Страница 34 из 53
Еще запаслась морской капустой, яичным порошком, четвертью хлеба и тремя овощными пирожками – их очень любит Собака.
Из магазина Марина вывернула не на проспект Матерей, а на тихую улочку Подводников: так можно немного срезать. Сегодня, правда, здесь было настолько темно, что собственные ноги удавалось различить с трудом; приходилось идти очень медленно.
Марина поглядывала на ясное звездное небо и меланхолично размышляла над перспективами работы на «Позывном». Фима права: никто ее не уволит. А если вдруг Фиме дадут мохнатовское время, то еще и новый рабочий фронт откроется. Вопреки ожиданиям, от этих мыслей становилось не спокойнее, а, наоборот, грустнее. Казалось, уволь ее Абазов – это пошло бы и ей, и мирозданию только на пользу.
Уже около подъезда Марина с удивлением обнаружила мину из прошлого. Почти уткнувшись скругленным иностранным носом в стену, здесь стояла старая синяя «японка». Когда-то у них с Тёмой был точь-в-точь такой же раритетный автохлам. А может, у него эта машина и сейчас есть? Нет, вспомнила она, вроде бы продал.
Ярость на Тёму, пославшего Марину к людоедским медведям и стрельбе, уже успела схлынуть. Марина даже попробовала успокоить себя тем, что Тёма мог не знать о том, что происходит в Порту.
Но – как он мог не знать?!.
Марина чувствовала, что проснется с этой мыслью завтра – и уже от нее не отвертится. И будет ходить. И накручивать себя. И плакать. И вспоминать это треклятое сегодня. Но хотя бы пока она силилась сделать для самой себя вид, что ничего такого нет. Она заставляла себя думать о пирожках.
Собака учует их за версту.