Страница 176 из 252
Стеф огляделся:
– А к Лазарету нельзя было?
Он осторожно поднял Фри и перенес ее на диван неподалеку. После обернулся к Дану:
– Приведи комету.
– Я должна быть рядом с ним, – заявила Сара. – Рядом с Антаресом.
Но Дан вдруг строго на нее посмотрел:
– Ты ходить еле можешь, куда тебе по ступеням? Сделай пару шагов, ни разу не оступившись, тогда и поговорим.
Сара хотела возразить, но не смогла. По ее взмокшему и искаженному от боли лицу я видел, как ей невыносимо опираться на раненую ногу. Она обернулась ко мне и неожиданно протянула мне руку на прощание. Дружеский жест, но я колебался. Мне отлично помнилось, что с ее душой было что-то не так.
Я ответил на рукопожатие и мигом утонул в черноте. Воздух казался густым, как глина, и пахло здесь паленым. Послышался треск. Я оказался посреди ржаного поля. Стояла ночь, но ни луны, ни звезд на небе не было видно. Единственным освещением тут служили костры, горящие в поле тут и там, да и они едва ли что-то освещали. На некоторых колосьях ржи я заметил бумажных журавликов, на каждом из которых стояла цифра. Я нервно огляделся, чувствуя, словно нечто ледяное подкрадывается ко мне со всех сторон.
Эмоции и чувства у нее отсутствовали. Каждый человек, даже самый апатичный, пестрит ими, но в душе Сары все казалось мертвым. И тут я увидел Центр ее души – красно-белый маяк, стоящий в темноте посреди поля. Его было трудно разглядеть – света он не испускал, а просто зловеще нависал над рожью. Неожиданно я услышал шорох. Звук нарастал. В неярком свете костров я увидел, как что-то быстро продвигается сквозь колосья, пуская их волнами. Оно нагоняло, искало меня. Все быстрее и быстрее. Какую-то пугающую секунду казалось, что мне не удастся вовремя выбраться из этой холодной души. Неизвестное было совсем близко, я чувствовал, как подрагивает земля. Ближе, ближе.
И тут все закончилось. Сара убрала руку, а я остался стоять в полном смятении, пытаясь забыть пугающие ощущения и образы. Дан испарился, и Мемора тут же взволнованно посмотрела на меня:
– Так где оно? То, что ты вспомнил.
Я оглядел ее. Мне хотелось, чтобы те воспоминания оказались реальными.
– В Архиве.
Мы немедленно направились к транзитному кругу. Весь путь сердце громыхало у самого горла. Седьмой этаж, ворота Архива. Я сорвался на бег, забыв о боли. Все ответы были там – среди книг. Как обычно. Иначе и быть не могло. Волнение нарастало с каждым шагом. Оно стало нестерпимым, когда я в сопровождении звезды вбежал в огромное величественное помещение.
Достав из кармана лист с памяткой, я снова перечитал нужные строки:
«1/5/13/4/7»
—
«На всякий случай».
После этого окинул взглядом зал.
– Все пронумеровано, – взволнованно выпалил я, показывая на две стены, в каждой из которых было по семь этажей. – Любую книгу можно найти по пяти цифрам. Это и есть ключ.
Звезда посмотрела на левую сторону:
– Номером один обычно обозначают этот отдел.
Мы метнулись туда. Ноги опережали мои мысли. Пятый этаж. Кровь все громче стучала в висках. Тринадцать – номер ряда шкафов. В этом разделе Архива содержались именно бумажные книги, а не инфоры. Мемора не могла за мной угнаться, я бежал так, словно от этого зависела моя жизнь. Глаза яростно искали цифру 4 на одном из книжных шкафов. И вот он. Полки были тоже пронумерованы. Они оказались огромными, так что до седьмой я дотянуться не смог.
Моя спутница пришла на место, когда я уже подкатывал к стеллажу лестницу.
– Ну как? – нетерпеливо спросила Мемора. Она еле держала себя в руках.
Я промолчал, поднялся по ступеням и принялся быстро пролистывать старые книги одну за другой в поисках очередной записки, а затем просто сметал их на пол. Никто этому не препятствовал. Я больше не мог жить среди секретов. Что-то здесь было оставлено для некого Лу. Я молился, чтобы это «что-то» все еще лежало на месте. Тома грохались один за другим. Их стук эхом отдавался в моей груди. Взгляд зацепился за очередную книгу – за ней что-то блеснуло. Я прирос к месту.
– Макс?
Я вытащил из ниши небольшой прозрачный кристалл. Казалось, в его гранях проступали еле заметные движущиеся образы. Я медленно спустился, не отрывая от него взгляда.
– Что это? – пробормотал я. – Зачем я это спрятал?
– Запись памяти, – произнесла Мемора, бережно беря кристалл в руки. – Он собирает твою память, когда ты далеко. Специальный накопитель. Он записывает все, что ты видишь и слышишь в течение определенного времени. Но не только. Он помнит мысли и чувства. Сложное устройство. – Она подняла на меня удивленный взгляд. – Ты сам его создал?
И тут меня пробрал нервный смех.
– Фри была права! Звезды, она так хорошо меня знает! Она говорила, что я не мог не перестраховаться. И ведь действительно! Я всегда оставляю что-то, чтобы вовремя сделать шаг назад в случае неудачи. Особенно когда дело важное…
– Разбей, – сказала Мемора. – Тогда все воспоминания окажутся у тебя в голове.
Я нерешительно посмотрел на накопитель. Звезда обхватила мои ладони своими. Перчатки по-прежнему не давали заглянуть в ее душу.
– Ты почти на месте, Макс, мы так долго к этому шли, – с благоговением произнесла Мемора. Ее взгляд застыл на мне, глаза казались необычайно большими. – Здесь все ответы и все то, что приведет нас к величию. Тебе нужно лишь вспомнить.
Осколок Антареса, который все еще имел бездумную волю, наполнил меня теплом, будто убеждая в правильности пути. Назад дороги нет, она давно разрушена. Есть только свет впереди.
Накопитель был хрупким и разломился в руке от крепкого сжатия. Все, что происходило дальше, было подернуто пеленой. Я словно летел в бездну, полную оглушительных звуков и вспышек. Боли не было, но все помутилось. Воспоминания приходили обрывками. Резко, хаотично. Это были записи последних дней, тех самых, что я провел на задании.
Квартира, девочка, я забираю метку кандидата. Упорно смотрю в блокнот, не могу собрать головоломку воедино.
– Макс! – обеспокоенно выдала Мемора.