Страница 33 из 85
Глава 13
Кутаясь в спортивную кофту, я бегу от машины к распахнутой железной двери следом за Юсуфом. Нас привезли на склад — самое безопасное, по мнению моей охраны, место.
— Бурхан тут, — говорит Ильназ, взъерошивая мокрые волосы. — Сейчас доложат, что мы приехали.
Я стягиваю капюшон с головы, смахиваю с лица несколько капель дождя и прохожу дальше.
Работники, увидев меня, автоматически встают, уступая нам с бабушкой место. Она садится на диван, а я плюхаюсь в кресло. Чисто по привычке перекидываю ноги через подлокотник.
— Водка есть? — спрашивает у кого-то бабуля. — Тащи.
Через пару минут на столе оказывается бутылка. Она наливает мне полстакана, и столько же себе.
Пока я достаю из кармана два удостоверения и раскрываю верхнее. Вглядываюсь в лицо того, кто меня ударил и оттаскал за волосы.
Козлина.
— Тебе бы помогло, Варюш, — ласково произносит бабушка, пододвигая ко мне стакан.
Я откидываю удостоверения на столик и беру его в руки. Только не пью, а подношу к ноющей скуле. Холод стекла мгновенно приносит облегчение, прогоняя тупую боль.
Махнувшая стакан бабушка окидывает помещение цепким, изучающим взглядом. И в её глазах мелькает озорной блеск.
— Как у вас тут всё интересненько, — неожиданно бодро произносит она и обращается к Ильназу, поднимаясь с дивана. — Пойдём, покажешь всё.
Не давая ему опомниться, она берёт озадаченного охранника под руку. Тот, кажется, даже не успевает сообразить, что происходит. А бабушка уже тащит его вглубь склада…
Через пару минут со стороны стеллажей, заставленных ящиками и коробками с оружием, раздаётся эхом:
— Ух ты! Как тут много всего!!!
Я возвращаю стакан на столик, скрещиваю руки на груди и откидываюсь на спинку кресла. Вслушиваюсь в нескончаемый, ритмичный барабанный бой дождя по крыше складского помещения.
Внезапно «тишину» разрывает резкий хлопок двери, за которым следует громкий топот по металлической лестнице.
— ГДЕ ОНА⁈
По бетонному полу разносятся быстрые, глухие шаги. Они словно нарастают, становясь всё громче и ближе, пока не останавливаются.
Бурхан присаживается на корточки перед креслом, и заглядывает в мои глаза.
— Варь, что случилось?
Я не успеваю ответить, как его взгляд скользит в сторону. Амир хмурится и протягивает руку, чтобы убрать волосы от моего лица. Пальцы случайно задевают опухшую скулу, и я непроизвольно вздрагиваю, шипя от боли.
В глазах мужчины мгновенно вспыхивает дикая ярость. И он, взрываясь, рявкает в сторону Юсуфа:
— ЭТО ЧЁ ТАКОЕ, БЛЯДЬ⁈
Амир тяжело дышит, пододвигаясь ещё ближе. Его пальцы смыкаются на моём подбородке, осторожно поворачивая голову в сторону, чтобы лучше рассмотреть скулу.
— В дом вломились. Двое, — коротко и чётко докладывает охранник. — Пытались похитить Варвару Павловну.
— А вы чем в это время занимались? — голос Бурхана становится низким, и в нём сквозят опасные нотки.
Он внимательно осматривает моё лицо, снова поворачивает голову, проверяя уже другую сторону, и отнимает руку. Но сам не отодвигается, оставаясь всё также близко. Смотрит мне прямо в глаза.
— Дежурили в машине. К дому никто не приближался, — безжизненным голосом произносит Юсуф, смотря в пол. — Услышали выстрел. Побежали разбираться.
— А разобрались уже до вас? — доносится откуда-то сбоку насмешка, звучащая как угроза.
Хмурый останавливается напротив, окидывает меня быстрым, оценивающим взглядом и, кажется, даже морщится.
— Выглядишь не очень, — мрачно заключает Родион.
— А ты как всегда щедр на комплименты, — хмыкаю я, поджимая губы.
Я не злюсь на него. Вижу, что он тоже переживает за меня.
— Кто тебя так?
— Да мудак один, — тихо отвечаю я, пытаясь улыбнуться, но улыбка выходит кривой.
— Надеюсь, он выглядит хуже. А если нет, то будет, — рычит Амир, поднимаясь. — Нападавшие где⁈
Мы с Юсуфом переглядываемся. Он почему-то молчит, поэтому я беру инициативу и отвечаю сама.
— В багажнике. Одного я завалила, другого — бабушка. Вот.
Я пододвигаю к Амиру корочки, лежащие на столе. Он берёт удостоверения в руки, сосредоточенно разглядывая каждое вместе с Хмурым.
— Не говорили, кто их послал? — спрашивает Бурхан.
— Нет.
Я задумываюсь, пытаясь сложить все кусочки пазла.
Эти звонки. Генерал. Ребята, напавшие на меня, с удостоверениями.
Самоуверенные гады! Ну вот кто идёт на дело с ксивами?!?
— Есть одна догадка, — невесело усмехаюсь я и, замечая на себе вопросительные взгляды, продолжаю: — Тут один мужик очень настойчиво звонил. Я от его милого предложения съездить голой в сауну отказалась и…
— Кто тебя звал???
Амир злится. Сильно.
Тяжелое, прерывистое дыхание вырывается из его груди. Каждый вдох наполнен силой, а выдох — сдерживаемым гневом.
— Отец записал его как генерал, — отвечаю спокойным, ровным голосом, хотя внутри меня нарастает волнение. — Новиков какой-то.
Бурхан мрачнеет лицом. Его глаза темнеют до почти чёрного цвета, а челюсти сжимаются так сильно, что на скулах проступают желваки.
— Значит, эти двое не последние были, — уверенно заявляет Хмурый.
Амир нервно выдыхает и достаёт из кармана пачку сигарет.
— Знаю, блядь.
Он закуривает прямо на складе, и небрежно отбрасывает пачку на столик. Склонив голову, потирает подбородок рукой, в которой тлеет сигарета. Глаза бегают, явно в раздумьях. Он затягивается. Снова думает.
А потом, как будто что-то щелкнуло, его взгляд мечется в мою сторону. Странно застывает, изучая меня без единого слова.
Он задумчиво делает ещё одну глубокую затяжку, выдыхает дым и, чуть прищуриваясь, произносит:
— Ты переезжаешь ко мне.
— ЧЕГО⁈ — вырывается у меня само собой, как будто кто-то выбил из лёгких воздух. — НЕТ!
Я резко отдёргиваю ноги, которые до этого беспечно свисали с подлокотника. Сажусь по-нормальному, как обычные люди. Спина идеально ровная, напряжённая до предела.
— Это не обсуждается, — рубит Амир.
Я впиваюсь взглядом в его лицо, пытаясь прочесть хоть что-то, но… оно непроницаемо.
Никаких эмоций.
Только пугающая, абсолютная решимость.
— Может, всё-таки обсудим⁈ — с вызовом спрашиваю я и, повернув голову в сторону стеллажей, громко кричу: — БАБУ-УЛЬ!
Дождь неустанно отбивает ритм, полный напряжения и ожидания.
Мы с Амиром ведём войну взглядами.