Страница 20 из 23
Глава 7
Глава 7
Три недели спустя
Суббота выдалась на редкость тёплой и сухой для конца октября, и Арсений Семёнович с Фёдором решили перебрать старый мотоцикл с коляской. Расположились между воротами капитального гаража, выходящего на улицу, и воротами дома.
Есения с Ираидой Александровной «закрывали сезон»: пекли пироги в летней кухне. Андрей, у которого начались заслуженные каникулы, спал до обеда, а потом погрузился в любимую компьютерную игру.
В целом сцена была почти пасторальной. Фёдор нарадоваться не мог: всё складывалось просто прекрасно. Родители Есении приняли его очень хорошо. У него вообще сразу возникло ощущение, будто он знает всех членов семьи Каблуковых давным-давно. Лера к его новой жизни отнеслась с огромным энтузиазмом: дочь была счастлива сама и желала счастья всем окружающим, тем более, своему любимому папе. А в том, что Есения Арсеньевна сделает отца счастливым, никто не сомневался.
Андрей, конечно, при встречах с ним демонстрировал всё больше покерфейс, однако общения не избегал. Калинин и не ожидал, что его сразу все примут с распростёртыми объятиями, да и с чего бы... Потому результаты сближения оценивал выше среднего.
— Я ведь пытался Андрюху заинтересовать механикой, — посетовал Арсений Семёнович, протирая ставший почти новеньким мотоцикл, — но он никак. Думал уже, что сгниёт мотоцикл, раз никому не нужен. А теперь, может, соседу продам, он давно просит. Ему за грибами гонять. Тебе точно не нужен, Федь?
— Да я уже как-то к машине привык. По молодости тоже гонял на мотоцикле, а потом продал его...
Калинин замолчал, увидев вывернувшую из-за угла большую чёрную машину. Он сразу узнал её. Арсений Семёнович, видимо, тоже что-то понял, потому удивлённо присвистнул.
— О как! Андрюха и Есения думали, что Стас позвонит, а он, видишь, без предупреждения прибыл... Пойду девчатам скажу.
Хозяин дома скрылся во дворе, и Фёдор остался с бывшим Есении лицом к лицу. Выпрямился, вытирая руки грязной промасленной тряпкой.
— Здравствуйте! — Стас, несмотря на то, что был ниже ростом, смотрел холодным и колючим взглядом будто чуть свысока.
— Добрый день, — спокойно ответил Калинин.
Вновь прибывший продолжал изучающе рассматривать его, и Фёдор буквально кожей чувствовал исходивщую от гостя неприязнь. Казалось, тот вот-вот грубо и беспардонно спросит: «Ты кто такой?»
К счастью, в этот момент вернулся Арсений Семёнович, а следом за ним вышла Есения.
— Привет, Стас! Вот так сюрприз! Решил сразу приехать за Андреем?
— Привет! А что зря время терять? — поцеловав Есению в щеку, весело и энергично ответил гость.
Его настроение резко изменилось.
— Сейчас будем чай с пирогами пить. Папа, Федя, загоняйте мотоцикл! Все идём в дом! — распорядилась Есения.
— Мне дежурный позвонил, — взяв женщину за руку, тихо и быстро заговорил Фёдор. — Жаль, конечно, но увы... Вынужден срочно уехать. Хорошо хоть успели с мотоциклом закончить.
Разумеется, Калинин соврал, но он представить себе не мог, как сядет за один стол со Стинским, будет есть пироги и вести светскую беседу.
Есения бросила на Фёдора быстрый внимательный взгляд, но ничего говорить не стала, только коротко кинула: хорошо.
— Жаль, но дело есть дело, — вздохнул Арсений Семёнович, всё же испытывая некоторое облегчение, хоть и очень симпатизировал Фёдору. — Приезжай обратно после работы, мы тебе оставим пирогов, я лично за этим прослежу.
— Постараюсь, — заверил Фёдор, который, разумеется, вот именно сегодня возвращаться не собирался. — Пойду умоюсь и попрощаюсь с Ираидой Александровной и Андреем.
Через пять минут он уехал. Отправился прямиком домой, мрачно размышляя о том, что очень трудно оставаться понимающим в сложившейся ситуации. Он ждал этой субботы как манны небесной, потому что по субботам Есения оставалась у него ночевать. Сегодняшний день не должен был стать исключением, ничто не предвещало, но...
— Откуда ты опять выпал-то?! — с досадой прошептал Фёдор, с неимоверным трудом подавляя желание остановиться у какого-нибудь алкомаркета.
Тем временем Стас ощущал себя прекрасно. Он сразу понял, кем Есении приходится «Федя», очень уж вид у всех был красноречивый. Однако Стинский абсолютно не чувствовал угрызений совести, хоть и понимал, что нарушил чьи-то планы. Испытал даже нечто вроде торжества, когда этот здоровила с внешностью мужлана ретировался, но в глубине души что-то неприятно царапало. Неужели старая добрая ревность?
Казалось бы, нет в этой жизни таких вещей или людей, которых он не смог бы тем или иным способом добиться. Но Есения... слишком явно принадлежит другому, об этом сигнализирует весь её вид, каждая клеточка тела и каждая частичка души. Он и не подозревал, что по-прежнемунастолько чувствует эту женщину.
Стас и Андрей решили выехать в воскресенье утром, чтобы к вечеру добраться до места.
— Где будет жить Андрей? — задала Есения вопрос, который её больше всего волновал.
— Я всё-таки не выдержал и рассказал правду матери с отцом, — улыбнулся Стас. — Они уже приготовили самую лучшую комнату.
— Не захочет потом к нам-то возвращаться от московских бабушки и деда, — вздохнула Ираида Александровна, озвучив скрытые страхи всех взрослых представителей семьи Каблуковых.
— Да куда я денусь, ба? — парень обнял бабушку за плечи и прижался лицом к её седеющим волосам.
Пожилая женщина легко махнула рукой, пытаясь скрыть слёзы.
— Не будет же всю жизнь сидеть возле твоей и материной юбки? — нахмурился Арсений Семёнович. — Свою жизнь пусть живёт сам. Так, как сочтёт нужным.
— Есения, Андрей! — решил разрядить обстановку Стас. — А поехали на Ермак? Времени достаточно. На машине туда часа полтора. К девяти уже вернёмся, выспаться успеем.
— Круто! — обрадовался Андрей. — Я готов. Никогда там не был.
Есения вспомнила вдруг, как поклялась себе однажды, что непременно отправится когда-нибудь осенью на Ермак, но так и не выбралась туда.
— Поезжайте без меня, — мягко улыбнулась она, спокойно встретив вспыхнувший разочарованием взгляд Стаса. Нет уж. Если он надеялся как следует поностальгировать, то мимо. — Папу позовите, он у нас путешественник.
— И меня, если можно, — скромно вставила Ираида Александровна. — Я, как и Андрей, ни разу не была на Ермаке.
— Можно, конечно! — сохранил лицо гость.
— Вот и отлично, — резюмировала Есения. — А я, пока вы ездите, вещами Андрея займусь. Пирогов с собой возьмите, на свежем воздухе есть захочется.