Страница 20 из 309
Саймон выбежал из квартиры.
Помолившись про себя, я вынул из кармана брюк мобильный. Связь ловила еле-еле, но была!
Еще не зная, что буду говорить, я набрал полицию.
* * *
Саймон вернулся через пять минут. Он притащил из коридора какой-то старый ковер. Расстелил его возле тела. Пахну́ло мочой и плесенью.
– Семен-брат, я так-то тоже квантовую физику знаю. Вот только сейчас нам понадобится немного классической механики, сечешь, о чем я? – Я попытался вспомнить формулы из динамики… – Бери труп за ноги – и клади на ковер!
Сам он подхватил нашего третьего за подмышки и волоком перенес на расстеленное полотно. Я машинально сделал то же самое с нижней частью тела.
– Ну вот! А теперь пеленаем нашего доппельгангера в рулон. Ща его на балкончик отнесем проветриваться.
– Может, стоит дождаться приезда полиции? – уточнил я.
Саймон застыл как вкопанный.
– Кого? – переспросил он.
– Ну, я вызвал полицию и скорую, – сказал я. – Хотя скорую зря, наверное, да?
– Ты идиот! Я под залог вышел недавно! – закричал Саймон. – Сейчас под домашним арестом. – Он закатал штанину: на его лодыжке красовался черный браслет ФСИН. – Как думаешь, на кого мусора труп повесят?! На меня!
Он начал носиться по квартире, изрыгая брань.
Мне стало страшно, очень захотелось в туалет…
Спустя десять минут – оказывается, Сеткины довольно тяжелые – мы с Саймоном уже курили на балконе. Наш третий лежал на полу. Казалось, что старый соседский ковер – это удав, который проглотил слона. Мы открыли все окна на балконе и отключили теплый пол, чтобы стало холодно.
– Его Сэм зовут, – сказал Саймон. – Товарища почившего. Это его вселенная. Он
хост
.
– Я не понимаю, о чем речь… – Меня озадачило, что Саймон, более жилистый и крепкий, чем я, покрытый татуировками и шрамами, с гнилыми зубами, все время говорил про вселенные.
– Слушай, тут такое дело. Это не ты нас породил. А, по ходу… я. Я все расскажу тебе, но не сегодня. Сегодня тебе надо сдристнуть отсюда, пока менты не приехали. То есть сейчас.
Он стрельнул бычком в окно, железной хваткой взял меня под руку и повел с балкона в сторону входной двери. «Заслон» раздвинулся, и Саймон грубо вытолкал меня в коридор.
– Не обессудь, брат. Так надо. Сэмми наш живет в этой квартире с Жанной. Сейчас приедет полиция, я с Жанной лягу как ни в чем не бывало. Скажу, что ложный вызов. Короче, выкручусь как-нибудь. Главное, чтобы балкон не шмонали. А с тобой мы встретимся завтра, в полдень, на месте, которое ты и так знаешь: оно настолько значимое, что любая копия Сеткина сразу поймет, о чем речь.
Саймон вручил мне мою парку и шапку, затем вынес мой кожаный портфель.
– Не теряйся. Найдемся.
Следом в темноту коридора вылетели ботинки.
– Но как вы породили меня? – спросил я.
– Это моя машина времени дала сбой, – ответил Саймон и закрыл «Заслон».
Глава 3. Близкие контакты третьей степени
Лифт спускался бесконечно долго.
– Какая, Шрёдингер побери, машина времени?!
Внутри лифта был я. Внутри меня – выжженная пустыня.
Странный он, этот Саймон. Впрочем, квантовому клону, наверное, и положено быть странноватым. Юнгианская тень: нахрапистый, грубый, невозмутимый – все, что я ассоциировал бы с собой в последнюю очередь.
Хотя нет. Юнгианская тень – не Саймон. Тень – я сам. Трус, который оставил свою женщину с любителем подраться и помахать заточкой, уголовником, который к Жанне теплых чувств не питал.
И вот лифт вез меня вниз, а я понимал – ниже некуда.
Даже сегодняшний квантовый суицид не был настолько трусливым поступком. По крайней мере, случись он – и Саймон не появился бы. И этот, как его… Сэмми? Я бы сейчас просто стоял у плиты и жарил драники из батата.
Я сглотнул слюну.
Но скорее всего, я лаялся бы с женой по поводу увольнения.
Мои мысли скакнули в расчет всех возможных вариантов этого дерева решений, игнорируя предусловие, что меня распылило в «Ферзе»: так мозг сделал попытку убаюкать мой страх в колыбели гипотез и допущений. Мой личный сорт эскапизма.
Только сейчас я осознал, сколько на меня сегодня свалилось. По щекам потекли слезы. Я ссутулился и замер, чтобы меньше чувствовать ушибы. Лишь изредка, на глубоких хриплых вдохах, тело вздрагивало, и я морщился от накрывающих волн боли.
Ну что я мог сделать?
Вызвать полицию? Так я вызвал.
Драться с Саймоном? Я бы снова проиграл.
Хорошо, что вообще живым ушел!
Я посмотрел в зеркало на стене лифта. Бледное лицо, выпученные красные глаза, сжатые губы. Как лягушонок Кермит, который сидит на унитазе.
«Первый этаж!»
Двери лифта открылись.
– Нет, я так не могу, – тихо сказал я своему отражению. – Как я буду смотреть тебе в глаза, если сейчас уйду? Всю жизнь мучиться…
Жанна все время говорила, что я не мужчина, потому что не смогу при случае постоять за семью. И вот случай.
Я нажал кнопку седьмого этажа. Оставил себе один лестничный пролет, чтобы поразмышлять.
Лифт с каким-то траурным лязгом закрылся и потащил меня наверх.
– А этот Сэм? – вдруг спохватился я. – Откуда он вообще взялся? Интересное дело! Если я наблюдал, как мой двойник занимается сексом с моей женой, то кто я?
Аутокуколд?
Я хмыкнул: прикольный термин! Можно обернуть в шутку.
Аксиома Сеткина: если не записать сразу, то забудется примерно со стопроцентной вероятностью уже через пару минут. Полез в портфель. Кожаный
Dr. Koffer
со сломанной змейкой. Внутри лежал блокнот с Риком и Морти – точно как у меня. И почерк внутри – мой! Но вот написанное… Это был дневник – судя по фразе «Дорогой дневник…» на каждой страничке. Дневник, который я никогда не вел.
Я пролистал блокнот. Зацепился взглядом в паре мест за обращение автора к самому себе.
«Сэмми».
Саймон дал мне чужой портфель!
Мое лицо исказила гримаса гнева: будто этот Сэмми сначала отобрал мою жену, а теперь еще и мои записи! Я швырнул блокнот обратно, а сам «коффер» с силой закинул на плечо. Он больно стукнул меня по спине металлической пряжкой.
Сэма я почему-то ненавидел даже больше, чем Саймона. Хотя Сэм мне ничего плохого не сделал.
Да и вообще умер.
* * *