Единичка

После секундной паузы Система продолжила:

– Через три месяца под заметкой родители блогера оставили подпись: «Теперь наш сын закрыл глаза навечно. Все истины открыты перед ним. Запомните его, запомните того, кто продолжал жить и бороться за правду ради вас до самого конца. Единственного и последнего!»

– Стеклянные гробы, – повторил Финнер, – это, наверное, колбы для репликации двушников. Этот парень называет имя Нестора. «Проект выживания вида в условиях тотального мирового вымирания». Что это еще значит? Мировое вымирание не началось в 2099 году и тем более за тридцать лет до в 2069. Озоновый слой был разрушен перерождением Солнца в 2100 году. Нельзя же было узнать дату конца света заранее…

– К вам посетитель, – перебила его размышления Система.

На мониторе высветилось лицо Бэж.

– Система, удалить поиск за сегодня!

– Принято.

– Найти статьи на тему «Мучительная смерть в кипятке»!

– Принято.

– Открыть дверь! – громко крикнул Фин.

Он скривил лицо, придавая ему выражение болезненности и скучающего равнодушия.

– Старший капитан Бэ-Жо-Га 11–08/семь, – собирался он встать.

– Можешь сидеть. Я отвлеку на минуту.

Она вошла в дверь и остановилась за три метра от Фина.

– Изучаешь примитивные способы казней? – смотрела она на кипящего в котле узника.

– Придумываю способ, которым убью те три объекта из норы, как только разыщу.

Бэж смотрела на рассеченное шрамами лицо капитана. Три глубоких рытвины расчертили его кожу через переносицу, щеки и скулы.

– Тогда придумай три разных способа, чтобы не повторяться.

Он кивнул. Бэж не иронизировала. Она действительно дала ему задание придумать три вида казни.

– Я пришла, чтобы сообщить тебе лично. Назначение о твоем повышении откладывается на год. Дрогзи, Луванэ и я не сможем наградить тебя лиловой кожей в свете случившихся событий. Ты упустил объект. Твоя группа не поймала никого. И еще эта сумка. Допрос и прочее. Повышения не будет, Финнер.

Бэж не заметила особого расстройства на его лице. Она видела равнодушие. А еще – неприязнь. И по какому поводу? Уж не она ли его раздражает своим присутствием?

– Ты ходишь по тонкому льду, Финнер. Давно, когда на нашем континенте еще были зимы, вода в озерах и реках покрывалась льдом. По весне он таял. Один неверный шаг – провалишься и умрешь. Тысячи иголок воды температурой ноль градусов убьют за пять минут, которые покажутся вечностью.

– Отличный способ казни.

– Провалишь допрос, и тебя распылят. Я лично сделаю это. Хоть ты и мой любимчик. Сам знаешь.

«Что же она делает с теми, кого ненавидит?» – думал Финнер.

– Я много раз смотрела в глаза приговоренным, – хрипела Бэж. – Я вижу тех, кто смирился, и тех, кто надеется. Так ответь мне, Финнер, почему ты смирился?

– Я не…

– Ты принял смерть. Не боишься. Можешь водить за нос наивную Луванэ и своего учителя Дрогзи, но я-то знаю тебя лучше. Ты врешь. Но ты и не боишься сыворотки правды. Почему? ГОВОРИ! – рявкнула она.

– Видел смерть слишком часто, чтобы бояться.

– Хм. Так значит, умереть ты не боишься?

– Нет.

– А смерти того, кто нес эту злополучную сумку по болотам? Ага! – обрадовалась Бэжога. – Вот оно! Вот он истинный страх! – увидела она наконец то, чего так ждала. Финнер боялся. Что же произошло с ним на тех болотах? – Кто на тебя напал, Финнер?

– Медведь. Я был безоружен.

– Ну а кто собрал тебя обратно? Эти раны… они смертельны. Особенно в лесу. Ты бы не справился сам.

– Дрогзи обучал нас выживанию, и он…

– Закрой рот! Дрогзи только двушников-пацанов по лесу способен разбрасывать! Один раз повезло сминусить штабных, до сих пор не успокоится. Переводит материал. Отвечай, кто был с тобой в лесу?

– Никого. Я выжил сам.

– Тогда покажи мне, как накладывать хирургические швы, – водрузила она между ним и монитором Системы крысу со вспоротым брюхом. – Держи иглы, – швырнула она непочатый хирургический набор. – Ну же… я жду.

– Я не помню, как сделал это. Съел какие-то грибы. Очнулся. Швы уже были.

– Магия! – Бэжога начертила в воздухе руками круг. – Ну ничего, мой мальчик, сыворотка правды вернет тебе память. Я узнаю, что произошло на болотах. Посмотрим, повезет ли тебе выжить на этот раз.

Финнер выбросил тушку крысы, жалея, что поспешил отказаться от чистки своей рекреационной комнаты. Но ни о чем другом он не жалел. Он узнал слишком много: блогер, который писал о клонировании; майя, предрекающие два конца света. Не знал он только одного: где ему разыскать дикарку.

Глава одиннадцатая. Восковой дом

Подобрать пароль к ноутбуку не получалось весь следующий день. Просидев сутки, Нэл рвалась покинуть подземные катакомбы и отдышаться на природе, погреться в солнечных лучах. Она никогда не разлучалась с зеленым небом больше, чем на несколько часов сна. Ей не терпелось ощутить ветер на коже, прохладу проточной воды, шершавость древесной коры, мягкость лепестков цветущей вишни. В голову не лезли никакие комбинации для пароля. Да еще и разговор с Иванычем прошел как-то странно.

Нэл понимала: беседы не избежать, и страшно волновалась, пока шла к нему. Сейчас он вышвырнет Ее с конем обратно в зеленое небо! И надышится там, и лепестков натрогается всласть!

– А, Нэл! Входи, садись! – позвал он. – Не бойся! Лея мне доложила про слова комиссарши Роузи. Говорит, что Ли была дочерью Нестора.

– Да, это так.

– Но это, конечно, не так. Может быть, она была на него похожа, но точно не дочь.

– Что? – не понимала Нэл. – В чем тут подвох?

– Это невозможно, моя милая Нэл, – обернулся он на снимок. – Я знал Нестора. И его дочь. Она, к сожалению, погибла. Очень давно.

– Что… вы ее знали?

– Конечно знал. Нестор был мне другом, а его дочка – моей крестницей. Ее убили лапачи. Тогда их еще не называли этим словом. Просто отчаявшиеся люди. Они пытались отобрать у нее еду. Авоську с апельсинами, кажется.

– С апельсинами?

– Звучит варварски, но да. Роузи ошиблась. Твоя тетя не дочка Нестора. Это глупый слух, вот и все. Я сообщу об этом агенту.

– Значит… это слух? Это хорошо? – несла Нэл полную чушь.

Может, Иваныч не знал, что у Нестора было две дочери! И та, что умерла от лапачей, была мамой Нэл!

– Конечно хорошо, Нэл. Если ты все еще готова внедриться в Сектор, появилось окно. Через два дня.

– Я не передумала!

– Договорились. Я и не знал, что ты окажешься такой сильной. Так держать!