Страница 9 из 55
– Я тебе правду говорю! Испугалась! До ужаса, до дрожи в коленях! Он стоял в конце улицы – далеко от меня. Я развернулась и попыталась побежать прочь, но едва смогла сдвинуться с места…
– Да! Знаю! – воскликнул Кейн. – Тоже такое во сне было… Как в лапше застрял, не пошевелиться.
– Именно так. Я увязла в густом воздухе, с трудом оторвала ногу от асфальта и сделала шаг. Потом еле-еле сделала второй. Из последних сил… Стены вокруг странно сместились, будто хотели закрутиться вокруг. Радовало одно: в таком киселе жуткий человек тоже не сможет меня догнать! Я обернулась… Он стоял прямо за моей спиной!
Кейн сидел с раскрытым ртом.
– Вот это ужас… – прошептал он.
– Ага… Навис надо мной – как черная гора.
Хитоми помолчала.
– Широкая шея, мощный подбородок… Такой и ногой не свернешь, даже если хорошо попадешь. Я не помню его лицо, только шею и выбритый подбородок. И черную шляпу-амигасу.
– И что было потом? Он напал? Он что-то сказал тебе? Вы подрались?
– Нет, ничего такого. Я проснулась. Но теперь сон повторяется. Каждую ночь. Такая вот история. Ну, в любом случае – пусть уж лучше эти кошмары, чем сны про маму.
– Да… И почему ты мне не рассказывала раньше? Столько времени молчала!
– Думаешь, оно того стоило?
– Хм… Может, и не стоило. Чем больше думаешь о кошмарах, тем сильнее они тобой владеют. Наплюй на эти сны, и они сами исчезнут. Мозг так устроен: если набралось много проблем, он их откладывает и переваривает потом, когда мы спим. Все эти туманы и страшные незнакомцы – лишь образы. Отголоски наших дневных нерешенных конфликтов и проблем. Наплюй и забудь.
– Брат всегда то же самое говорит: «Не забивай пустяками голову». Да я и не заморачиваюсь.
– Брат? Как он?
– Нормально… Ему непросто. Живет тем, что ждет встречи. Говорит, что соскучился. Давно не звонил. Я тоже очень по нему скучаю…
* * *
Господин Кихара глубоко охнул и открыл глаза.
Что это за место? Где он? Что тут происходит?
Вопросы захлестнули его на мгновение, но память быстро вернулась.
– Ах да… – Он облегченно вздохнул и провел языком по мокрым лоскутам, в которые превратились его губы. Вместо зубов в деснах были соленые дырки, наполненные кровью. – Конечно, конечно…
Он быстро все вспомнил и улыбнулся.
Боль пылающими волнами металась по коже, каждая рана отзывалась пронзительными вспышками в одурманенном мозге.
Господин Кихара посмотрел по сторонам. Справа и слева стояли двое – в кожаных фартуках до пола с огромными карманами. Фартуки прилипли к обнаженным мускулистым телам, покрытым татуировками. В руках стражники держали пустые деревянные ведра, с которых капала вода. Похоже, его только что окатили, чтобы привести в чувство. Лица обоих скрывались за черными звериными масками.
Сладкая и желанная боль на мгновение отступила. Взгляд сфокусировался на окружающей обстановке.
Бетонные стены подвала были забрызганы кровью. Конечно, здесь была и кровь господина Кихары, и кровь его предшественников – тех, кто отваживался на ночи любви с самой востребованной обитательницей Таинственных садов господина Ватанабэ.
Она скрывалась в темноте за одной из бетонных колонн. Воздух в подвале был заполнен дымом благовоний. Дым снимал напряжение, бодрил и действовал как обезболивающее, не позволяя сойти с ума от невыносимых физических страданий.
Господин Кихара знал, зачем находится в этом подвале. Знал, что случилось с его зубами и кожей. Знал, зачем рядом двое стражников в кожаных фартуках и звериных масках. Знал – и это знание наполняло его счастьем, которое невозможно было выразить словами.
Где-то здесь, за колоннами, скрывалась самая восхитительная обитательница Таинственных садов господина Ватанабэ – демоница Камисори. Соблазняющая и разрушающая, она умела доставить такое наслаждение, какое господин Кихара не испытывал никогда в жизни.
Ни безумно дорогие проститутки, ни изысканные гейши, ни многоопытные любовницы – никто не дарил столько удовольствия, сколько он испытывал от прикосновений очаровательной Камисори. Пусть после каждой встречи его буквально сшивали по кускам, накладывая швы на старые и новые раны, пусть роптали личные секретари и телохранители – неземные руки и тело Камисори погружали гостя в безбрежный океан космического счастья. Океан, в котором хотелось исчезнуть навсегда, на что господин Кихара, собственно, наконец-то и решился.
Он встречался с демоницей в волнах кипящего водопада, дрался с ней в соленом песке и изнывал под ее плетью в горном снегу. Каждое воспоминание заставляло господина Кихару улыбаться беззубым ртом, выпуская на истерзанную грудь струйки слюнявой крови.
Но сегодня он выбрал подвал. Холодный бетонный подвал. Если уж идти до конца, то пусть это место будет настолько мрачным, насколько возможно. Ничто не должно отвлекать его от радости встречи.
Благовония, мази и напитки быстро одурманили ум, притупили чувствительность, и вскоре вокруг господина Кихары возникли стены иллюзорного подвала – наимрачнейшего места с суровыми стражниками.
Но Камисори и раны, которые она наносила, были настоящими.
Она знала о ранах все. Где и как нанести, чтобы принести максимальное наслаждение. Что отрезать и сколько – при этом не только наполняя тело клиента экстазом, но и создавая из плоти произведение искусства.
Камисори не первый час работала над кожей господина Кихары. Привязанный к столбу, вытянутый как пеньковая тетива, он вздрагивал от малейшего дуновения. Колени дрожали, он хотел мурлыкать как котенок и одновременно реветь как тибетский мастиф. Столько удовольствия он не получал никогда в жизни.
Растягивающие его ремни впились в локти и колени. Ни кистей, ни ступней у гостя уже не было. Они лежали в металлическом тазу, куда их отнесли услужливые стражники.
Тело господина Кихары покрывали длинные разрезы – кровавые борозды, окопы и траншеи, внутри которых быстро накапливалась кровь. Пульсирующими толчками она медленно покидала плоть.