Страница 28 из 252
Он не понимал, что делать дальше.
– Риторический вопрос – мы его спасаем или пытаемся покарать?
Сара на секунду задумалась.
– Ты знал его? Новенького.
– Хреново. Я из-за него сильно огреб.
– Ты о том выговоре за его избиение?
– Да он сам это спровоцировал! – огрызнулся Стеф. – С месяц назад этот недомерок оскорбился на мое замечание по его рукопашному бою, вызвал меня на поединок. Вдогонку обозвал биомусором. И конечно же, быстро отхватил от меня – сражается отвратительно. Но я, блин, не ожидал, что ему хватит наглости идти к Смотрителю и заявлять, что я его избил. Тогда правила Дева, а я ей и так не нравлюсь.
– Она встала на его сторону, – понимающе кивнула Сара.
– Ага, без разборок отправила меня в Заполярье, отмораживать зад. Я там выгонял сплитов из захудалых деревенек, вернулся всего три дня назад и снова вынужден с ним иметь дело. Это, видно, что-то кармическое.
Девушка никак не отреагировала на услышанное, лишь скрестила руки, наблюдая, как к дому под завывание сирен подъезжает пожарная машина. Та неприлично выделялась яркостью на гнетущем сероватом фоне.
– Я пару раз его тренировала, – сказала Сара. – Как ты и говорил, он удивительно плох с оружием ближнего боя, хоть врукопашную и получше. Зато в ладах с луком. Как о человеке я вряд ли могу что-то о нем сказать. Максимус показался мне скрытным. Не таким, как другие в начале – от растерянности и смятения перед новым местом. Этот закрылся в задумчивом ожидании.
– С чего взяла?
– Максимус никогда не боялся мира Эквилибриса. В его глазах был мрак. Я видела это с самого первого дня. – Сара еле заметно нахмурилась. – Но на суде этот мрак исчез. Впервые за все время. Словно кто-то его похитил…
Вдруг на энерглассы протекторов пришло сообщение. Стефан быстро пробежался глазами по куску стекла, чувствуя, как по спине побежали мурашки.
– Отлично, его нашли, – констатировала Сара, оборачиваясь к Стефу. – Выдвигаемся немедленно.
– Да… да, ты иди, – протянул Стеф, в смятении глядя на экран. – Только отдышусь и догоню.
– Не затягивай. Все-таки это твое задание.
Как только девушка исчезла из поля зрения, а перед домом остались лишь мельтешащие пожарные да вывалившиеся из квартир приземленные, Стеф медленно поднялся. Он двинулся вперед, сперва пошатываясь, но каждый новый его шаг становился увереннее. Мысли метались, как рой озлобленных ос: падшие, кража в «Белом луче», наказ Паскаля. И все это сводилось к новенькому. Стефан внезапно ощутил душащую ненависть к Максимусу. Столько проблем из-за такой самовлюбленной мелочи! Одно воспоминание о его надменном взгляде заставляло Стефа стиснуть челюсти. Водолей прежде об этом не задумывался, но какое же удовлетворение он испытал, когда увидел, насколько жалким и испуганным был этот гаденыш, сидя в камере. И как только Фри не замечала его реальной вонючей сути?
До этого у Стефа еще оставались сомнения, но теперь, после сигнала от падших, их почти не осталось. Водолей огибал людей, прокладывая себе путь вперед. Он достал энергласс. Если падшие тоже намеренно гоняются за новеньким, то протекторы вряд ли успеют его перехватить. А падшим ничего и никогда нельзя отдавать. Ни в коем случае.
Меньшее из двух зол.
– Есть новости? – раздался натянутый голос Меркурия.
– Мы его нашли, – сухо произнес Стефан, стискивая в руках стекло. – Сейчас пришлю координаты.
Глава 10
Ты не понимаешь
– Этого только не хватало! – Дан взволнованно выглянул в окно гостиной. Из-за его спины был виден лишь поднимающийся к небу столб дыма.
Планетарша произнесла сквозь зубы:
– Вряд ли это совпадение.
– Считаешь, это из-за Макса? – спросил Дан.
– Сам подумай! – Нерман поравнялась с ним и указала на меня. – Много ты видел осколков красного спектра без надзора? Сколько ты вообще видел звездных осколков? Я не видела, а живу, мягко скажем, дольше тебя. Ты хоть подумал, кому он мог принадлежать?!
– Но что может понадобиться кому-то от простого осколка?! – вмешалась Фри. – Если бы это была та часть души, что несет сознание, мы бы уже давно это поняли!
– Да, но он все равно полон эфира и воспоминаний. И я даже не знаю, что из этого более опасно.
Дан отвернулся от окна.
– Нужно убираться. Не хочу выяснять, что происходит. По крайней мере, сейчас.
Он взял меня и Фри за плечо, но ничего не произошло.
– Не могу переместиться, – удивился он. – Почему не выходит?
– Хотел сразу за мост махнуть? – помрачнела Нерман. – Когда происходит атака на поселение, образовывается барьер, который перемещением не преодолеть. Даже внутри него оно будет заторможенным. Пока не устранится проблема.
– Ты серьезно?! – опешила Фри.
– Черт, – выругался Дан. Я буквально видел, как его мысли носятся со скоростью света. Дан стукнул кулаком о ладонь. – Нужно сейчас же уходить. Скоро должны прибыть протекторы. Может, они отвлекут внимание.
– А почему нам самим не попросить у них помощи? – спросил я.
Все дружно обернулись ко мне, храня на лицах все то же чувство неопределенности, словно стояли у койки тяжелобольного. В тот момент я старался не думать о чужой части души, находившейся внутри меня. Одна лишь мысль об этом нагоняла дрожь.
– Мы же выяснили, что я не имею отношения к Тьме! Происходящее со мной Паскаль не сможет игнорировать!
Однако Фри в нерешительности качнула головой:
– Это еще хуже. Такие метаморфозы… Макс, поверь, нам нельзя подпускать к тебе протекторов еще пару дней точно, вплоть до тридцатого ноября, когда Смотрителем станет Змееносец.
– Давайте обсудим это, когда будем в безопасности, – обронил Дан и указал на прикрепленный над камином шар-индикатор. Тот заливался красным.
Лицо Фри исказилось в злобе.
– Тьма.
– Но это не могут быть просто сплиты, – заметил Дан. – Они слишком тупы и слабы, чтобы пробить защиту поселений.
– Здесь почти не осталось ни охраны, ни населения, – заявила Нерман. – Большая часть отправилась в Аргентион и за небеса – отдать последнюю дань памяти Верховной.
– Нельзя больше тянуть. – Дан вскинул правую руку. В ней блеснула голубая вспышка, создавшая кровное оружие – боевую шпагу из мерцающего серебра. Ее рукоятка из черного камня украшалась крохотными розами. – Нужно выбирать наименьшее зло.
Он улыбнулся Нерман. Довольно убедительно.
– Спасибо, что выручила нас. Я, как обычно, у тебя в неоплатном долгу.