Единичка

Глава семнадцатая. Джон Доу

Утром Нэл разбудил сигнал с плазменного экрана с приказом явиться в лабораторию. Голова раскалывалась. Она проспала в короткой отключке часа три. Кое-как оделась и через пятнадцать минут явилась к зданию лаборатории. Если Нэл жива, значит, Кайл пока не добежал до Штаба. Немного времени у нее еще было.

В шестом корпусе она отыскала помещение сорок, где ее ждала новоиспеченная ассистентка Ала.

– Нэл! Результаты теста. У меня четыреста три балла, прикинь! Спасибо тебе, ты меня из комиссарских сортиров подняла! Идем, надо сменить кожу! Тут сегодня суета какая-то. Ночью что-то случилось.

– Что именно?

– Понятия не имею. Но что-то у жаб. Они все перекошенные. Зато нас не трогают. За утренней шеренгой даже никто не следил.

Нэл рассматривала лаборантов, облаченных в белое, через прозрачную пластиковую стену.

– Я приготовила тебе комплект. Переодевайся.

Сменив комбинезон на белый, Нэл вошла в кабинет, где за круглым столом перед плоскими мониторами расселись восемь таких же белесых химиков. Ала заняла ассистентское место в уголке помещения без монитора.

– Ты Нэ-Эл-Ка 14–15/пять? – повернулся к ней главный. – Меня зовут Лас, а это Доу. Идите с Алой отмойте шесть тысяч пробирок. Кто-то сварил в них клей, а не сыворотку правды. У меня три часа, чтобы все исправить.

«Три часа!» – запомнила Нэл. Пока зета не готова, она успеет похимичить над амнезийкой.

Ала свернула в сторону десятков раковин, заваленных посудой:

– Как восемь человек умудрились перепачкать три тысячи колб! А я-то думала, отдохну… Нэлка. Эй, Нэл! – потеряла она из виду напарницу. – Ты чего?

Нэл осталась возле двери. Пока шли, она увидела свободное помещение, полное нужных аппаратов. Обернувшись, Нэл коснулась места на своем плече – именно там была солнечная метка Алы, выцарапанная ногтями.

– Пора.

– Нэл! Что ты задумала?!

– Ала, кое-что происходит.

– Ты про комиссарский шухер?..

– Штаб планирует спасти нас сегодня! – соврала она уже по привычке. – Им нужна моя помощь. Я должна кое-что сделать на оборудовании. Ты поможешь? Поможешь штабным?! Или сдай меня жабам прямо сейчас!

– Что… нет… Нэл, – закинула Ала голову к спине. – А-а-а! Говори, что делать!

Юркнув в пустой кабинет, Нэл притащила центрифуги, весы, микроскоп.

– Неси из хладокамеры все пробирки с кодом АМ-7. Это яды. Крышки не трогай.

– Ладно! Несу!

Нэл готовила оборудование, вводя нужные цифры в компьютер, покрывшийся слоем пыли. Она пролистывала файлы с множеством неверных уравнений. Войдя в программу, по памяти восстановила формулу. Получившиеся цифры ввела в криэйтер и ускорители.

– Вот! Достала!

– Опусти экран, Ала. И не поднимай. Их пары́ ядовиты.

Нэл знала: достаточно вдохнуть пар амнезийной беты, и память начнет отматывать время назад. Пока амнезийка не покроется защитной пленкой, она опасна.

Лас и Доу не обращали на ассистенток никакого внимания. Ласа дергала Бэжога по поводу зеты. Нэл услышала их разговор по допотопной рации, которой в Секторе не умели нормально пользоваться. Бэжога срочно требовала зету. Лас оправдывался, что без ведущего химика он работает на ощупь.

– Она будет или слабая, или совсем слабая, капитан Бэжога. Я делаю что могу!

– Сделай посильнее, – прохрипела Лидерша и отключилась.

Напарник Ласа Доу каждый час выходил в коридор, надеясь разжиться новыми слухами. Про них докладывала Ала, пополняя запасы вымытых пробирок. Приходилось бегать к мойке, создавать видимость активной работы.

– Доу рассказал химикам, что ночью была «тиверсия».

– Диверсия? – начищала Нэл пробирки со скоростью света.

– Ага! Вроде это штабные проникли… Офигеть! Штабные! У нас! Но кто-то там помер. От пуль! Эти трупы вскрывают сейчас!

Вернувшись через полчаса, Ала прошептала:

– Комиссары, Нэл! Четверо комиссаров были убиты, офигеть! А еще два лапача!

«И один штабной», – добавила мысленно Нэл.

– Тише ты! Руки в кровь сотрешь! Ардженти, вообще-то, ядовитая штука, когда на голую кожу попадает. От нее у некоторых в клининге пальцы стали фиолетовыми.

«Переизбыток серебра, – поняла Нэл, – из-за него кожа может изменить цвет. Все сходится. Этот порошок нам и нужен!»

– Привыкай, Ала.

– Че?

– Подслушай еще что-нибудь. Скоро будет готово, – обернулась она на кабинет, не понимая, какое время отсчитывает: готовность амнезийной беты или сыворотки правды, что «варил» в другом конце лаборатории Лас.

– Эй!

Нэл обернулась на голос. В дверях кабинета стоял пузатый напарник Ласа Доу:

– Что ты делаешь? Это ядовитые реагенты, – он бросил взгляд на вращающиеся пробирки с голубой субстанцией. – Я доложу комиссарам о нарушении техники безопасности! Сейчас же!

– Это бета-девять, – ответила Нэл, – она лишает объекты эмоций.

– Врешь! Даже Лисвис не изобрела девятку!

– Я умнее Лисвис. Не видел мой тест, Доу? Девятьсот девяносто девять правильных ответов. На вопрос номер «единичка» ответить не захотела. Мнительная, знаешь ли!

– Ты не могла… как ты узнала… Пиши! – швырнул он в нее маркером. – Формулу пиши!

– Где писать?

– На стене пиши! – захлопнул он дверь. – Ты отсюда не выйдешь, пока не напишешь!

– Как скажешь, – кивнула Нэл.

Таймер щелкнет через пять минут. Она будет тянуть время, сколько сможет. Встав возле стены, Нэл прикрыла глаза и изобразила размашистый жест. Текст побежал из-под ее пальцев, и каждое слово писалось по дуге, концы которой смыкались, образуя круг. Так писал Нестор. И Нэл.

Ее глаза были закрыты. Яркие вспышки озарили черноту. Она увидела молодого мужчину с рыжей бородой. Сидит на лавочке, читает газету. Ночная улица. Сетка апельсинов.

Вспышка.

Маленькая рыжая девочка бегает по кругу. Рисует на асфальте солнце и восемь лучей. К ней подходит мать, берет за руку. Они не боятся сминуситься. Их руки без перчаток.

Вспышка.

Девочка бежит с рюкзаком из школы. В ее растрепанной длинной косе запуталось солнце. Она прыгает на какую-то вытянутую доску на четырех колесиках и катится по парку. Под колесо попадает камень. Девочка балансирует и вот-вот упадет на асфальт, но ее ловит за руку мальчик с растрепанной светлой челкой. У него на шее кулон – солнце с восемью лучами.

Вспышка.

Дзынь.

– Что за…

В спину Нэл ударилась брошенная Доу банка с ардженти.