Страница 29 из 102
— Но… Он даже не знает, что я родила. Мы с ним встречались несколько раз…
— Дай угадаю. Он тоже пришел к тебе на концерт и захотел с тобой переспать. И на это предложение ты согласилась — чем-то он оказался лучше твоего бандита.
— Бандит не мой… Да… Нет! Макс не был на моих выступлениях ни разу. Мы встретились в кафе. Я любила постоянно бывать в одном. Однажды там оказался и он. К слову, Максим тоже азиат… — зачем-то добавила я.
— Хм-м… А вот это уже важная информация, — нахмурился Тайпан. Он отпустил меня и настрочил что-то в телефоне. И все же мне показалось, ему не понравилось то, что он услышал. На всякий случай я пояснила:
— Отец Максима — монгол, а мама русская. Мы встречались с ним всего несколько недель… Я была влюблена. А потом он исчез. Вот и все.
— А как же танцы? Карьера? — вдруг поинтересовался Тайпан, хотя это вряд ли было важно для дела. Он проявлял банальное любопытство, но я не видела причин скрывать эту информацию.
— Я никому не говорила про беременность. Танцевала до трехмесячного срока, а потом просто исчезла на полгода. Родив, почти сразу вернулась на сцену, но тогда появился Кремень… — я осеклась и замолчала. Воспоминания глушили. Перед глазами пронеслось, как я впервые взяла Лешеньку на руки. Как он открыл свои глазки, а я поняла, что главный человечек в моей жизни только что сжал своим маленьким кулачком мое сердце…
— Об этом не писали? Не выкладывала в соцсетях? — задавал вопросы китаец, перестав заглядывать мне в лицо. Похоже, он устал от меня. Я отстранилась, почувствовав, что перегибаю палку. Стало страшно, что со своими истериками и нытьем я быстро ему надоем, и он плюнет на меня и улетит в свой Пекин один.
— Нет, что ты! Я вообще не публична. Обо мне писали, так как я была на хорошем счету в труппе, но сама я нигде себя даже не регистрировала, — как можно спокойнее ответила я.
— А подругам? Ну кому-то же ты говорила о ребенке? Не могла не рассказать! Допустим, этот твой Макс решил тебя вернуть, начал искать, и ему слили инфу о том, что ты родила. И сейчас он как-то тебя нашел и решил, что ему достаточно сына. Или, возможно, мальчик нужен ему для шантажа, и он еще объявится, чтобы потребовать желаемое. Видимо, тебя... — все более морозным тоном высказывал свои предположения китаец.
— Ну… у меня есть одна подруга… Настя. Она в курсе, конечно. Но Максу я ее не показывала. Вряд ли он сможет ее найти. Как? — я лихорадочно вспоминала все, о чем разговаривала с отцом Леши и что разболтала Насте, и не находила вариантов, при которых эти двое могли пересечься.
— Зацепки всегда найдутся. Скажи ее фамилию и адрес. Я позвоню, заряжу людей в Москве, они проверят, — попросил Тайпан. Я продиктовала, а он отправил этот адрес кому-то сообщением.
— Только не напугайте ее… — попросила я, на что мужчина даже не потрудился ответить. Я поняла по его лицу, что действовать он будет ровно так, как сам считает нужным. — У тебя так много ресурсов… — прошептала я, посмотрев на Тайпана. — Как ты оказался в нашем замшелом баре?
Мужчина помолчал, а потом резко повернулся и вместо ответа задал очередной вопрос:
— А если сейчас этот твой Макс позвонит и предложит жить одной семьей? Скажет, что одумался. Что хочет быть с тобой… Пойдешь к нему?
Я не знаю, что на самом деле стояло за этим вопросом, но темные глаза смотрели с напряжением, ожидая моего ответа.
— Я, скорее всего, позволю ему видеться с сыном. Ничего страшного, если у Алеши появится отец… Но жить с ним не буду. Мне тогда казалось, что я его люблю, но когда он исчез… Я слишком недолго горевала для влюбленной, — довольно путанно объяснила я, но мужчина, похоже понял. Он коротко кивнул и откинулся на спинку, глядя перед собой.
Вскоре наш автомобиль остановился возле небольшого отеля на тихой улочке, куда, мне кажется, не забредает ни один турист. Мы вышли, и Тайпан отпустил водителя. Я слышала, как он сказал, что позвонит в случае, если тот вновь потребуется. Джип припарковали на стоянке гостиницы, а мы вошли в маленький и уютный вестибюль отеля.
Милая девушка в аккуратной форме спросила, чем она может быть нам полезна.
— Нам нужны две комнаты, — бросил Тайпан, а я вздохнула с облегчением. Я боялась, что он заставит нас делить один номер, но, похоже, мужчина и сам не был в восторге от моего постоянного присутствия с ним рядом.
Через несколько минут нас проводили на второй этаж и показали наши временные пристанища.
— Тебе нужно отдохнуть и прийти в себя, — сказал мне мужчина. — Иди к себе и никуда не выходи. У меня есть дела. Мне нужно пообщаться с людьми по твоему вопросу. На ужин пойдем в семь…
— Я не голодная, — прошептала, однако мои возражения были отметены, а планы лишь чуть скорректированы.
— Если не хочешь никуда выходить, я закажу сюда, — обрубил китаец. — Все, до встречи!
С этими словами меня буквально впихнули в мой номер. Перед тем, как закрыть дверь, Тайпан добавил:
— Поспи! Толку, если ты умрешь от истощения, не будет. Сон восстанавливает.
Я кивнула, но не была уверена, что он это увидел, так как стремительно ретировался, оставив меня в одиночестве.
Как только я оказалась одна, отчаяние и страх напрыгнули на меня и начали пытать с удвоенной силой. Я еле подавила в себе порыв бежать в номер Тайпана, чтобы все же просить разрешения находиться рядом с ним. Мне было легче, когда я видела, как он пытается что-то решать, и становилось совсем жутко наедине со своими мыслями.
Секундную слабость я поборола. Мужчина прав: мне нужны силы. А таковых во мне почти не осталось: плен, побег и страшные новости выкачали из меня весь воздух.
Раздевшись и раскидав свои вещи где попало, я зашла в душ и включила воду. Под целительными струями я простояла довольно долго, не желая выходить и вновь принимать реальность. Выключить кран меня заставила лишь накатившая сонливость. Я, не вытираясь, натянула гостиничный халат прямо на голое тело, вышла из ванной и упала на кровать, на лету впав в беспокойный сон.
Проснулась я не сама, меня разбудили. Сквозь сон я услышала мужской голос и ощутила прикосновение к своей ноге.
— Вера! Просыпайся!
Подскочив, я уставилась на гостя. Это был Тайпан. Выбритый, вкусно пахнущий, одетый в темные брюки спортивного кроя и синий свитер под горло, он был очень собран и свеж. В отличие от меня — расхристанной, помятой и сонной.
— Ты так крас-ши-сива, — протянул мужчина со странным шипящим напевом.
— Что? — моргнула я, а Тайпан усмехнулся.