Истинность отменяется, дракон!

— Вам тогда было одиннадцать.

— Если возраст этого тела указан правильно.

Эрвин быстро посчитал.

— Мне шестнадцать.

Регистратор резко сказал:

— Этого не может быть.

Мы снова посмотрели на него. Он отступил.

— Я понимаю, как звучит, но первичная запись союза не может существовать до церемонии.

— Почему? — спросила я.

— Потому что именно церемония создаёт запись.

— Значит, дата возникла сегодня.

— Да.

— Тогда кто-то заранее знал результат.

— Невозможно.

Эрвин положил документ на стол.

— Вы уверены, что это именно запись союза?

Регистратор облизнул губы.

— Да. Код формы здесь.

Он указал на символ в верхнем углу.

— Это первичное определение истинной пары.

Я почувствовала, как всё случившееся в Зале перестраивается в голове. Два слоя метки. Служитель, который знал, что такое центральная печать. Попытка заставить меня немедленно подтвердить связь. Исчезновение знака. Запись о смерти. И теперь документ, согласно которому союз с Эрвином появился задолго до того, как мы сегодня впервые увидели друг друга.

— Подождите, — сказала я. — Этот лист точно сегодняшний?

— Бумага выдана сегодня утром, — ответил регистратор.

— Можно проверить?

— У каждого листа есть номер партии.

Он указал на край. Номер соответствовал сегодняшней выдаче.

— Тогда старую дату перенесли не с этого листа, — сказала я.

Эрвин сразу понял.

— Из другой записи.

— Да.

Регистратор побледнел ещё сильнее.

— Но система не переносит старые данные в первичную форму, если нет исходной карточки.

Мы с Эрвином посмотрели на него.

— Какой карточки? — спросила я.

Мужчина понял, что снова произнёс больше, чем собирался.

— Регистрационной.

— Вы сказали, что запись создаётся только во время церемонии.

— Да.

— Тогда откуда может взяться исходная карточка?

Он молчал. Эрвин произнёс:

— Отвечайте.

— В некоторых случаях предварительные сведения создаются заранее.

— Каких?

— Наследственные соглашения, государственные ограничения, особые решения Совета…

— Истинность входит в этот список?

— Нет.

— Тогда почему у нашей записи есть источник восемнадцатилетней давности?

— Я не знаю.

На этот раз я ему поверила. Он выглядел не виноватым. Испуганным. Эрвин взял документ.

— Где хранится исходная карточка?

Регистратор покачал головой.

— Здесь её нет.

— Где?

— Если запись настолько старая, она должна находиться в центральном архивном фонде.

— Палаты?

— Нет.

Эрвин неожиданно замолчал.

— Где тогда? — спросила я.

Он посмотрел на дату ещё раз. Его лицо стало очень серьёзным.

— В Имперском архиве.

— И мы можем туда попасть?

— Я могу.

— А я?

— После сегодняшнего события вам будет сложнее войти куда-либо, куда Палата не хочет вас пускать.

— Очень вдохновляет.

— Поэтому нам нужно отправиться раньше, чем появятся официальные ограничения.

Регистратор испуганно посмотрел на дверь.

— Лорд Кастен, Палата уже наверняка…

Эрвин поднял руку. Мужчина замолчал. Я снова посмотрела на исправленную дату. Восемнадцать лет. За восемнадцать лет до сегодняшнего определения кто-то уже внёс в систему связь между Сольвейг Эсмар и Эрвином Кастеном. Не предсказал. Не предположил. Зарегистрировал. Я медленно повернула документ так, чтобы старые цифры снова легли под боковой свет.

Они не исчезли. Ошибка была реальной. Эрвин встал рядом.

— Что думаете?

— Что ваша безошибочная судьба удивительно хорошо умеет оформлять документы задним числом.

— Или заранее.

Я взглянула на него. Он тоже понял самое неприятное. Если дата была настоящей, сегодняшний результат мог оказаться не решением магии. Он мог быть исполнением записи, сделанной восемнадцать лет назад.

— Кто имел право создавать такие карточки? — спросила я.

— Тогда система была другой.

— Это не ответ.

— Я знаю.

—И?

Эрвин взял папку со стола.

— И есть только одно место, где хранится оригинал.