Единичка

Она смотрела на синюю перчатку второй кожи и думала про Кайла. В это время он как раз должен был добраться до Штаба. Прошлой ночью он убежал через лес. Если не спал и не делал больше пары привалов, сейчас он уже совсем близко: буквально в шаге от самого важного своего решения.

– Прошу тебя, Кайл… не доверяй ему… не доверяй Иванычу.

* * *

– Кайл! Кайл, сюда!

Он услышал голос Леи. За ее спиной в патруле на пограничной территории Штаба стояло еще пятеро.

Лея протянула ему флягу с водой:

– Куда вы со Смитом пропали? Иваныч вызывал! Что-то случилось, Кайл. Кажется, там в Секторе что-то случилось с Нэл.

Он пил воду не останавливаясь, пока фляга не опустела. Кайл тянул время. Как рассказать Лее о случившемся? Все они были правы на ее счет. Смит подозревал в ней комиссара еще на лугу. Лея слышала от Роузи сплетни о потомках Нестора. Иваныч задействовал все каналы, чтобы внедрить ее в Сектор, а она… Она отдала двадцать два года жизни за красную жабу. Убила их всех. И Роузи, и Смита. А теперь он должен поверить, что Иваныч предаст их!

– Смит мертв, – произнес Кайл. – Из-за Нэл.

– Что? Что ты несешь?

Лея и ее люди встали вокруг. Им не послышалось? Смит умер из-за Нэл?

– Говори! Где вы были? Где Нэл?! – требовала ответов Лея.

– В Секторе. Мы со Смитом были в Секторе.

– Как вы туда попали? Это невозможно.

– Красная жаба. Он перенес нас через стену на тригле, выдав за выловленных дикарей.

– Жаба? Кайл… нет в Секторе больше красных агентов. Роузи была последней. Мне Иваныч сам сказал.

– Он не агент, Лея. Он комиссар, которого не убила Нэл. Наоборот. Спасла. Поэтому у нее Единичка. И у того парня тоже.

– С ума сойти! Красный на стороне Штаба! Еще один за нас!

– Не радуйся, Лея. У них с Нэл типа сделка. Она спасла ему жизнь, а он помог ей в Секторе.

– А Смит? Ты уверен?.. Как это случилось?

– Нэл должна была узнать что-то в Системе. Мы притворились комиссарами, но нас разоблачили. Смит… он сам разжал руки, чтобы они вместе с Нэл не сорвались.

– Мне жаль, Кайл. Идем! Нужно рассказать Иванычу! Он ждет тебя. Кажется, он собирался озвучить план атаки Сектора и вызволения Нэл.

– Вызволения?! – расхохотался Кайл. Пограничная группа штабных отшатнулась от него. – Лея, она не пошла за мной! Вы все! – кричал Кайл, чтобы штабные слышали. – Нэл была за стеной! Она могла уйти! Вернуться вместе со мной! Но она осталась. Со своим красным Финнером! Со своим Сектором, который выстроил ее дедушка Нестор!

– Так это правда… Роузи говорила, что они родня. Иваныч переубедил меня. Он сказал, что у Нестора не было детей. Его дочь умерла. Он точно знал.

– Все! Люди! Врут!

– Кайл, успокойся! – несильно ткнула его Лея древком ружья. – Прекрати истерику! Пошли. Ты доложишь Иванычу о случившемся. Все можно исправить. Когда мы атакуем Сектор…

– Нет, Лея! Атаки не будет. Нэл не нужно спасать.

– Но Кайл! Ее казнят. Ее приговорили еще вчера, а после шухера с Системой…

– Мы не нужны ей. Она свой выбор сделала. Вернулась к своим.

– Ты что, ревнуешь, Кайл? Ты просто ревнуешь, что она выбрала жабу, а не тебя! Это что… все из-за долбаной любви?! У нас больше не будет шанса атаковать Сектор! Двойной агент откроет ворота только сегодня. Думаешь, это просто?!

– А… да… Двойной агент. Мне нужен Иваныч. Ему эта новость понравится!

* * *

– Вам эта новость понравится! – максимально бодрым голосом вещала Нэл.

Она уже не понимала, где правда, а где ложь. Что выбрать: свою спокойную жизнь на ближайший год или сражение за право выжить? Сектор или Штаб? Финнера или Кайла? Где она настоящая, а где ее больное воображение?

Двери из рекреационных комнат разблокировали в час ночи. Нэл не спала. Она лежала на полу, уперевшись пальцами ног в ручку двери, дергая ее раз в пять минут. Наконец-то створка отъехала, и Нэл побежала в душевые.

– Штаб планирует атаковать Сектор и спасти нас. Это произойдет завтра. На рассвете. И они просили помочь!

– Что нужно сделать? – спросил Рик.

– Это будет звучать странно, но так нужно. Передайте всем, когда начнется дождь… – замолкла она.

– Да, Нэл, что? Дождь каждый день идет!

– Когда начнется дождь, у всех должны быть сняты шлемы. Вы должны промокнуть под дождем. Все должны! Все заключенные.

– Промокнуть? Нэл, что за странная помощь… – вжала голову Ула, как нахохлившаяся сова.

Нэл посмотрела на их с сестрой склеенные скотчем и связанные веревками ладони, держащиеся друг за друга.

– Просто сделайте. Рик, ты работаешь в топливном цеху. Для тебя будет задание погорячее.

– Какое?

– Спалить цех к чертям. Взорвать все топливные склады. Это возможно.

Он щелкнул зажигалкой:

– Когда поджигать?

– Когда начнется паника. Ты поймешь.

– А мне что делать, Нэл? – вышла вперед Ала.

– Мы с тобой отвечаем за дождь.

– Под которым нам всем нужно намокнуть, нахмурилась Тру.

– Да, – кивнула Нэл. – Завтра прольется серебряный дождь.

«И много крови», – добавила она мысленно.