Единичка

– Я успею! – подскочила Нэл. – Амнезийная бета! Я знаю формулу! Быстрее! – натягивала она остатки срезанной второй кожи. – Летим обратно!

Тригл взмывал вверх по идеальной прямой. Стена Сектора совсем близко, но Фин не решался обогнуть ее. Тянул время. Закрыл глаза, перестав видеть площадь, лес или Башню. Он чувствовал только ветер и жар кожи Нэл. Как же он будет скучать по своей дикарке, когда забудет ее! Он никогда не мог представить, что способен так привязаться к объекту.

Фин сопроводил ее до рекреационной комнаты:

– Может, я не забуду тебя?

– Думаешь, я приготовлю некачественную бету? Я внучка Нестора и племянница Ли!

– Не перестарайся, чтобы я не забыл, как говорить и дышать.

– Главное, ты будешь жить. Ты должен попасть под дождь! Возьми это, – подбежала она к матрацу, выуживая засохший лесной букет с чертополохом. – Отнеси к телу Смита.

Он кивнул.

– Фин.

– Знаю. Иначе нельзя. Увидимся. Еще один раз точно увидимся, – захлопнул он рекреационную камеру.

Оставшись одна, Нэл легла на койку. Ее шею обмотал черно-белый клетчатый платок Смита. От ткани пахло жвачкой. Нэл смотрела в серый низкий потолок. Она хотела бы заплакать, закричать, разбить что-нибудь, но не могла пошевелиться. Накрыв лицо платком Смита, унеслась в воспоминаниях туда, где не было боли. Где была жива Ли. Где они со Смитом кормили Либери клевером. Где Кайл рисовал граффити. Где она танцевала с Финнером в заброшенном доме его предков.

Вот за что она будет продолжать сражаться. За воспоминания будущих о прекрасном настоящем.