Вторая молодость 2

На перемене Ваня собрал основной костяк класса, куда входили несколько девочек, включая Аню. Объяснил, что пятиклашки обнаглели, хвост на старших поднимают, захотят реванша со мной, скорее всего, засаду устроят, а то и стенка на стенку предложат.

Пацаны и девчонки встретили предложение дать отпор зарвавшейся мелкоте с энтузиазмом.

- Сашке нельзя драться, ещё не выздоровел, будем провожать домой, - заявил он.

- А как быть с Женькой? - подал голос я.

- Да что ты с ним возишься? - скривился Ваня.

- Как, что? - удивился я. - Человек, всё-таки! - Ваня с ребятами странно переглянулся. Видимо, что-то знают, уже отговаривали меня от дружбы с ним, продавили мальчика старшие, теперь всю школу против него настраивают. К сожалению, проникли тюремные понятия в школы. Говорят, даже в детском саду такое бывает, травят толпой одного.

- Если из-за него всё началось, надо доводить до конца, - продолжил я.

- Два у нас давно были тёрки..., - поморщился Ваня, - борзые стали, родители у них шишки.

- А у нас, нет? - хмыкнул я. - Тоже непростые.

- За тебя впишется батяня? - спросил Ваня.

- Куда он денется? - усмехнулся я, а меня внезапно поддержал Ефим, самый тихий мальчик из нашей компании:

- Некоторые родные хуже приёмных.

- У Сашки батя чёткий мужик, - вставил свои пять копеек очкастый Витёк.

- И Женька нормальный пацан, - вдруг сказал Ефим, покраснев, - просто затюкали. Так любого можно затюкать, правильно Сашка говорит.

- Ну, допустим, не каждого, - медленно ответил Ваня, - не про себя говорю, просто вспомнил, нам рассказывала Зоя, о пионерах-героях в войну. Вы, наверно, ушами хлопали, а мне запало, представил на их месте. Сейчас же тоже война идёт, пацаны, чуть старше нас, воюют, в плен попадают, пытки там...

— Это враги! - жёстко сказал я. - А здесь свои издеваются! Как сопротивляться? Ещё друзья отворачиваются! Легче пытки от врагов выдержать, чем бойкот друзей! - ребята молчали, тут зазвенел звонок на урок.

Следующие уроки проводил, не отвлекаясь, не сразу понял, что на меня обращают внимание не просто так, якобы, узнать, что я знаю и что стою. Стал подозревать, что директор или завуч хотят подловить меня на чём-нибудь и торжественно исключить из гимназии. Вот только не понял, зачем им это надо, в чём причина неприязни ко мне. Вот когда начну действовать, вскрывая гнойники, тогда меня нужно гасить, а пока веду себя прилично, учусь прилежно, уже расставляют сети. Это выглядит странно, по крайней мере, или на самом деле преподаватели хорошие психологи, и просчитывают школьника на раз, сразу видят, что от этого мальчика надо ждать проблем.

Ну вот, одна проблема нарисовалась: я разбил нос пятикласснику. Странно, но пока никаких последствий нет. Скорее всего на самом деле Максим не желает раздувать из этого события скандал, а просто решил поквитаться по-пацански. Вряд ли будет вызывать на честный бой, встретят по пути домой, как уже хотели встретить Женьку.

На переменах друзья Макса не трогали меня, везде камеры стоят, только ехидно улыбались и показывали непристойные жесты, так что, день прошёл нормально, ко мне подходил Женя, говорил, в классе всё спокойно, только к большой перемене стал печальным, на глазах появились слёзы.

- Что случилось, Жень? - спрашивал его, но мальчик только отмахивался:

- Всё нормально.

Но я-то понял, что не всё нормально, спросил своих ребят, в чём дело, Ваня помрачнел, а Ефим сказал прямо:

- Да Алишер будет ждать его в туалете!

Меня даже морозом обдало, на затылке шерсть дыбом встала.

- Я пойду туда, а вы побудьте на подстраховке, ладно? - ребята замялись, потом Ваня сказал:

- Надо со старшими поговорить, со Славкой Дудко.

- Я его не знаю, - развёл я руками.

- Зато Артёма знаешь, - заметил Ваня, - а мы попробуем со Славкой поговорить. Если не захочет нам помочь, настроим против них ребят.

- Думаешь, получится? - скептически спросил Гордей.

- Не попробуешь, не узнаешь, - мудро ответил Ваня, - не все пацаны пофигисты, Гордик!

