Страница 146 из 309
– Для примера, говорите… Какой у вас точный пример. Ну, положим, это стихийная саморепликация суперинтеллекта вследствие объединения ПАПИКов в кластер.
– А первый инцидент тогда что? Ядерная зима?
– Нет. Ядерная атака – инцидент четыре. Первый – это вторжение инопланетян.
– Не может быть!
– Может-может. Спецслужба уфологических катастроф, по-вашему, шутка, что ли?
– Ну ладно, убедили. Хорошо, что у нас сейчас обычное домогательство, да, Игорь Евгеньевич? В этой… допросной комнате?
– Да, это допросная. Единственное, что смущает: блок шестьсот, комната восемнадцать – это
моя
допросная. Эх, вот не везет мне сегодня.
– Тогда чего мы ждем! – воскликнул я. – Бежим за оперативниками!
– Куда вам, дедуль, бежать? – грустно улыбнулся Геккатов. – Да и чего ноги топтать лишний раз: группа реагирования что-то перепутала, потому что допросная моя – вот.
Он толкнул ближайшую дверь без таблички.
В небольшом офисном помещении на столе распластался мужик – только спущенные брюки и толстые волосатые ляхи было видно. Сверху на нем в позе наездницы сидела женщина и совершала характерные движения. На ней отсутствовал низ – сапоги, джинсы и трусики лежали на полу, – зато была нацеплена зимняя куртка с капюшоном, закрывающим лицо.
– Элина Натановна?! – воскликнул Геккатов и бросился к парочке.
* * *
Маргулис взвизгнула и спрыгнула с мужика. Ее партнер неловко дернулся и рухнул за стол, выпав из нашего поля зрения.
– Игорь? – спросила Лина, одернув куртку и закрыв ею бедра. – А ты что тут делаешь?
Особист почесал затылок и промолчал.
Из-за стола, как поплавок, вынырнул мужик и, застегивая ремень, заголосил:
– Ничего не было! Ни-ни! Она сама на меня прыгнула!
Моя челюсть отвисла, а глаза полезли на лоб.
– Самаэль, ну ты чего… – Маргулис сделала пару шагов к мужику, но тот резво оббежал стол с другой стороны и юркнул за спину Геккатова. Потом повернулся ко мне и сказал:
– Я вам клянусь, дедушка! Я же любимой не изменяю. Спасите от этой сумасшедшей!
У меня все задергалось перед глазами: товарищ, которого объезжала главврач, был… еще одним мною.
Под ребром кольнуло. Я схватился за сердце и застонал.
– Смотрите, до чего старика довели! – всполошился еще-один-я.
Геккатов осторожно взял меня за плечи.
– Вам плохо? – спросил он, заглядывая в глаза. – Нюра!
– В груди что-то ломит… – выдавил я.
Из смежной комнаты выскочила невысокая молодая девушка в клетчатой рубашке и черной юбке. На голове у нее была гулька, на переносице – очки, в руках – планшет.
– Нюра, воды принеси, – скомандовал Геккатов. – И врача надо.
– Я врач, – сказала Маргулис. – Давайте посмотрю.
– Нет! – хором воскликнули мы с двойником.
Меня усадили на стул и дали стакан воды. Все вокруг будто встало на паузу: люди стояли и смотрели на меня молча.
Я наконец сфокусировал внимание на клоне. Доселе сталкиваться с ним не доводилось. Рыхлый, отвратительно подстриженный. Посреди лба зиял розовый шрам, как рассечение от удара тяжелым. Голубая рубашка, покрытая пятнами пота, была расстегнута, являя миру бледное волосатое тело. На полу валялись пуговицы. Увы, но стоило признать: этот клон был наиболее точной моей копией. Только без усов. От него пахло пивом. Он, пошатываясь, вернулся к столу, зашел за него и что-то поднял с пола – оказалось, кожаный
Dr. Koffer
, – а затем уселся прямо на столешницу, стискивая портфель в руках.
– Завела заявку на вызов скорой, – сказала девушка в очках и забарабанила пальчиками по планшету. – Завожу заявку на проход в центр медицинской бригады.
Медицинской бригады. Скорой помощи…
Тот вечер, в который убили Жанну. Тот санитар, с которым я столкнулся на лестничной клетке, когда убегал от Кинчик… Его странный вид. Его замерший расфокусированный взгляд слепого. Ржавая машина с красным крестом возле подъезда.
Самаэль! Это он! Сбежал, расправившись с Филиппом Ивановичем.
И явился в дом Сэма.
Убивать его жену.
Я словно перевернул кроссворд и прочел ответы!
Руки затряслись так, что я пролил остатки воды на себя.
– Нюра, слушай, давай отменим скорую, – сказал Геккатов. – Тут и так много посторонних. Я отведу дедушку в нашу санчасть, быстрее будет. – Игорь Евгеньевич расстегнул свою серую куртку. Под ней был серый свитер, на котором в районе груди проступило несколько бордовых пятнышек. – Да и мне уже пора перевязываться.
Все вдруг заговорили, прорвав плотину молчания. В голове зашумело. Я начал растирать виски ладонями.
– Игорь, у тебя кровь! – воскликнула Лина.
– Чертовы «Жегловы», – поморщился Геккатов.
– Заявку пометила резолюцией «Отменено инициатором», – сказала Нюра.
В дверь нашей комнаты что-то ударило. Забежали два оперативника.
– Всем оставаться на местах! – крикнул один из них.
– Коллеги! Коллеги! Успокойтесь! – повысил голос Геккатов. – Мы уже разобрались. Нюра, закрой инцидент.
– Игорь Евгеньевич, какую резолюцию писать по инциденту?
– А что вчера произошло, Игорь? – спросила Маргулис. – Ты что-то знаешь? Почему я тут?
– Ладно, мы тогда пойдем. Сокол, отбой опергруппе.
– Пиши: «Ложный вызов». Ну не может же уважаемая Элина Натановна такого кабана изнасиловать?
– Пометьте в протоколе, что у меня с этой ничего не было! А то моя ревнивая очень.
– У нас нет протокола. Вы пьяны?
– Чуть-чуть.
– Заявку на закрытие инцидента завела.
– Игорь! – закричала Лина. – Объясни, что происходит? Почему я на допросе?
– Нюр, надо еще Галкина объявить. Похоже, он скрылся и засел где-то.
– Завожу.
– Самаэль, видишь, до чего доходит, когда мы не вместе!
– Ты меня с кем-то путаешь, красавица.
– Так, а с нетрезвым гражданином что делать, Игорь Евгеньевич? – Нюра показала на двойника. – Ребята его полчаса назад доставили из бара «Виночерпий». Сказали, по вашей ориентировке. Не могу идентифицировать. Поискала отпечатки, но в системе его профиль помечен: «В процессе удаления в связи с гибелью». По физиогномике и в других системах пометка такая же.
Геккатов посмотрел на меня и сказал:
– Похоже, массовый сбой. Опять программисты шалят.