Страница 77 из 85
Я неожиданно протянула руку. Не для дружбы. Не для прощения. Просто жест признания. Флавия посмотрела. Потом пожала.
— Не думала, что вы это сделаете.
— Не привыкайте.
— Кажется, это тоже ваша фраза.
— Сегодня все воруют мои фразы.
Она отпустила руку.
— Совет уже ждёт.
— Удачи.
Флавия посмотрела на меня почти с удивлением.
— Вы желаете мне удачи?
— В том, чтобы рассказать правду. С остальным разбирайтесь сами.
— Справедливо.
Она ушла. Левена встретила её у ступеней. Они вместе направились к Совету. Я осталась возле Эрвина. Впервые за всё время никто не требовал от нас решения. Никакой служитель. Никакой закон. Никакая метка. Это оказалось непривычно.
— Что теперь? — спросила я.
Эрвин посмотрел на огромный Зал.
— Здесь нам лучше не оставаться.
— Палата больше не пытается меня задержать.
— Зато Совет через несколько минут вспомнит, что вы центральный свидетель.
— Вы тоже.
— Именно поэтому предлагаю воспользоваться коротким промежутком, пока они заняты Флавией.
— Куда?
Он задумался.
— В коридор.
— Впечатляющий план.
— После последних двух дней я начал ценить места, где нет древних магических механизмов.
— Поддерживаю.
Мы направились к боковому выходу. На этот раз никто нас не остановил. Люди всё ещё обсуждали произошедшее. Некоторые узнавали Эрвина и отходили, освобождая дорогу, но теперь я замечала, что смотрят на него иначе. Не только как на главу Кастен. На человека, который публично отказался от привилегии собственного рода.
Он замечал взгляды. Не показывал. В коридоре оказалось почти пусто. Тяжёлые двери закрылись за нами, и гул Великого Соединения сразу стал тише. Я остановилась. Эрвин прошёл ещё пару шагов и тоже остановился. Мы стояли друг напротив друга. Без зрителей. Как во второй главе, когда он впервые спросил, кто я.
Только теперь вопросов стало ещё больше. И один из них был гораздо опаснее всех предыдущих. Эрвин поднял руку. Посмотрел на чистое запястье.
— Действительно ничего.
— Разочарованы?
— Не знаю.
— Удобный ответ.
— Научился у вас.
— Я так не говорю.
— Говорите чаще, чем думаете.
Я улыбнулась. Он тоже. Потом улыбка исчезла. Эрвин сделал шаг ко мне. Я ждала знакомой магической реакции. Её не было. Только моё собственное внимание. Собственное дыхание. И мужчина, которого я хотела видеть ближе. Он остановился на расстоянии, которое теперь ничто не сокращало за нас.
— Странно, — сказала я.
— Что?
— Раньше я чувствовала, когда вы подходили.
— Я тоже.
— А сейчас нет.
— Нет.
— Хорошо.
Он приподнял бровь.
— Вы уверены?
— Нет.
— Честно.
— Вы опять.
— Не смог удержаться.
Я посмотрела на его руку.
— Что с драконом?
— Тихо.
— Это плохо?
— Не знаю.
— Он больше не реагирует на меня?
Эрвин прислушался к чему-то внутри себя. Я не могла знать, что именно он чувствует. Но увидела, как меняется его взгляд.
— Реагирует.
— Как?
— Иначе.
— Очень содержательно.
— Магического требования больше нет.
Я замерла. Он произнёс то же, что говорил в карете несколько дней назад после исчезновения первой метки. Только тогда оставалось сомнение: возможно, связь сохранилась в какой-то другой форме. Теперь Первый принцип очистил Реестр. Метка исчезла полностью.
— А что есть? — спросила я.
Эрвин смотрел на меня.
—Я.
Сердце предательски ускорилось. На этот раз я даже не могла обвинить магию.
— Опасный ответ.
— Уже говорил похожее.
— Помню.
Он подошёл ещё на шаг. Я не отступила.
— Сольвейг.
— Да?
— Наш договор.
— Что с ним?
— Он был нужен для доступа к архиву.
— И для регулирования вашего поведения.
— Особенно моего.
— Именно.
— После сегодняшнего Великого Соединения закрытый фонд, скорее всего, перестанет существовать в прежнем виде.
— Надеюсь.
— Значит, причина фиктивной помолвки исчезла.
Вот он. Момент, которого я одновременно ждала и боялась.
— Вы хотите расторгнуть?
Эрвин посмотрел на меня так, будто вопрос его удивил.
— А вы?
— Вы первый спросили.
— Нет. Я констатировал.
— Ужасная привычка.
— Сольвейг.
— Не произносите моё имя вместо аргумента.
— Иногда помогает.
— Ни разу.
— Продолжаете отвечать.
Я рассмеялась. Совершенно не вовремя. Как в первый день. Может быть, поэтому стало легче.
— Хорошо, — сказала я. — Что вы пытаетесь спросить?
Эрвин помолчал. В Зале за дверями всё ещё спорили люди. Где-то далеко звонил церемониальный сигнал, который теперь никому не был нужен. Моя рука оставалась чистой. Его тоже. Никакой судьбы между нами. Никакой надписи. Никакой причины, кроме той, которую мы сами выберем. Эрвин посмотрел на моё запястье, потом на своё.
И снова на меня.
— Ну вот. Теперь судьба ничего от вас не требует. Вы останетесь?