина улыбнулась, пригубила немного из бокала, изо всех сил стараясь не зарычать. Что он прицепился к ее неосторожной фразе, которой она лишь пыталась прогнать неловкость?

И вдруг сообразила. Понял он прекрасно, куда она хотела вывернуть разговор — невзначай спросить его имя. Судя по тому, как косятся на них другие — он не просто так забыл назваться! И отец, как назло, пропадает где-то, когда она не знает, как поступить. Где все эти люди, когда помощь нужна по-настоящему? Да хоть те же дамы с их глупой болтовней!

А еще она сообразила, что оскорбительные замечания по поводу ее ума и вкусов — лишь способ вывести ее из себя.

Зачем-то этому типу понадобился скандал. С деятельным ее участием.

Дело дрянь. Этот тип явно привык добиваться своего — не мытьем, так катаньем. А значит, неудача его не устроит. Не вышло сделать скандал сразу, примитивными средствами — он применит чего изысканного. И так-таки получит то, чего хочет.

Сабина едва коснулась губами содержимого кубка.