Страница 39 из 79
Он наклоняется и целует меня в уголок губ. Крадется, как настоящий хищник. Но в этот раз птичка улетать и не думает. Сама тянусь к нему, сгорая от дикой потребности в его ласке. Целуемся сразу жадно, торопливо, несдержанно. Мы тут только вдвоем, такое редко бывает, и, как оказалось, очень сильно на нас влияет.
Но на этот раз Капралов первый отстраняется. Упираясь своим лбом в мой, он прикрывает глаза и спрашивает:
— Что нас ждет, Дань?
— Не знаю, – задыхаясь, я замолкаю, а после все же добавляю тихо: – Можем просто проверить.
Потом мы спокойно выходим. Сгорая от стыда за свои припухшие губы, прощаюсь со всеми, благодарю Николая за приглашение, с радостью отвечаю на теплые объятия Даши.
Уже когда завязываю шнурки, Боря говорит:
— Коль, так что насчет среды? Спроси Русика.
— Да, – кивает тот рассеянно, – Рус, закроешь в среду кофейню? Борян переезжает, ему мебель таскать некому.
— А Олеся не может?
— Олеся сегодня уже выходила не в свою смену.
— Ладно, – пожимает плечами Капралов, – не проблема. По камерам поконтролишь, как обычно.
Родион и Боря почему-то смеются, переглянувшись. А Николай протягивает руку и чуть толкает Руса в голову:
— Да не работает эта камера, дебилушка. И не работала никогда.
Смотрю на своего волчонка и вижу, как он меняется в лице. Напускная претензия сползает, как будто на акварельный рисунок плеснули водой. Руслан теряется. Всю историю не знаю, но о смысле догадываюсь, и мне снова почему-то становится больно за него.
— То есть ты не следил?
— Нет, Рус. Я тебе доверяю.