Сводный брат. Люби меня

Глава 17

(Вики)

Я не хотела идти в клуб, но подруги убедили: слишком долгое уединение чревато для молодого организма.

На три дня я притворилась больной и вообще не выходила из дома, благо следом выходные подкатили. Сообщения Волка игнорировала, но в чёрный список вносить боялась, как и его самого. Лучше уж пусть пишет, поглаживая своё эго, чем заявится лично.

Однако мой дом – это моя крепость. Но сколько ещё скрываться?

Петрова убедила, что так нельзя.

Я рассказала подруге о доставучем Волкове. Оля помнила его по школе, да по моим редким рассказам, когда что-то грандиозное происходило во дворе, но лично с ним не была знакома, чтобы оценить степень его вреда.

Для Петровой он был не более чем самец: наглый, дерзкий и охренительно сексуальный.

— Слушай, Вик, а познакомь меня с ним! Вдруг я понравлюсь ему, и он оставит тебя в покое, – говорила она накануне.

— И как ты себе это представляешь?

— Сходим в клуб в пятницу, а ты ответишь на его сообщение и напишешь, что согласна встретиться, но прилюдно. Уж среди толпы не начнёт бесчинствовать.

— Думаешь?

— Вик, а сколько ты ещё в заточение сидеть собираешься? Болезнь, даже мнимая, закончится, а что потом?

— Ну, хорошо. А ты не боишься?

— Чего, Вик?

— Точнее, кого: Волка. Он же бандюган!

— Насмешила, Викусь! – Оля так задорно расхохоталась, что я невольно улыбнулась. – Я сплю с отчимом, который тоже крутится не в лучшем обществе, так скажем. В крайнем случае, он вступится за меня и поставит Волка на место. Таким образом, освободим тебя от его домогательств, а меня… Ну, там видно будет.

— А отчим позволяет тебе спать с другими?

— Но я же позволяю ему спать с моей матерью, – невозмутимо пожала плечами подруга.

— Да, железная логика. Хорошо, давай попробуем, – соглашаюсь.

А уже вечером стою перед входом в ночной клуб и нервно облизываю губы. Я ни за что не рискнула бы пойти и не писала бы Волку, если бы предварительно не позвонила Герману.

Маловероятно, что Волк так легко купится и перекинет взгляд на Петрову. Слишком лёгкая для него добыча. Только удивив Волка, можно сдвинуть его из зоны комфорта. А как это сделать?

"Я решу вопрос, – ответил Герман, когда я сбивчиво рассказала ему обо всём. – Иди с подругами в клуб, а я подъеду прямо туда".

На мой вопрос, как он собирается противостоять целой банде, сводный брат ничего не ответил. А я терялась в догадках.

Ночной клуб "Грот" соответствует названию. Крутая лестница убегает вниз, и только металлические поручни и иллюминация не позволяют навернуться и скатиться быстрее к взрыву музыки и эйфории.

Остановившись, я глазами ищу подруг и банду Волка. Первых вижу.

Петрова и другие девчонки призывно машут руками, а вот той компашки, ради которой я выползла из норы, нет.

Хотя почему только ради них? Оля права: хоронить себя из страха перед борзым парнем – глупо. Надо бороться!

Но что придаёт уверенности, так это то, что я увижу Германа. Он приедет. Ради меня, как и обещал. Бросит всё и примчится.

Эгоистично, конечно, с моей стороны. У него там работа, личная жизнь.

Я понимала, что у такого парня обязательно кто-то есть для интимных встреч. А хранить верность не то чтобы не просила, но считала неправильным. Неизвестно, как сложится жизнь, да и…

Но я жутко соскучилась по Герману. Увидеть его, прижаться к сильному, мускулистому телу.

Закусив губу, укоряю себя за лицемерие. Я хочу его, Германа! Безумно хочу ощутить его горячие прикосновения, и не только на губах. И не только поцелуи…

Пробираюсь сквозь толпу к столику, где сидит Петрова и компания. Одуревшая от высоких децибел и визжащих от радости подруг, я мигом проглатываю штрафную за опоздание и вливаюсь в поток танцующих. Закрыв глаза, отключаюсь от внешнего мира: только я и музыка.

Очередной коктейль посылает предупреждающий сигнал, и я протискиваюсь сквозь волнующуюся толпу к узкому коридору, где располагается дамская комната.

Пока стою в очереди, набираю Германа. Отвечает сразу:

— Да, малыш! Я уже близко.

— В городе? – кричу, зажимая второе ухо пальцем, чтобы услышать родной голос.

— Да, Вики! Жди…

Отключаюсь, перевожу дыхание. И пусть банду Волка так и не увидела, но на душе становится легче.

Марк узнает, что вернулся брат, и отвалит сам. Надеюсь на это. Но здравый смысл стучит в опьянённое сознание: "Герман приедет не навсегда. У него работа. Так или иначе, придётся вернуться. А что дальше?"

Отмахиваюсь на время от назойливой мысли и заскакиваю в дамскую комнату. И тут же ощущаю контраст: тишина давит на уши, а голубая подсветка ухудшает ориентацию.

Такое освещение специально устанавливают в ночных клубах, чтобы отвадить любителей наркотиков искать на теле вены. По мне так глупо: желающие найдут другие способы. А другие посетители вынуждены терпеть неестественный свет.

Однако выходить не хочется. Безмолвие убаюкивает.

Справившись с естественной потребностью, я останавливаюсь перед зеркалом над раковиной, критически осматриваю отражение, поправляю волосы. Включаю воду, наблюдая, как та с шумом низвергается в раковину.

Позади хлопает дверь. Омывая руки, я машинально поднимаю голову в зеркало – и замираю, затаив дыхание. Не отрываю глаз от приближающейся фигуры.

Призрачное освещение позволяет выхватить в отражении ту самую девицу из банды Волка.