Гуси-лебеди

Глава двадцать пятая,

в которой лезут в окно и не хотят блинов

Аня

Одно я поняла точно: когда рядом нет людей, голод отступает. Мне все еще было холодно и неуютно. Но как-то терпимо, привычно, что ли. Видимо, теперь это мое нормальное состояние. Пока не вернусь. Если не вернусь. Как там они сказали? Ерунда какая-то сказочная… Ну допустим.

– Я хочу домой. В свою жизнь. Мне нужен проводник.

Как и следовало ожидать, ничего не произошло. Лес вокруг все так же стоял стеной. Где-то в ветвях щебетали птицы. Дятел бодро долбил сухой ствол. Наверное, дятел. Вряд ли в лесу ведется ремонт. Я представила суровых белок в строительных касках и с молотками. Кажется, это уже слишком фантастично. А еще кажется, стоять на одном месте – слишком тупо. Раз уж эту дурацкую избушку нужно искать – ее нужно искать. Маловероятно, что после моей просьбы она возьмет и прорастет из-под земли прямо передо мной.

* * *

Я аккуратно обошла охранный круг и двинулась по полузаросшей тропинке. По ней приходили ко мне Варька с Кириллом. Странно, теперь мне проще считать их чем-то целым: «Варька-с- Кириллом». Почти не обидно. За мной приходили друзья. Я нужна им. Вон, к какой-то не-Бабе-яге из-за меня полезли, собаку за собой потащили. Солнечные лучи бежали передо мной, словно показывая дорогу. Ой… Только что впереди не было ничего, кроме бесконечной зелени… А теперь буквально в нескольких метрах от меня стоял дом. Если это вообще можно назвать домом. Избушка. Правда, взяла и проросла из-под земли!

Она оказалась точно такой, какой я нафантазировала ее, – еще тогда, в нормальной жизни. Домик словно сошел с иллюстрации к детским сказкам:

древние, заросшие мхом бревна, трава, растущая прямо на крыше, крошечное окошко, завешенное изнутри пестрой тканью. Кажется, теперь нужно развернуть дом к себе. Как там было?

– Избушка, избушка, повернись к лесу задом, ко мне передом! – громко потребовала я, чувствуя себя дура дурой. Тут со всех сторон лес так-то.

Избушка и ухом не повела. Ушей у нее, кстати, не было. Как и куриных ног. Были не куриные. Я такие дома – целые многоэтажки – в Интернете видела. Только у тех «ноги» были высокие и каменные – целые столбы или колонны. А у этой – так, два пенька каких-то. Кажется, избушка, того и гляди, с них свалится. Пеньки вросли в землю и шевелиться явно не собирались. Ладно, сама обойду, я не гордая. От этой мысли стало совсем смешно. Ага, не гордая. Раньше нужно было с гордостью бороться, сейчас бы дома сидела, чай пила, с Варькой переписывалась, по Кириллу страдала… Ох, вот смеяться сейчас или плакать?

Я бодро направилась в кусты, плотным забором окружавшие избушку. Сейчас меня даже крапива не пугала, не то что колючие ветки. С охранной системой модели «шиповник» я еще около школы хорошо познакомилась. Подумаешь, оцарапает… Но царапать меня никто не собирался. Едва я коснулась рукой ближайшей ветки, меня с силой отбросило назад.

Сидя в траве, я пыталась понять, что вообще происходит. Со стороны, наверное, напоминала бестолкового щенка.

Вторая попытка завершилась не лучше. Меня снова отшвырнуло от кустов. На этот раз я ударилась больнее. Больше экспериментировать не хотелось. Из чистого упрямства я попробовала обойти вредную постройку с другой стороны. И снова почти одновременно получила по лбу и попе, не успев даже прикоснуться к живой изгороди. Ничего себе защитное устройство!

Но мне кровь из носу надо попасть внутрь. Кстати, с такими агрессивными кустами кровь из носу действительно скоро будет. И не только из носу. Я с сомнением посмотрела на окно. Интересно, как хозяйка избушки отнесется к гостю, перелезающему через подоконник? Впрочем, других вариантов, кажется, нет. Я снова подошла к деревянной стене и попыталась заглянуть внутрь. Пеньки-ноги приподнимали избушку совсем не высоко, но пестрая штора надежно закрывала обзор. Только что я собиралась нагло лезть в чужой дом, а сейчас даже постучать боюсь. Я сглотнула и все-таки стукнула костяшками пальцев в стекло. Тихо-тихо. Словно надеялась, что внутри меня не услышат.

Ничего не происходило, и я уже хотела постучать снова – погромче, как вдруг скрипучий старческий голос раздался откуда-то из стены. Честное слово – из стены!

– Кто пришел? – спросила меня… избушка.

– Я, Аня, – по-идиотски ответила я. Можно подумать, все окрестные избушки должны знать, что тут за Ани в лесу водятся.

– Новенькая, что ли? – внезапно заинтересовалась избушка.

– Ага, – не стала спорить я. – Не старенькая.

Ну а что? Я и правда тут недавно. И надолго задерживаться не хочу.

– Я… Мне домой надо. Мне сказали, что вы помочь можете, – пробормотала я.

Вот кто «вы»? Интересно, я сейчас на полном серьезе разговариваю с деревянной стеной, да еще и на «вы»?

– Домо-о-ой? – Кажется, моя идея рассмешила избушку.

– Можно мне внутрь хотя бы? – не выдержала я. Это же ненормально стоять и беседовать с домом.

– Ну заходи, заходи, – неожиданно разрешила разговорчивая стена.

Я немного подождала. Избушка ведь развернется сейчас?

– В окно лезь. Не для тебя двери-то, – словно подслушал мои мысли противный дом. – Хе-хе-хе!..

Смех по-старчески дребезжал, и от этого дребезжания становилось не по себе. Словно кто-то по стеклу ногтями скребет. Я подошла ближе к оконному проему и сама поскребла ногтями по стеклу. Знакомый мерзкий звук. Предсказуемость успокаивает. Избушка дернулась, слово ее пощекотали.

– А ну, хорош хулиганить!

Я перестала хулиганить, по-хозяйски потянула на себя створки окна, слегка сдвинула занавеску в сторону и… попробовала подтянуться на подоконнике. Зря я уроки физкультуры недооценивала. Вот казалось бы… Могу невидимой пройти полгорода, могу чужие вещи безнаказанно брать. Человека, говорят, сожрать могу. А подтянуться – не-а, никак. Даже нечисть из меня бестолковая!

Избушка театрально вздохнула и с оглушительным скрипом присела. Я, не размениваясь на удивление и благодарности, молча полезла в окно – как можно быстрее, чтобы не задерживать дом в неудобном положении.

Внутри было темно и тесно. Не очень темно. Но очень тесно. Сначала я заметила только здоровенную кровать, занимавшую почти все пространство у стены слева. Глаза постепенно привыкали к полумраку, и я увидела, что на кровати – просто так, без подушки и одеяла – лежит женщина. Точнее – старуха. Лежит и смотрит в потолок. Ко мне она даже не обернулась. Интересно, это она со мной разговаривала или правда избушка?