Страница 17 из 123
Вернон вздохнул, обнимая её за плечи.
– Меч, Пирс. Самая странная, ценная и дорогая из оружейных железок, которой ты, помнится, разнесла вдребезги целый Источник. Причём даже не с пьяных глаз, что характерно. Помнишь старую добрую Антарктику?
У Таиссы округлились глаза.
– Меч там? Внизу? Мы должны нырнуть за ним! Сейчас же!
Она дёрнулась было вниз, но Вернон тотчас же перехватил её поперёк талии.
– Эй-эй-эй! Во-первых, никакой спешки. Во-вторых, ты утонешь с концами, если попробуешь нырнуть, и мы оба это знаем. Мы сюда вернёмся, Таисса-коллекционерка, и все артефакты будут наши. Но – не сейчас.
Он был прав. Таисса обмякла в его руках.
– Хорошо, – выдавила она.
– Отлично. Кстати, я правильно понял, что прослушки и слежки на тебе после твоего экстравагантного обнажённого появления тоже больше нет?
Об этом Таисса ещё не думала – и расплылась в улыбке, осознавая свою свободу.
Временную. Она оставила за спиной тяжёлую ношу, и будущее обещало неопределённость и тьму. Но у неё было настоящее.
И, чёрт подери, свобода воли. Потому что здесь и сейчас ничто не было потеряно.
– Полетели на берег? – предложил Вернон, поднимаясь над волнами. – Как знать, быть может, удастся захватить в плен пару бутербродов.
Он улыбался ей. Живой, бесценный, настоящий Вернон.
Таисса растерянно и счастливо улыбнулась ему в ответ.
И взяла протянутую руку.
Башня оказалась маяком, возвышающимся на мысу.
Огни маяка не горели, но неяркий свет в одном из окон чётко показывал: башня обитаема.
– Зайдём через входную дверь? – предложил Вернон небрежно, зависнув в десятке метров над водой. – Или пинком распахнём окно? А может, заночуем на берегу и будем петь песни вокруг костра?
В животе у повисшей рядом Таиссы согласно забурчало, и она чихнула.
– Ясно, никаких костров, – кивнул Вернон. – Романтические песни тоже подойдут. Мы оголодавшие Тёмные или кто? Я тоже не отказался бы взять и поесть, если дадут. И если не дадут – тоже. Кто здесь может отказать нам в нашем законном Тёмном праве пограбить, в конце-то концов?
– Только прибыли в чужое время, и сразу хулиганить? – укоризненно спросила Таисса.
– Что делать, Таисса-бессребреница. К тому же, не верится, что я это говорю, но тебя было бы неплохо приодеть во что-нибудь уютное, тёплое и сухое. Да и мне, – Вернон скептически оглядел мокрые брюки, – не помешало бы просушиться.
Они подлетели совсем близко. Неровности на стене башни, старая рассохшаяся оконная рама, комната, полускрытая шторами…
Таиссу вдруг ударило узнаванием. Она уже бывала здесь.
И она знала, кому принадлежит эта башня.
– Я жила здесь, – выдохнула она. – Только… не совсем я. Проекция. Меня держали на маяке, а моё тело было в другом месте.
Брови Вернона взлетели.
– До такого даже я не додумался бы. И кто же у нас такой изобретательный?
– Светлые, разумеется, – с горечью проговорила Таисса. – Меня заперли здесь после того, как я разбила Тёмный Источник. Дир меня освободил, когда стал Тёмным.
Парящий в воздухе Вернон сощуренными глазами разглядывал башню.
– Да, мы, Тёмные принцы, куда галантнее Светлых, – произнёс он. – Погоди, так мы во владениях Совета? И нас самих могут вот-вот упечь в кокон? Знаешь ли, я против.
– Вернон, погоди… – быстро начала Таисса.
И не успела.
Вернон вошёл в сверхскорость. Стукнули рамы, и он влетел в центр комнаты. Таиссе оставалось только прыгнуть за ним.
И оказаться лицом к лицу с единственным обитателем комнаты, сидящим в кресле у камина с раскрытой книгой.
– Дир, – выдохнула она.
Его губы чуть приоткрылись. Одетый в простую рубашку и брюки, Дир выглядел так, будто они расстались пять минут назад, только волосы лежали чуть иначе.
А она только что влетела к нему на ковёр совершенно голая.
Как ошпаренная, Таисса отскочила к шторе и тут же в неё завернулась.
– Н-да, – проговорил Вернон. – Всё-таки надо было одолжить тебе рубашку.
Он повернулся к Диру.
– Если ты сейчас спросишь: «Мы знакомы?», – то у нас явные проблемы.
Дир улыбнулся. Спокойно и тепло, и у Таиссы отлегло от сердца.
– Мы знакомы, – произнёс он. – Здравствуй, Вернон.
Вернон с красноречивым видом обвёл рукой комнату.
– Тогда что ты делаешь в этом забытом уголке? Работаешь тюремщиком на полставки? Или Совет разошёлся на летние каникулы?
Дир не торопясь закрыл книгу и встал.
– Во-первых, добро пожаловать, – произнёс он. – Вы оба целы? Таис, у тебя такой вид, словно ты только что едва не утонула.
– Я… едва не утонула, – призналась Таисса. – И одежда не помешала бы. И что-нибудь горячее. Я всё объясню.
– Обязательно.
Дир отложил книгу и спокойно подошёл к окну. Закрыл шторы.
Его аура была прежней, но словно что-то неуловимо изменилось. Что-то было другим. Что-то…
Таисса обвела взглядом круглую комнату с простым книжным шкафом и парой кресел. Обстановка не выглядела совсем уж аскетической, но и роскошной её назвать было нельзя.
– Здесь почти ничего не изменилось с моего прошлого визита, – заметила она. – Кажется, совсем немного времени прошло.
Их с Диром взгляды встретились.
– Сколько-то времени всё-таки прошло, Таис, – негромко сказал Дир. – Возможно, больше, чем ты думаешь.
– Кто бы сомневался.
Вернон начал расстёгивать рубашку, морщась. Электронный диагност выпал на пол, но Вернон даже не подумал его подобрать.
– Сколько именно времени прошло? – спросила Таисса в упор. – Год, два, три? Или меньше, чем я думаю? Дир, слово «воронка» тебе знакомо?
Дир наклонил голову.
– Я предполагаю, что Вернон попал сюда через воронку, потому что я сам видел, как его туда затянуло вслед за нашим погибшим гостем инопланетного происхождения. Вы не попали в альтернативную вселенную. Вы всё ещё дома, только в другом времени. Но что будет дальше, я не знаю. Таис, я боюсь, что мы сейчас находимся в узловой точке.
Таисса вздрогнула.
– В узловой точке? Вроде той, в которую попал Тьен, когда случайно создал альтернативную вселенную?
– Как бы не хуже, – очень серьёзно сказал Дир. – И куда всё вывернет, я не знаю. Не знал бы даже Великий, будь он здесь. Помнишь, твой предок сказал, что ты создаёшь вокруг себя фиксированное время?
Вернон, уже успевший усесться перед камином, обернулся и кашлянул.
– Я вам двоим не мешаю обсуждать судьбы вселенных?