Страница 27 из 55
Хитоми приготовилась достать ножи, когда у нее под ногами раздался хлюпающий звук.
Оставленная без внимания демоница пришла в себя.
Опершись на уже вполне окрепшие руки, Камисори лакала кровь прямо с пола.
– Что она делает?! – Хитоми в ужасе отшатнулась.
К растопыренным пальцам в перчатках подбиралась кровавая лужа. Камисори опустила в липкую жижу лицо и шумно чавкала, слизывая густеющие комочки и с каждым разом отправляя в глотку приличную порцию.
Кровь быстро питала ее, наполняла силой.
Сутулая спина выпрямлялась на глазах. Плечи под толстовкой раздвигались, вся фигура приобретала кошачью грацию.
Через несколько секунд на полу сидела не обессиленная кукла, а ловкая и подвижная хищница с грацией ягуара.
Камисори подняла глаза на Кейна и улыбнулась. Измазанные кровью щеки и губы блестели в свете люминесцентной лампы.
Кейн просиял:
– Она оживает!
– Она же… – Хитоми опешила от его реакции. – Она пьет кровь этих мертвецов! Кейн!
– Да, да… Хитоми. Я знаю, это ужасно. Она и сама страдает от этого проклятия! Поэтому мы и едем на остров Рю, помнишь?
– Помню, помню… – Хитоми с отвращением смотрела, как демоница вновь принялась поглощать мутное пахучее лакомство.
Кейн присел на корточки и аккуратно приподнял рукава ее толстовки, чтобы они не намокали в кровавых лужах. На секунду Камисори остановилась и что-то тихо прошептала ему на ухо, едва коснувшись губами мочки. Хитоми заметила, что на ухе Кейна появилась капля крови. Упала ли она с губ демоницы, или порез остался от легкого прикосновения, Хитоми не разобрала.
Кейн же просиял. Он поглаживал спину несчастной демоницы и словно вовсе позабыл про ужас, царящий в туалетной комнате.
– Я все понимаю, но… Кейн, мы же становимся причастны к какому-то невероятному преступлению! – Хитоми с болью осматривала разбросанный по всей комнате мясной фарш.
– И что ты предлагаешь? Идти в полицию?
– Нет, просто…
«Дорого нам обходится твоя странная любовь», – подумала она, но промолчала. В суете и ужасе Хитоми почти заглушила голос ревности, который продолжал нашептывать, что все мечты и грезы уходят в небытие. Девушка видела трепет и чувства Кейна, увлеченного заботой о демонице, и свежая рана снова начинала кровоточить.
От раздавшегося звонка Хитоми вздрогнула всем телом.
Ее телефон разродился пронзительной мелодией. Знакомый звонок звучал вдвойне странно, раздаваясь в комнате, залитой кровью.
На экране светилась надпись: «Брат».
– О-ох… – выдохнула Хитоми и приняла вызов.
* * *
– Привет, сестричка! – Родной голос ласкал слух, будто шелест ангельских крыльев. Хитоми ощутила, что пожар паники немного отступил.
– Привет, братик… Прости меня тысячу раз, но говорить не могу. Я знаю, как сложно достается тебе возможность для каждого звонка, но если бы ты только знал, в какую историю мы попали…
– Плохая история? То самое дельце с Кейном?
– Да, да…
– О! Не вешай нос, сестричка. Ты же знаешь, что выход есть всегда. Я столько раз тебе про это говорил, что…
– Прости, но у меня нет времени на разговор, честно… И… Это не тот случай, где может появиться хотя бы намек на выход… Есть ощущение, что мы сейчас не на железнодорожной станции, а на краю пропасти…
– Железнодорожная станция? Вы на станции?
– Ага. Собирались кое-куда ехать… Если можно так сказать.
– Куда собирались?
– Планировали сесть на синкансэн до Аомори. Но тут такая заваруха, братик… Такая заваруха…
– Прекращай причитать, родная, а то я перестаю понимать, в чем ваши трудности! Итак, вы планировали ехать на север, но не едете. Легко угадаю: вы опоздали на поезд! Да?
– Угу… Опоздали. Если бы ты знал, как именно мы опоздали…
– Так сядьте на следующий!
– Точно не вариант.
– Тогда езжайте на машине.
– Ох, как я тебя люблю… Ты моя вечная поддержка, да… Мы не можем сесть на следующий. Мы не можем ехать на машине. Про общественный транспорт вообще молчу! На нас идет охота… Мы не можем двигаться… И даже если выберемся из этого дурацкого туалета…
– Вы в туалете? Оба?
– О, не спрашивай… Дай я хотя бы про одно расскажу… Да, в туалете. Но это отдельная беда. К машине идти не можем: у нас труп в багажном отделении. Труп одного из моих друзей. Я вынуждена его бросить…
– Труп? Ребята, похоже, вы совсем заигрались.
– Не шути, прошу тебя… – Хитоми поморщилась, услышав на фоне разговора довольное чавканье Камисори. Та уже не спешила с поглощением крови, остывающей на полу. Похоже, она наелась достаточно, трапеза подходила к концу.
– Не шучу! – ответил брат. – Какие тут могут быть шутки? Но я могу тебе кое-что предложить.
– Предложить? Что?
– Вы хотите быстро уехать из Токио, не привлекая внимания? Без камер и прочего?
– Так…
– И вы собирались ехать на север? Правильно? Вы же на станции в Тиеда? Отлично. Слушай внимательно, сестричка. Представляешь платформу синкансэна? Линию, ближайшую к входу?
– Да, только что оттуда.
– Возвращайтесь на платформу и следуйте до упора влево.
– Боюсь, просто так перемещаться нам будет сложно. Врагов и препятствий тут предостаточно.
– Значит, постараетесь. Я бросаю вам спасательный круг, а ты еще и привередничаешь! Придумаете что-нибудь. Разучилась драться? Нет? Вот и дерись. Зубами всех порви… Не перебивай. Так, следуете до упора влево. Если правильно помню, выход с платформы там должен быть перекрыт железным ограждением. До него не доходите. Остановитесь там, где заканчиваются заградительные поручни вдоль зоны посадки. Сразу за ними со стороны платформы есть небольшая лесенка. Это чтобы спуститься под саму платформу. Весь ваш путь будет на виду, поэтому действуйте быстро, иначе остановят. Полиция на станции не зря свой хлеб ест. Итак, быстро спуститесь – и увидите под платформой небольшой ход вниз, круглый такой. Как канализационный люк. Спускаться удобно, ниша над люком просторная, нагибаться не нужно. Полезайте в люк. Это часть эвакуационного хода.
– Откуда ты все это знаешь? – изумилась Хитоми.
– Никакой тайны. Я тут как-то подрабатывал – чистили вентиляцию с ребятами – и кое-что подсмотрел. Там, под станцией, есть еще одна!
– Под станцией? Под землей? Ты предлагаешь пробраться в метро?