Страница 67 из 108
Я фыркаю и вытираю мокрые щеки. Я сегодня уже так нарыдалась, что завтра, наверное, с трудом смогу открыть глаза утром.
Сердце пропускает удар, когда слышу, как хлопает входная дверь. А когда братья заходят в комнату, мой пульс вообще сбивается с человеческого ритма. Боюсь поднять взгляд, потому что не хочу прочитать на лице Гордея то, к чему не готова.
Сижу на полу, съежившись, пока он сам не подходит и не опускается рядом со мной.
— Рыжик, ты как?
Теплые интонации сбивают с толку, и я смотрю на него растерянно. Глаза красные, а волосы у висков мокрые, но, кажется, он и правда не собирается меня бросать. Может быть, он просто сумасшедший?
— А ты? – спрашиваю тихо.
— Паршиво.
— Наверное, я тоже.
Гордый тянет ко мне руку, но я перехватываю ее в воздухе и поворачиваю так, чтобы рассмотреть сбитые костяшки.
— Что это?
— Он такой неловкий, – ухмыляется Ефим, – когда злится, вечно координацию теряет.
Потерянно трясу головой:
— В смысле? Ты..
— Да, успокойся, Маш, – Фим падает на свою кровать, – твой придурочный парень все стены в подъезде оббил. Некий компромисс, да? Ни одно чужое лицо не пострадало.
Гордей поджимает губы, а потом цедит угрюмо:
— Хотя стоило бы.
— Но мы договорились. Гордый? Договорились?
— Да, блин! Да. Фимочка, – последнее докидывает ядовито, видимо, чтобы позлить брата.
Тот вытаскивает из-под головы подушку и швыряет в Гордея.
— Эй, тут бокалы! – кричит Алиса и отвешивает обоим подзатыльники.
— Рукоприкладство! Я сообщу в органы опеки!
— Не забудь им сообщить, что ты идиот.
Пока они втроем ругаются, я, как ни странно, улыбаюсь. Беру Гордого за руку и подлезаю под нее так, чтобы он меня обнял. Тут совсем не страшно. Если их семья смогла пережить такую трагедию, разве я не смогу справиться с парочкой тупорылых шуток? Особенно, когда рядом со мной лучший парень.