Монструм. Коллекционное издание

Синий лес. Таких огромных деревьев не могло существовать!.. По крайней мере, там, где Тисус жил. Теперь, зная, сколь огромны земли людей, тот самый камень, который Ахогост наделил жизнью, казалось, что все возможно. Но на Терре листья деревьев уж точно не могли светиться синим. Это вполне мог бы быть тот самый мир духов, про который рассказывали старшие.

Тисус считал деревья на пути – никак не мог успокоиться. Одно из новых знаний, которым он поразился и обрадовался. Раньше он знал цифры только до пятнадцати, а дальше? Зачем считать еще? Остальное – просто много! А теперь двадцать, тридцать, сто, сто восемьдесят пять, тысяча! И дальше, дальше, дальше… Одну из ночей он не спал, едва обнаружив это знание, и все считал, не в силах остановиться, пытаясь найти финал и будоражась от мысли, что конца нет.

Когда-то Тисус хотел знать все на свете. Но знать все невозможно. Зато нет предела узнаванию.

Он вышел к каменной арке – потрясающее сооружение, Тисус до сих пор восторгался всему, что казалось сложнее палатки из шкур и бивней. За ней – черно-звездный обрыв, а далеко внизу – Терра. Тисус недавно нашел это место и хотел возвращаться каждый день, не мог насмотреться на пугающий, но такой удивительный вид.

Правда, в этот раз его опередили. На траве сидела знакомая ему дева, высокая и тонкая, куда смуглее его, с темными длинными волосами, заплетенными в десятки мелких кос.

За эти дни Тисус насмотрелся на разных людей, каких не мог ранее и вообразить. С бледноватой кожей, точно больные, с темно-агатовой кожей, кудрявые, светловолосые, крупные, маленькие, в самых разных одежках и украшениях, и все, как один, потерянные. Кроме этой девы.

Шакара заметила его и, не выказав особых эмоций, отвернулась. Тисус молча сел, украдкой поглядывая, чем там она занималась.

В руках Шакары была инфора. Уран уже объяснила, что это и как с ней работать. А внутри их голов уже содержались знания о тексте. Буквах. Смыслах, передающихся через узоры.

Пока Тисус постигал счет, Шакара открыла для себя чтение. Ее черные глаза скользили по строкам, губы шевелились.

– Получается понимать? – спросил он.

– Я могу лучше, – раздраженно ответила она. – И быстрее.

Тисус кивнул. Уран рассказывала, что чтение – это быстрый процесс. Но понимание – одно, а навык – совсем другое.

Им всем предстояло еще многому научиться.

– О чем текст?

Шакара не ответила, вернувшись к чтению, а Тисус закатил глаза. Ему с первой же встречи в Лазарете стало ясно, что Шакара слишком много о себе думала. Она расспрашивала Тисуса о прошлом и поразилась, насколько же «отсталыми» были люди в других местах – жили в племени, как «дикари или животные». Шакара же пришла из места, которое назвала городом.

«Там строят башни и дома из камня и песчаника, – говорила она. – Наш быт налажен, а жизнью правят законы».

Шакара заявляла, что город населяли несколько сотен человек, и Тисус с трудом представлял, как такую толпу прокормить. Поселение называли Иерихон.

Тисусу хотелось посмотреть на него, и, глядя на Терру внизу, верил, что скоро ему выдастся момент.

– Про Тенебралей, – запоздало ответила Шакара. – Нужно знать о них все.

Так назывались Тени. Тенебрали явились в мир, когда души людей наконец повсеместно сформировались. Похоже, до этого они были не совсем готовы. А сейчас дозрели, обрели две стороны эфира, темную и светлую. И Тьма пришла за Светом.

Словно бы в ответ на это, возникли редкие люди, в которых Свет горел столь сильно, что они были способны дать отпор темным и принять в себя силу звезд. Последнего еще не произошло, а потому оставалось только терпеливо ждать.

– Нас обучат сражаться с ними и убивать. Там же описаны способы, так?

Шакара разочарованно хмыкнула:

– Их убийство не главное.

– Как это? – удивился Тисус.

– Разве тебе не интересно, что они и кто они? Помимо того, как лучше их прикончить.

Тисус поморщился:

– Узнавать про этих монстров – не наша задача.

– Но возможность. Почему здесь никто не понимает, что нам открылся новый, истинный мир? Неужели ты не хочешь все про него узнать? Ты, всю жизнь проведший во тьме невежества!

– Я займусь этим, когда Тени перестанут убивать целые семьи за раз. А лучше, когда от них ничего не останется.

– Ты довольствуешься огрызками.

Тисус раздраженно махнул рукой:

– Не понимаю тебя. Нас собрали для важнейшего дела!

– Эти… заоблачники считают нас глупыми, – посетовала она, почти его не слушая. – Но мы просто мало знали. Я не буду внимать лишь их россказням о долге и прочей чуши. Они приказывают убивать темных, но кто такие эти темные? И кто такие светлые? Откуда взялся эфир и из чего состоит? Тебе разве не интересно?

Ему было.

– Не думаю, что я имею право на любопытство, пока столькие в опасности.

Он кивнул на планету под ними.

– И если искать в нашем положении хоть что-то хорошее, то я бы лучше посмотрел на земли Терры. – Тисус соединил большой и указательный палец кольцом, направил на желтую землю с редкими лесами. – Мой дом был меньше этого пространства, а я даже не знаю, где он находился.

Шакара задумчиво подперла рукой голову.

– И все твое племя мертво.

– Я говорил. Тени убили их.

– Но ты не говорил про семью. Кровные родственники. Мать, отец – какими они были?

Тисус дернул плечом:

– У меня никого не было.

– И кто же в племени тебя растил?

– Каждый вносит свой вклад в обучение детей.

– Но кто больше?

– Надоели твои вопросы! – разозлился Тисус. – Сколько можно копаться! Неудивительно, что с тобой не хотят иметь дел.

Шакара пригвоздила его к месту черными точками глаз. Это был тяжелый, много повидавший взгляд.

– Да, я расспрашиваю. Мне любопытно, почему там, среди людей, ни у кого из нас не осталось близких? Почему ни у кого нет живых детей, матерей и братьев? Тех, кого нельзя бросить.

– Может, это признак, по которому в нас вселился Свет!

– Или кто-то этому способствовал.

– Варха, – презрительно бросил Тисус.

– Они говорят, что мы должны сражаться с Тьмой, – сказала Шакара, когда он уходил. – Но никто не говорит, какая выгода в этом для нас.

На твоем месте я бы постаралась заполучить как можно больше, прежде чем погибнуть, не оставив и следа.

Тисус уже плохо ее слышал и шел на лай Бурого. Тот выскочил ему под ноги, едва небо скрылось за сияющими и такими далекими синими кронами.