Страница 24 из 27
Глава девятая Главный поединок
Глава девятая Главный поединок
Хранитель не мог отказаться от поединка. Не мог проиграть намеренно. В момент вызова отключался разум, энергией управляли инстинкты: древние как мироздание и жестокие, как ошалевшие фанатики. Черлинд знал это не хуже других, но отчего-то боялся, что Дино не придет. Как всякий, кому больше нечего терять, не думал о возможном исходе, просто делал, что должен. Помнил Эрслоу и ее слова: «если я не справлюсь, значит, настал мой срок».
Дино возникла неожиданно. Ударила явно давно заготовленным приемом. Резким, сильным, смертоносным. Черлинд выставил энергетическое зеркало, хитрую, не всем доступную вещицу. Дино скорчилась от своего же удара и тут же отправила в него новый. Еще одну убийственную заготовку. Черлинд поглотил атаку. На миг ощутил связь с Эрслоу и ее энергией, похоже, не справился сам.
Дино поежилась. Видимо, рассчитывала, что заготовок хватит. Черлинд усмехнулся и использовал свою. Жадное, голодное кружево из несбывшихся надежд. Дино охнула. Пространство вокруг затрещало миллионами разрядов и схлопнулось, сжимая ее до микроскопической частицы. Черлинд почувствовал, как она тянется к полотну за помощью, и добил простым и точным ударом. Соперница упала совершенно обессиленная. Черлинд почти кожей ощутил, как ее разум окутывает непроглядная тьма. Не думал, что выйдет так быстро. Нет, победить Дино было нелегко, но он ожидал, что процесс растянется во времени.
— Передам привет Эрслоу, — прошептала едва слышно и закрыла глаза. Похоже, последний удар отнял все.
Черлинд устроился в ее кресле и долго смотрел на исчезающую плоть. Энергия покидала Дино полосками, сначала тело будто распалось надвое, хотя на самом деле просто исчезла часть в центре. Потом начали пропадать квадратики, маленькие участки, и тело стало походить на лоскутное одеяло. А после и вовсе исчезло. Черлинд закрыл глаза и набрал полную грудь воздуха. Кажется, он добыл еще одну жизнь на поиски, и, как знать, может, хотя бы ее половину они проведут вместе с Эрслоу.
Посмотрел на изумленных хранителей, зевак, привлеченных перетоком энергии. Поймал удивленный взгляд брата и полный уважения взгляд Фаракута, а еще возмущенный — Каты. Похоже, он сумел сотворить то, что от него никто не ожидал. К счастью, присутствующие оценили не только внешний эффект, но и прикинули уровень умений, и потому не спешили оспорить его достижение.
Черлинд потянулся сознанием к полотну. Для начала следовало принять новые обязанности, думать о соперниках, если те появятся, будет потом.
В пещере было душно и сыро, но сам того не желая, хранитель почувствовал, что наконец-то попал домой. Понимал, что это лишь приветствие нового предназначения, но не стал сопротивляться ощущениям. На миг прикрыл глаза и отозвался подсказанным еще отцом обещанием: принимаю тебя и готов окружать заботой, пока хватит моих сил.
Полотно мироздания напоминало неспокойное море. Разношерстное, тревожное, оно ползло в неизвестную даль, что бы в самом конце снова распасться на мириады разномастных нитей. Черлинд ухмыльнулся: как хитро… Сначала казалось, что концы клубков, сползающиеся в единую ткань, и есть начало всего, но потом становилось понятно, что нет. Они были финалом, точкой, в которую приходила энергия, чтобы измениться и повести по предначертанному пути новую жизнь. Дать судьбу очередной сущности.
Черлинд приблизился, осторожно положил ладони на ткань и закрыл глаза. Цвета, звуки, чужие чувства, случайные мечты — пронзали будто иглами, но он не чувствовал боли, скорее приятное удовлетворение от того, что все идет как положено. Фыркнул и убрал руки. Пора приниматься за помощников. Соединил ладони и начал концентрировать энергию, чтобы заняться уже знакомым по предыдущему назначению делом. Создать тех, кто после сильно облегчит ему жизнь.
Справится быстро и потом снова примется за поиски. Раз уж мироздание подарило ему еще одну жизнь, оно просто обязано дать ему возможность еще хотя бы раз обнять возлюбленную.
Движение энергии, сопровождающее смену хранителя нитей судьбы, просто не могло пройти незамеченным. Эрслоу тоже почувствовала его. Удивилась, и только. Опыт подсказывал: Дино была еще достаточно сильна, чтобы занимать свое место, по крайней мере, пока живо поколение Фаракута. Хотелось бы знать, кто одолел ее? Хранительница мира мертвых подавила возникшую в сердце надежду. Вряд ли Черлинд… Если за это время он не продвинулся дальше хранителя снов, даже гармоничная связь с ней не помогла бы победить. Да и обменивались энергией они слишком давно, рассчитывать на ее помощь было бы глупо. Чтобы обойти Дино, Черлинду понадобились бы невозможные для него усилия. Махнула рукой. Не стоит ни гадать, ни спешить. Сейчас новый хранитель создаст помощников, выдохнет от забот и придет навестить ее. Не было еще ни одного, кто не приходил в гости в самом начале своего пути вдоль полотна.
Где-то в глубине души снова заскребли кошки. Захотелось если не обнять Черлинда, то хотя бы увидеть. Не стала спорить с собой, сосредоточилась и попыталась найти его в окружающем пространстве. Хотя бы полетает рядом с возлюбленным невесомой тенью. Тщетно! Черлинд запропастился неизвестно куда. Вздрогнула в тревоге, сжалась, будто кто-то выкручивал выжимая, и обратилась к своим владениям, к миру мертвых. «Лишь бы живой», — пронеслось в голове. Самый слабый из его поколения уже ушел, а дальше могло случиться что угодно. Могло не хватить сил прийти в себя после поединка, мог неудачно сработать новый метод воздействия на энергию или возникнуть ошибка при переходе между мирами. Да мало ли что могло случиться!
Вздохнула с облегчением, когда поняла, что новичков из хранителей не было. Чувствовала, что Дино неспешно идет по знакомому пути в одиночестве. Значит, возлюбленный просто прячется. Интересно от всех или только от нее? Грустно улыбнулась. Знать бы способ нарушить клятву и Черлинд бы никуда не ушел. Не отпустила бы. Эрслоу вздохнула. Понимать бы, какое наказание за это самое нарушение, и то, уже можно было бы решиться. А не мучиться, словно неудачница!
В голове шевельнулось далекое смутное воспоминание, и Эрслоу насторожилась, прислушиваясь к себе.
Конечно, неудачница! Та первая ученица, ее, кажется, звали Лериотта и ей катастрофически не везло. Вполне может быть, что она нарушила клятву. Хранительница мертвых вздохнула и направила взгляд во вверенный ей мир.