Страница 9 из 85
На этот раз Эрвин всё-таки улыбнулся. Совсем немного.
— Заслужили. Но не здесь.
Он протянул мне руку. Не как во время церемонии. Теперь ладонь была повернута вверх, а выражение его лица ясно говорило, что никакого значения, кроме простого предложения помощи, жест не имеет. Я посмотрела на его пальцы. Затем на двери Зала, возле которых уже появилось несколько человек в тёмно-бордовых одеждах.
Седой служитель тоже заметил их.
— Представители Палаты.
Эрвин не обернулся.
— Я вижу.
— Вы обязаны передать госпожу Эсмар.
— Нет.
— Это государственное дело.
— Тогда оформляйте государственные документы.
Бордовые фигуры приближались. Решение пришлось принимать быстрее, чем мне хотелось. Я вложила ладонь в руку Эрвина. Он сжал пальцы ровно настолько, чтобы помочь мне сойти с возвышения. Никакой метки не появилось. И всё же в момент прикосновения странная сосредоточенность, которая возникала рядом с ним раньше, вернулась. Толпа опять словно отступила на несколько шагов, хотя люди физически оставались на месте.
Эрвин тоже почувствовал что-то. Его взгляд на мгновение опустился к нашим соединённым рукам. Затем он отпустил меня.
— Идём.
Мы не дошли до бокового выхода всего нескольких шагов, когда дорогу перегородила женщина в бордовом. Высокая, с гладко убранными светлыми волосами и серебряной цепью поверх воротника. На цепи висел знак из двух замкнутых кругов — тот же символ, который я видела в центре изменённой метки.
— Лорд Кастен.
Она поклонилась ровно настолько, насколько требовал этикет.
— Госпожа Эсмар.
Я кивнула.
— Предполагаю, вы из Палаты.
— Старший инспектор Левена Торс.
Имя мне ничего не говорило. Зато Эрвин заметно собрался. Не напрягся — именно собрался.
— Инспектор.
— Мы должны сопроводить госпожу Эсмар в Палату для выяснения обстоятельств.
— На основании?
Левена перевела взгляд на чёрный Камень.
— Центральный Реестр зафиксировал невозможное состояние.
— У вас есть распоряжение о задержании?
— Речь не о задержании.
— Тогда госпожа Эсмар может отказаться.
— Формально — да.
Женщина произнесла это спокойно. Я посмотрела на неё внимательнее.
— А неформально?
Левена встретила мой взгляд.
— Неформально я бы настоятельно советовала вам согласиться. Подобного случая в нашей практике не было.
— В вашей практике, возможно. Ваш служитель почему-то знал термин «центральная печать» и очень боялся, что я к ней прикоснусь.
Седой мужчина, оставшийся позади, побледнел ещё сильнее. Левена даже не посмотрела на него. Именно это показалось мне самым интересным.
— Всё произошедшее будет изучено.
— Сначала Палатой?
— Естественно.
— А затем Палата проверит выводы Палаты?
Женщина медленно вдохнула.
— Полагаю, у нас будет непростой разговор.
— Тоже так думаю. Но не сейчас.
— Госпожа Эсмар…
Эрвин сделал едва заметный шаг вперёд. Не заслонил меня полностью. Просто оказался рядом.
— Она ответила.
Левена перевела взгляд на него.
— Вы уверены, что хотите вмешиваться, лорд Кастен? После исчезновения метки ваши права в отношении госпожи Эсмар не определены.
— Прекрасно. Значит, у меня нет права её удерживать, как нет его и у вас.
Женщина сузила глаза.
— Палата не собирается её удерживать.
— Тогда мы закончили.
Несколько секунд они смотрели друг на друга. Я почти физически ощущала, насколько многое проходит между ними без слов. Потом Левена отступила.
— Вы получите официальный вызов.
— Тогда я обязательно его прочитаю, — сказала я.
Она впервые посмотрела на меня не как на странность Реестра, а как на человека.
— Советую прочитать очень внимательно.
— Это я умею.
На этом мы ушли.
Боковой коридор оказался почти пустым. Звуки Зала остались за тяжёлыми дверями, и только тогда я поняла, насколько сильно устала от сотен чужих глаз. Белый мрамор сменился тёмным деревом. Высокие окна выходили во внутренний двор, где между каменными дорожками росли низкие серебристые деревья. По стеклу бежали капли дождя, хотя ещё утром небо было чистым.
Я шла рядом с Эрвином и пыталась решить, какой вопрос задать первым. Он избавил меня от выбора.
— Четыре дня.
— Что?
— Вы несколько раз упомянули, что здесь несколько дней.
— Наблюдательный.
— Вы уже говорили.
— Это всё ещё правда.
Он остановился возле следующей двери. На тёмной панели не было ручки. Эрвин положил ладонь на небольшую металлическую пластину, и створка беззвучно ушла в сторону.
— Здесь можно поговорить.
Комната оказалась небольшой по дворцовым меркам: несколько кресел, длинный стол, высокий шкаф с книгами и окно во двор. Ни охраны, ни служителей. Я осталась у двери. Эрвин это заметил.
— Если хотите, дверь останется открытой.
— Вы всегда так внимательно следите за тем, чтобы женщина не почувствовала себя запертой?
— После сегодняшней церемонии это кажется разумной предосторожностью.
Я посмотрела на него чуть внимательнее. Он говорил серьёзно.
— Оставьте открытой.
— Хорошо.
Эрвин даже не попытался спорить. Я прошла к столу. На нём лежали чистые листы, несколько металлических печатей и небольшая стопка документов, перевязанная серой лентой. Профессиональная привычка сработала раньше здравого смысла: я сразу отметила, что один лист положен чуть криво, а край другого темнее, будто его долго держали на свету.
— Вам действительно нравятся документы, — заметил Эрвин.
Я подняла глаза.
— По каким признакам?
— Вы вошли в комнату, где находится дракон, который требует объяснений, и первым делом посмотрели на бумаги.
— Бумаги обычно предсказуемее драконов.
— Спорное утверждение.
Он снял верхний сюртук и повесил его на спинку кресла. Под ним была тёмная рубашка с высоким воротом, без украшений. Я почему-то ожидала чего-то более церемониального от главы влиятельного дома.
— Теперь отвечайте, — сказал он.
— Вы быстро перешли от вежливого приглашения к допросу.
— Тогда можете считать это беседой, в которой я очень заинтересован получить правду.
— Лучше.
Он сел напротив. Я осталась стоять.
— Сольвейг.
— Да?
— Кто вы?