Страница 69 из 80
В волосах застряли два серо-коричневых пера. Румяна задумчиво проводила взглядом исчезающую вдали птицу и убрала перья в сумочку.
А плед всё летел, и воздух становился теплее и теплее. Они приближались к плакату, зависшему в пространстве, будто баннер без опоры. Румяна достала спицы – на этот раз они приняли вид штурманского циркуля, как в классе перед полётом. Наведя циркуль на карту – а плакат оказался той самой синоптической картой, что висела на доске, – учительница скомандовала:
– Держитесь!
И вдруг все очутились на полу в классе. Перед ними у доски стояла Румяна. С красной сумочки капало прямо на пол. Оказалось, урок ещё не закончился, парты пришлось вернуть на места. У пледа от сырости был недовольный вид, и учительница попросила ребят повесить его на просушку на стул.
– Я не понял, – первым подал голос Сеня, когда все уселись по местам, – это был урок географии или чего-то ещё?
– Это был урок воображения, – хмыкнул Руслан. Он стянул шарф и, скрутив его наподобие шара, бросил в Аню.
– Руслан, хотя ты считаешь, что противостоишь мне, но каждый раз попадаешь в точку! – заметила Румяна. – И мне очень нравится то, что ты сказал: урок воображения. Как вам такое – узнавать одно через другое?
– М-мне п-п-понравилось, – неожиданно громко сказал Витя.
– И мне, и мне! – разнеслось по классу множество голосов.
Румяна улыбнулась так радостно, что казалось, в класс заглянуло солнце, сказала:
– Теперь, посмотрев на облака, вы будете думать о книгах, вспоминать о приключениях, и вам не будет скучно. Вы будете удивляться небесной красоте, и тут же воспоминание подскажет вам о мирах, живущих в книгах, как на облаках, и вы не сможете устоять и начнёте узнавать эти миры. Раньше слово «книги» могло навевать на вас тоску. Я вот люблю библиотеки, но, может быть, вас там тянет если не зевать от скуки, то чихать от пыли…
Вдруг модница чихнула и шмыгнула носом:
– В библиотеке хотя бы не холодно! И макияж не потечёт. И вообще гораздо привычнее.
– А я теперь, читая книги, буду думать об облаках! – сказала девочка, которая любила шить.
– Будешь витать в облаках, – усмехнулся Родион.
– «Витать» – значит укрываться, прятаться в облаках, – сказала Румяна. – Герои книг укрываются в мирах Облакума. Читая книги, вы встречаетесь с ними. Они становятся настоящими…
– А мне кажется, герои многих книг более реальны, чем некоторые люди! – Машин возглас прозвучал неожиданно громко.
Повисла тишина.
Румяна смотрела очень странным взглядом, на лице не было ни тени улыбки. От этого взгляда всем стало не по себе.
Но тут прозвенел звонок, и все стали собираться.
Маша не торопилась. Она, конечно, не такая умная, как Спицын, но с фантазией у неё проблем никогда не было. Девочка догадывалась, что их путешествие – никакая не виртуальная реальность. Оно скорее похоже на сон. Или на самое обыкновенное волшебство.
– Когда вы с нами говорите, мне кажется, что возможно всё. – Маша подошла к учительнице. – Как вы это делаете?
Румяна вдруг улыбнулась:
– А ты не думала, что дело не во мне…
– А в ком?
– В вас.
Получается, это не учительница волшебница, а все они, их класс? Это была интересная мысль, но её нельзя было думать на голодный желудок, поэтому Маша, захватив рюкзак, побежала в столовую.