Страница 25 из 60
– Вот же распронихренажсебе! – вылетело у меня скороговоркой, и мой кулак приземлился на стол Дзержинского.
Тот зыркнул на меня своим фирменным хитрым прищуром, но без улыбки. Феликс вообще очень редко дает волю эмоциям.
– Едешь со мной? – спросил он.
– Мы сами, пора работать, – заключил я. – Вань, все привез?
– Так точно.
– Тогда выходим и действуем как распределили.
– Командир, разреши? – подал голос Старый, молчавший до этого.
– Говори, – кивнул я.
– Проверьте выезды, возможно, будут заминированы. И еще… они не станут стрелять, как ты, издалека, метров двести, точно говорю.
– Почему так уверен?
– Я с ним говорил как-то, он любит стрелять в голову.
– Понял. Малой, меняемся, я иду к собору, ты к музею.
– Принял.
Эх, как же рации не хватает…
Мы разошлись по указанным мной местам. Предстояло как просто проверить их, так и взять под наблюдение. Сам я направлялся в Кремль, а точнее, в Успенский собор. Убитый Каменев гулял вдоль стен Сената, а значит, стрелок внутри, вряд ли будет работать из-за периметра. Да это и физически невыполнимо.
В Кремле сновали чекисты. Куда ни глянь, везде группы по два, а то и больше человек с оружием, делают вид, что кого-то или чего-то ищут. Ну-ну.
Осмотрев место преступления, я только убедился в своей правоте. Да, Старый прав, выстрел в голову произведен скорее всего с близкого расстояния, нормальный стрелок не станет рисковать, надеясь на попадание в голову издалека. Революционер Каменев лежал на боку, пуля вошла ему сверху в голову, здорово ее повредив.
Я был при оружии, мне положено, даже бумага есть, но без винтовки. Со мной один из наших учеников, причем не снайпер пока. Я вызвал к себе через Малого бывшего унтер– офицера Крайнова, с которым мы пробирались по степи из Новочеркасска. Мужик он толковый, и мне понравилось с ним работать.
Успенский собор очень большой, обойти его весь – задачка непростая. По распоряжению Дзержинского, у меня был письменный приказ о содействии для всех, к кому я обращусь. Вот и перехватил по ходу несколько вооруженных товарищей, приказав оцепить собор и никого не выпускать. Почему я уверен, что снайпер именно тут, что он не ушел и, вообще, работал именно отсюда? А потому, что место уж больно хорошее, да к тому же спрятаться на территории собора проблемы не составит. А вот с нашей стороны… Искать в таком здании одного-двух человек – задачка еще та, да и местные, так сказать, жители не очень-то лояльны новой власти. Их отсюда выселяют уже второй год, но воз и ныне там. Посмотрим, что нас ждет сейчас внутри.
– Ворон, я не пойму, где ты надеешься их найти?
– Внутри, разумеется, – пожал я плечами.
– Да они ушли давно! – с сомнением посмотрел мне в глаза товарищ.
– Не, не ушли Василий, они уже все для себя решили, пришли в логово своего врага, надеясь, максимально его потрепать. Нет, не уйдут они никуда, Вася, – повторил я, кивая сам себе.
Я и правда так думал: они смертники, это стало ясно, когда после нескольких убийств они не залегли на дно, а решили бороться до конца. Надеются выбить все руководство партии большевиков? А почему бы и нет! Был бы я на их месте, так же и поступил бы, тем более их цель не какие-то атаманы, а руководство только что созданной страны, которая им как кость в горле. Территория Кремля – это не квартира, даже не особняк. Это, можно сказать, целый отдельный район города. Тут есть и куча зданий, и подземелья, и наверняка свои люди. Если я не прав… сожру собственную фуражку.
– Вы куда? – На нашем пути встала грозная фигура служителя церкви. Уж не знаю, кто он по сану, но личность довольно колоритная. Бородища до середины груди, причем аккуратно пострижена и даже расчесана. Крест на пузе большой, серебряный вроде, на черной сутане выделяется как фонарь. Человек был груб, и видно, что привык диктовать свои идеи и отдавать приказы.
– Сюда, – коротко бросил я. Оружие, сопровождение, все это не давало возможности попу просто вышвырнуть меня отсюда как котенка, здравый смысл еще присутствует в его голове, ну и расчет, естественно.
– Не имеете права…
О как, больше ничего не придумал?
– Это почему? Я хочу посетить церковь, разве это запрещено? Кем?
– Церковь закрыта! – продолжал басить поп.
– Это что же, в небесной канцелярии перерыв на обед, что ли? Так не бывает, батюшка. Церковь для людей, а не наоборот. У господа нет часов приема для своих детей, а ведь мы его дети, правильно?
Я шагнул мимо него, поп в этот момент попытался все же схватить меня за плечо, но не преуспел. Крайнов приставил к его голове пистолет со словами:
– Ты бы, святой отец, придержал свои руки, не ровен час останешься без них, как креститься будешь?
Ух, вот как завернул бывший унтер.
– Чего? Да как ты смеешь? – заревел поп, но остановился.
– А что, батюшка, не привык к такому обращению? Это нам нужно ваши ручки целовать да денежки нести? Хватит, кончилась ваша власть над народом, господь всех рассудит, а против своих же детей он не пойдет. И ты не иди, побойся Бога! – продолжил свой монолог Крайнов.
Я тем временем уже прошел внутрь и в поисках лестницы наверх осматривал темное помещение. Глаза еще не привыкли, но все же очертания дверных проемов и арок становились различимы.
– Василий, сюда! – позвал я унтера, а сам направился в проход слева. Когда Вася догнал меня, мы вдвоем усмехнулись, слушая проклятия позади.
– Может, пристрелить его? – поморщился Василий.
– Зачем? – удивился я. – Возьмет оружие в руки, получит пулю, а так… Мы не убийцы, Вася. У них вся жизнь в труху, странно было бы ждать от него понимания и лояльности к нам.
Лестницу нашли, но, как, наверное, во всех храмах и монастырях, она не вела напрямую на самый верх. Какие-то повороты, закутки, крутые лесенки, закручивающиеся по спирали, переходы и вновь лестницы сменяли друг друга на нашем пути. Наконец, серьезно так устав, мы оказались на звоннице. Сразу определив нужную сторону, я разглядел внизу здание Сената и людей, снующих как муравьи туда-сюда.
– Смотри, Вась, отсюда и стреляли, – указал я направление, в котором, по моему мнению, был произведен выстрел.
– Точно отсюда, – наклонившись, Вася, что-то подобрал, а затем предъявил моему взгляду гильзу. – Трехлинейка.
– Она, – кивнул я, взяв гильзу у унтера и понюхав ее. Свежак. – Начинаем осмотр каждого сантиметра, внимательно смотри в каждую щель. Я чувствую, они тут!