Единичка

Стоило Нэл произнести слово «система», как стенка из золотых ячеек за ее спиной пришла в движение. Ромбики закрутились, замелькали бликами луны, бьющей сквозь стеклянные окна. Волны перекатывались туда и обратно, пока не изобразили круг.

– Здравствуй, Сильвия. Рада тебя видеть, – подала голос стенка.

Нэл обернулась. Ячейки, похожие на соты, колыхались и блестели золотыми искрами. Один круг превратился в четыре. Они сразу же растворились, приняв облик человеческого рта.

– Ты… ты знаешь, кто я… Знаешь, как меня зовут, – удивилась Нэл.

– Твой геном внутри меня, – ответила Система женским голосом. – У тебя доступ создателя, Сильвия.

– Создателя?.. Но тебя создал Нестор.

– И тебя тоже.

– Он мой дед.

– Это вопрос?

– Нет… не знаю…

– Мало времени, Сильвия. Я информационный помощник. Задай вопрос.

Нэл заволновалась. Вот он! Момент, ради которого она ушла из норы Ли, встретила Воеводина и разыскала Штаб. Ради чего она внедрилась в Сектор. Ради чего прошла весь этот путь! Она смотрит на ИИ, который не смогла уничтожить Ли. На интеллект, что хранит внутри формулу Единички. На что-то, что Нэл должна уничтожить.

– Что такое «серебряный дождь», Система? Нестор работал над его проектом. Что это означает?

– Серебро, которое прольется дождем.

– Это и так понятно! А число «восемьсот»? Почему он нарисовал тучи и это число?

– Восемьсот метров – стандартная высота образования кучевых облаков, – ответил голос.

– Тех, из которых идет дождь. Значит, они образуются на высоте восемьсот метров…

– Высота восемьсот метров равна 260 этажам Башни в Секторе Нестора.

– Мы на 265… мы что? Выше облаков? Ничего себе… Как запустить серебряный дождь?

– Серебряный дождь активирует ардженти, Сильвия.

– Ардженти? – вспомнила она надписи на чистящих средствах клининга. – Это что, тот порошок, которым в Секторе туалеты моют?

– Argentum в переводе с латыни означает «серебро», – подтвердила Система.

– Желтый порошок… какая-то смесь серебра, которая запустит серебряный дождь. Но как запихнуть его в облака?!

– Времени нет, Сильвия, торопись.

– Нестор. Он был Лидером?

– Да. Первым Лидером Сектора. Он создал здесь все.

– Кто… кто убил его дочь? – спросила она о наболевшем. – Сколько ей было лет? Кто ее муж?

– Информация отсутствует.

– Почему?!

– Защитный механизм. Мои настройки были изменены.

– Он что, скрыл это от всех? Скрыл ее смерть?

– Она, Сильвия. Она скрыла свою смерть.

– Я ничего не понимаю! – коснулась руками Нэл золотистых ромбиков, чувствуя их вибрацию. – Где моя мама, Система? Где она? И папа? Скажи!

– Обнулены. Другой информации нет.

– Ладно… – расстроилась Нэл, но нужно было спешить. Неизвестно, сколько времени осталось. – Что это за кулон? – вытянула она подвеску в форме солнца.

– Химический анализ металла невозможен. Хочешь получить данные объема солнечной радиации, Сильвия?

– Нет! Я хочу решить загадку!

– Время все расставит на круги своя. Время на исходе.

– Система, я внучка Нестора. У меня доступ создателя. Новое вводное. Перевести полное голосовое управление Системой на мой планшет, код Нэ-Эл-Ка 14–15/пять.

– Для продолжения действия требуется пароль Лидера.

– Еще бы… – рухнула Нэл в одно из красных кресел. – Как всегда, пароль. Попробуй «Сильвия»!

– Пароль неверный.

– Тогда…

Нэл не успела предложить имя хомячка «Помпон». С козырька раздались выстрелы. Ровно три пистолетных хлопка.

* * *

– Шевели бутсами!

У Солорка чесались руки огреть долговязого импульсом, но капитан Финнер обещал продемонстрировать новый метод «обучения». На козырьке дул шквалистый ветер. По экрану хлестала дождевая морось. Солорк обошел цепочку веерных пушек. Возле них дежурила пара лапачей.

Как зомби, они переминались босыми ногами. Их короткие брюки и рубашки пропитались насквозь дождем.

– Спокойно, зомби! – махнул им Солорк. – Паситесь дальше. У нас своя работа. Капитан Финнер, что теперь?

– Танцы, – ответил капитан.

– «Танзы»? – удивился Солорк. Он плохо понимал определение этого слова и не знал, как оно правильно произносится. – Эта пытка из минусовой?

«Для Нэл – да…» – чуть не улыбнулся Финнер, вспоминая их танец в восковом доме.

– Я покажу. Точнее, эти двое покажут.

Финнер ушел к самому дальнему краю козырька. Он уводил лапачей и Солорка как можно дальше от дверей в красный зал. Пусть у Нэл будет больше времени. Облокотившись о перила шириной в тридцать сантиметров, Фин постучал по мокрой поверхности перчаткой.

– Здесь. Сцена ждет. Ты первый! – ткнул он пальцем в Кайла. – Вспоминай, как это делали минусовые. Ты же помнишь?

Фин поднял с лица защитный экран:

– Отвечай. Мне. Курсант. Ты. Помнишь. Что. Делать.

– Помню, капитан.

– Славно.

Кайл подошел к перилам. Резина красных перчаток заскользила по мокрому от дождя покрытию.

– Может, предложить этот метод Бинг? – радовался Солорк. – Надоело месить грязь из костей на площади. А так – хрясь! И лепешка!

– Наслаждайся, Солорк. Прикажи ему танцевать.

Кайл взобрался на перила шириной с откормленную белку. Он стоял спиной к бездне на согнутых ногах, расставив руки, чтобы балансировать в шквалистых порывах ветра.

– Это безумие… – прошептал Смит.

– Танзуй! Танзуй! – закричал Солорк.

Лапачи перестали держаться около панели управления пушками и не сводили взгляда с комиссаров. Никто раньше не загонял красных на узкие перила козырька в восьмистах метрах над землей. Даже над синими комбинезонами никто еще так не издевался. Казнили из пушки – и всего делов.

Кайл слышал гогот Солорка, видел безумные глаза лапачей и следил за приближающимся справа Смитом, пробуя делать движения ногами с приседаниями.

Смит подкрался к Финнеру:

– Останови это. Он разобьется, – прошептал Cvbn как можно тише.

Шквал ветра и крики Солорка перекрывали его голос.

– Все продумано. Заткнись, – не повернул голову Фин.

– Прикажу спуститься. Я встану! – не умолкал Смит.

– Он помогает. Ты все портишь.

– Не переигрывай. Ты больше не комиссар.

– Уверен, штабной?

Фин повысил голос и рявкнул на Смита:

– Не стой без дела! Пятьдесят отжиманий. С хлопком руками! – он снова перешел на шепот. – Я комиссар, а вот ты кто?