На этом порешили. Я поспешил к кабинету, где занималась Ленка, теперь седьмой класс для меня старший, меня из него могут выгнать, как мелкого, поэтому отловил сначала Ленку, которую с тех пор, как нас "отругали", не видел.

- Привет, Лен! - улыбнулся я ей.

- Привет, - неприветливо ответила сводная сестра. Непонятно, почему сердита, ну, проспал, с кем не бывает, что теперь, конец любви и.… кхм, набок?

- Артёма позови.

- Зачем? - насторожилась Ленка.

- Просто позови, - уже без улыбки попросил я. Ленка молча ушла, вскоре вышел Артём.

- Артём, - после приветствий обозначил тему я, - тут Алишер совсем берега потерял, пацана совсем угробить хочет. Издевается, как хочет! Из-за малого пацаны вешались, а тут такое!

- А я причём? - справедливо спросил Артём, стараясь смотреть поверх моей головы. Ему это легко удавалось, труднее снизойти до моего роста. кстати, я не сказал, что он учится в девятом классе? Семиклассники ещё совсем дети для моей Ленки, ей постарше подавай, я это исключение, да и то, смотрю, редкое.

- Как не причём? - удивился я. - Женя мой друг, ты мой..., - я немного запнулся. Знал бы Тёма, что у нас было с Ленкой, прибил бы на месте такого друга! Но он пока не знал, и я давил ему на больное место.

- Ладно, говори, что надо? - набычился Артём.

- В общем, мы решили поговорить с Алишером, чтобы отстал от мелких, иначе ославим, как педофила, придётся милицию вызывать, а это для гимназии...

- Ладно, - подумав, кивнул Артём, - я обещал Ленке присмотреть за тобой, но ты вляпываешься в такое дерьмо..., - сморщился он.

- Уже вляпался, - признался я, - надо выбираться. К тому же, хватит беспредел в школе разводить! Ерунда какая-то получается! - я даже сбился, слов не мог подобрать, но Артём меня понял.

- Ладно, попробую что-то сделать, - пообещал он, и мы разошлись по кабинетам.

А на большой перемене меня поймали.

Сходил, называется, пописать...

В туалет зашли трое громил во главе с Алишером Максудовым, уже отрастившим чёрную противную бородку, и двое его приспешников, вполне славянской внешности. Потом вошёл ещё один и подпёр собою дверь, разогнав любопытных.

- Ну, что? - цыкнул Алишер. - Привет, защитник пидорасов! - я молчал, сразу не придумал, что говорить. Все задуманные фразы вылетели из головы, ноги стали жидкими. Что, если ребята не успеют?

- Мне положено ссать, - проблеял я, - ты вон какой здоровый, а я маленький, да ещё с переломами и контуженный. А ты ещё с подмогой, - немного осмелел я, потому что терять уже было нечего, эти не отпустят, пока не опустят.

- Заткнись, педик! - заржал Алишер. - Рот будешь открывать, когда я скажу!

- Может, его просто замочим в унитазе? - спросил один из шестёрок Максуда. - У него батяня. слышал, крутой.

- Не батяня он этому щенку, я узнавал, вынужденно усыновил, сынок его новой жены, - презрительно скривил рожу главарь, - снимите с него штаны!

На этот раз я на самом деле испугался:

- Ты что, педофил? Да, конечно! К маленьким мальчикам пристаёшь! - я дёргался в руках сильных парней, каждый мог меня скрутить в бараний рог в одиночку. а тут сразу двое! Они расстегнули ремень на брюках и легко спустили их до колен. Вместе с трусами.

- Видите, как он любит сыночка? - снова заржал Алишер, когда его друзья загнули меня раком, показывая избитую попку. - видимо, сам пользуется!

- Ты что, будешь его?.., - спросил один из них, тяжело дыша.

- Нет, конечно, слишком видно будет, жопу порвём, ставьте его на колени, отсосёт у нас, если не станет брыкаться, даже удовольствие получит, Ты же Горька, любишь такие красивые чистенькие членики? Смотри, какой хуёк у мальчика! - скалился Алишер. - Теперь, мальчик, будешь у нас вместо твоего друга, он уже надоел нам, слишком покорный! Не дёргайся, сам напросился! - Парень подошёл ко мне ближе, я ничего не мог сделать, стоял на коленях, с голой задницей, голову держали двое сильных пацанов, а этот садист и педофил уже расстегнул ширинку и достал довольно толстый член.