Страница 34 из 85
Каждый из нас отчаянно пытается разгадать, что творится в голове другого, но ни один не готов уступить, не готов показать свою слабость.
Забавно, но первым не выдерживает эту тишину Хмурый. Он уже хочет что-то сказать, как вдруг со стороны стеллажей раздаётся голос бабушки:
— О, зятёк!
Бурхан напрягается всем телом, будто готовясь к схватке. Черты его лица становятся острыми, а в глазах появляется холодная серьёзность.
Он поворачивается к матери Банкира, разрывая со мной зрительный контакт. Напряжение, сковавшее меня, немного отступает.
Я позволяю себе немного выдохнуть.
— Объясните ей, что вам дома больше появляться нельзя.
— Мы и не собираемся туда возвращаться. Дом один хер пасут, — фырчит бабуля, скрещивая руки на груди. — У меня есть охотничий домик. Зашкеримся там пока. Всё равно на охоту хотели сходить. Да, Варюш?
Я активно киваю головой, соглашаясь.
Куда угодно, лишь бы не в его дом.
От одной мысли, что мы будем жить под одной крышей, меня бросает в дрожь.
Я уже совершила ошибку, поддавшись слабости на девичнике. Хватит. Сейчас я смотрю на вещи трезво.
Ещё утром Амир говорил о семье. Что он всё обдумал, передумал, что-то там переоценил.
Но что, если он снова изменит своё решение?
Я привяжусь к нему ещё сильнее, а он внезапно поймёт, что это не для него и сольётся?
Или это всё игра?
Сначала поиграли в отношения, теперь будем играть в семью?
Я беру со стола стакан, в который мне наливала бабушка, и делаю глоток.
Гадость-то какая!
Я пытаюсь откашляться, чувствуя острое жжение в горле. И тут, сквозь плотную завесу моего смятения пробиваются слова Амира:
— Я её теперь от себя не отпущу.
— Будешь днём и ночью караулить⁈ — с вызовом спрашивает бабушка. — Или опять её
этим
доверишь?
— Я её никому не доверю, — рычит мужчина. — Даже вам!
— Со мной в лесу ей будет безопаснее.
— Ну да. К вам либо припрутся толпой и Варю увезут, а я даже не в курсе буду. Либо она сама в лесу потеряется. Охренеть перспектива!
Амир резко выдыхает, как будто пытаясь успокоиться.
Его голос теперь звучит ровнее. Но жёсткость в нём никуда не исчезает, лишь становится более сдержанной.
— Моя будущая жена остаётся со мной. В моём доме. Под моей защитой. Точка.
Бабушка смотрит на него с лёгким прищуром, словно оценивая его слова. А затем как-то странно улыбается.
— Ладно, — примирительно произносит она. — Но ты за неё головой отвечаешь.
В смысле?
Она согласилась с ним?!?!?
Нет-нет-нет. Так не пойдёт!
Внутри меня всё протестует. Я начинаю лихорадочно прокручивать в голове разные варианты, как меня вдруг осеняет:
— Бабушка может тоже переехать к тебе.
— Без проблем, дорогая, — тут же отзывается Амир. — Лишь бы тебе было комфортно.
Ах ты…
Даже на это уже согласен⁈
— Не хочу быть обузой, — цокает языком мать Банкира. — Да и смысл по чужим домам шарахаться, когда мне есть куда пойти?
— Ок. Значит, всё решили, — Бурхан жестом подзывает кого-то из своих работников. — Мой водила вас отвезёт.
Ну, класс!
Бабушка сейчас уедет. Я останусь с ним на один на один.
Спасибо, генерал Новиков!
Надеюсь, ты там в своей сауне запаришься!!!
Я обессиленно откидываюсь на спинку кресла. Смотрю в одну точку перед собой.
Внутри — настоящий шторм, но сквозь него пробивается лишь одна, всепоглощающая эмоция: безысходность.
— Зятёк, а игрушку подаришь? — вдруг спрашивает бабушка.
— Ей АWM понравилась, — усмехается Ильназ, проводивший экскурсию по складу.
Амир утомленно вздыхает и проводит рукой по волосам назад, ещё больше взъерошивая их.
— Хорошо, — соглашается он, но тут же добавляет: — Только вы по мне больше не стреляете!
— На зятя рука не поднимется. Ты чё уж, — отмахивается она и бросает в сторону. — И две коробки патронов захвати. А то я почти весь запас на вашего начальника потратила.
— Так это она тебе всю тачку обстреляла, что ли? — тихо спрашивает Хмурый, наклоняясь к Амиру. Он кивает. — Ну даёт бабка…
Подумаешь, две недели в него стреляла. Она же предупреждала, что показываться не стоит.
Так что сам виноват.
Я отрешённо наблюдаю за тем, как Ильназ аккуратно укладывает снайперскую винтовку в чехол. Кто-то из сотрудников приносит патроны.
Бабуля, которая на пару минут скрылась за стеллажами, выскакивает с четырьмя гранатами в руках и «незаметно» запихивает их туда же.
— А это вам на хера? — ворчит Амир.
— Не жадничай, я на рыбалку пойду.
Я случайно сталкиваюсь взглядом с Хмурым. И он, к моему большому удивлению, приободряюще улыбается мне.
— Смотрю, ты с кольцом уже.
В этот самый момент я опускаю взгляд на свою руку, на сверкающий камень. И, словно поддавшись внезапному порыву, я отвечаю, удивляясь собственной откровенности.
— Проснулась, а оно уже на пальце.
— В его стиле, — ухмыляется уголком рта Хмурый. На мгновение он прикрывает глаза, будто обдумывая что-то. — Дай номер Лисы, пожалуйста.
Ой…
— А у меня его нет.
Родион хмурится, словно зависая в своих мыслях.
— Как это?
— Я сама с ней познакомилась в том клубе. На девичнике.
В его глазах что-то вспыхивает, и прежнее спокойствие испаряется без следа.
— Твою мать… — произносит он, и в этом почти беззвучном выдохе столько внезапной, сдерживаемой ярости!
— Понравилась? — спрашиваю я, не в силах сдержать любопытство.
Родион молчит, но его мрачнеющее лицо говорит громче всяких слов.
Рыжая бестия зацепила его. И очень сильно.
— Варюш!
Я поднимаюсь с кресла, направляясь к бабушке.
Мы обнимаемся на прощание, и в этот момент я чувствую, как её тепло окутывает меня. Она наклоняется ближе и шепчет мне на ухо:
— Будет обижать — звони. Я с ним разберусь.
— Ты же обещала, что не будешь в него стрелять, — напоминаю я, пытаясь разрядить обстановку.
Бабушка отстраняется, и её ладонь ласково проходится по моим волосам. Она смотрит мне прямо в глаза, и в её взгляде мелькает хитрая улыбка.
— Стрелять не буду. Я ему кое-что похуже придумаю.
На моих губах сама собой появляется улыбка.
Ну вот, теперь мне не терпится узнать, что ещё она там выдумала.
— Будьте аккуратнее, — раздаётся за спиной голос приближающегося Амира. — Пожалуйста.