Страница 8 из 69
Варька так верещала, что проще было бы с ней согласиться – для виду, пусть думает, что вразумила меня, глупую. Мне не жалко… Хотя нет, жалко! Если честно, ужасно надоело чувствовать себя маленькой девочкой под присмотром! Александровская вообще привыкла быть самой взрослой и самой ответственной, вот и заботится обо всех вокруг. О ком надо и о ком не надо. Нет, иногда это, конечно, даже приятно. Но не сейчас.
– Варь, я сама разберусь, – заявила я и лицо сделала такое, самостоятельное. – Захочу и заблокирую.
Варька скривилась, но промолчала. Она меня хорошо знает. Знает, что, если продолжит сейчас приставать, я чисто из вредности все наоборот сделаю. Так что приставать Варька будет завтра. А значит, впереди у меня еще полдня и вся ночь, чтобы узнать, что это за Керемет такой и с кем он меня перепутал.
…Но ни в этот день, ни на следующий мы с Кереметом не разговаривали. Как-то не до того было. И вообще – не первой же ему писать! Хватит с меня. Достаточно инициативы напроявляла.
А Кирилл… Кирилл подошел ко мне на следующий день. Как раз на перемене после урока литературы. Я все запомнила и теперь никогда не забуду. Вид у него был такой деловой. Конечно. Он же не первый подходит, а как бы в ответ. Поэтому нестрашно и можно из себя простого компанейского парня изображать.
– Привет! – поздоровался он.
– Привет, – буркнула я, с интересом рассматривая линолеум: он у нас красивый – бежевый в серую полосочку. Залюбуешься.
Неужели он правда не чувствует всей этой неловкости? Моя бы воля, я бы в другую школу перевелась, в другой район переехала! Сквозь землю бы провалилась, если бы не линолеум и бетонные перекрытия! А этот стоит как ни в чем не бывало. «Привет».
– Ты, это, с котиками-то разобралась?
С какими еще котиками? А-а… Видео то…
– Угу.
Глаза у него красивые все-таки… И вообще. Нет, ну опозорилась и опозорилась. Он вон даже виду не подает. Может, и хорошо? Будет смешная история знакомства. Или это нельзя считать знакомством, если с человеком уже несколько лет в одном классе учишься? Вот мы с Варькой тоже учились три года в одном классе, а я даже не знала, что она моя соседка…
– Гусева! Ты тут? – Кирилл пощелкал пальцами у меня перед носом.
Дебильная привычка – махать руками перед лицом у людей. Но Кириллу можно.
– А-ань?
Я сделала максимально осмысленное лицо и даже улыбнулась. Вообще я еще не придумала, как себя вести с ним. Лучше бы, конечно, загадочно и отстраненно… Но это, наверное, уже поздно. Что там мама постоянно твердит? «Будь проще»? Вот! Буду проще. Я еще раз улыбнулась – попроще и пошире.
– Слушай, я так рад, что ты… Ну, нормальная… Что с тобой поговорить можно. Я бы сам подошел спросить, но так стрёмно было, если честно…
Вот. Вот оно. Наконец-то!
– Ты только не говори никому. По-братски. Мне помощь твоя нужна… Мне, в общем… В общем, мне типа Александровская твоя нравится… Очень. Вот. А вы с ней вроде как лучшие подруги. Ну я и подумал…
Мир подбросил меня куда-то высоко-высоко, выше облаков и звезд. И не стал ловить. Я со всей дури грохнулась об асфальт. Пробила его и с невероятной скоростью полетела вниз. Хотела сквозь землю провалиться? – нá тебе! Ни линолеум не спас, ни бетон.
– Ага, – кивнула я откуда-то из земных недр.
Ядро земли вроде бы огромная раскаленная фигня? Наверное, я долетела до него. Поэтому так жарко и глаза слезятся.
– Ну, короче… Блин, тяжело это все-таки. Ань, помоги мне как-нибудь с ней… познакомиться, что ли. Дебильное слово. Мы тут все сто лет уже знакомы… Но она же не смотрит ни на кого вообще. Как будто нет никого вокруг. Только с тобой нормально общается…
– Ага, – повторила я из-под земли. Земля набивалась в рот и мешала говорить. – Помогу, – сказала я и проглотила огромный земляной комок (получилось «угу», но кого это волнует).
– Спасибо, Гусева!
Да пожалуйста. Всегда рада. Так надо было сказать. Прозвучало бы гордо, сдержанно и благородно.
– Угу, – кивнула я вместо этого, впервые в жизни радуясь звонку на урок.
Вот и поговорили.
Варька, конечно, не такая красивая и талантливая, как ее мама… Но это только пока. Вот, она уже нравится Кириллу, который нравится мне. Только ему плевать. Потому что я для него просто способ связаться с Александровской. Все говорят, что Варька – мой прицеп. А если нет? Если это я – Варькина некрасивая подружка? От этой мысли меня аж в пот бросило. Всю дорогу – с третьего класса – было ровно наоборот. Яркая и талантливая я, а Варька… Ну, просто Варька. Хорошая, верная подруга. Подруга, которая выступает на сцене с моим стихотворением! Подруга, в которую влюбился мой Кирилл!
На глаза навернулись злые слезы. Вот почему, почему все так несправедливо? Варьке ведь даже не нужна вся эта популярность. И Кирилл не нужен!
Ей вон с Чижиком интереснее, чем с парнями!