Страница 41 из 88
— Я зла не держу. Но мне было неприятно. Не обещаю, что скоро отойду. Большего не скажу, – добавляю с иронией.
Поворачиваюсь и выхожу из кухни.
— Лана? – окликает Кир тихо.
— Что?
— Я напишу тебе вечером. Можно?
— Можно. Если не упаду в бассейн с пираньями.
И он снова искренне улыбается. А я сбегаю. Иду в комнату и ищу спасения рядом с Белым. Ввинчиваюсь на диван между ним и Бусом, замираю, глядя в экран телевизора.
Примерно так я и веду себя до конца недели. Держусь ближе к этим двоим, внутренне застыв, просто наблюдаю. Но к пятнице расслабляюсь. Малой резко меняет свое поведение. Весь флирт отключается, как будто рубильник опустили. Он снова просто мой улыбчивый кудрявый друг. Никаких намеков и странных взглядов. Только общие шутки и подколы.
Кирилл тоже выдерживает дистанцию, но иначе. Мы снова сутками переписываемся. В жизни же складывается впечатление, что он не знает, как ко мне подступиться. Только кружит рядом со мной, постоянно опаляет взглядом. Дважды чуть не сцепляется с Макаром в столовой, но Дима, как всегда, успевает прочитать его и вовремя остудить.
— Белый, он вообще, знаешь, такая мамочка, – воодушевленно выбалтываю все Нику на смене в пятницу. – Кормит нас, понимает как будто лучше всех.
— Лилу, я немного запутался, а в кого из них ты влюблена?
Тут же смущенно вспыхиваю:
— Ни в кого! Мы дружим.
— Ага.
— Что «ага»?
Ник посмеивается, протирая флаконы:
— Ничего. Просто ага. Не заводись. Парни реально классные, я рад, что ты нашла друзей.
— Я тоже. Правда, очень рада.
— Когда там ваша тусовка века?
— Завтра. Ты принес, что я просила?
— Да, в нашем шкафчике на верхней полке, не видела, когда переодевалась?
Я качаю головой:
— Не, торопилась. Я тебе деньги на карту скину. Зарплата же сегодня?
— Должна быть. Только я.. Лана, расход.
Мы резко расходимся в разные стороны, потому что в зале появляется Андрей. И хотя в магазине нет ни одного клиента, болтать нам все равно нельзя. Оставшиеся десять минут еле дорабатываю, так хочется уже сбежать. Обсуждать с пацанами какую-нибудь ерунду насчет дня рождения, переписываться с Кириллом, придумывать, что надену завтра. Со мной такое случается редко, но сейчас я чувствую себя беспечной девчонкой. Впервые не стопорю это ощущение, а наслаждаюсь им.
Помогаю девочкам убрать свои корнеры. Подсчитываю в блокноте свои продажи, записываю на руке, чтобы потом отправить Андрею.
— Погнали, Лилу, ровно девять, – Ник отбирает у меня блокнот и кидает к себе в накопитель.
Мы быстро переодеваемся, я убираю парфюм, который мне принес Никита, в рюкзак. Выходим вместе.
— Пока, Андрей! – друг улыбается менеджеру с каким-то непонятным для меня вызовом.
Подталкивает меня в спину так живо, что я едва успеваю тоже попрощаться.
— – .. – .– .. .– .– .–
Уже поздним вечером я сижу в своей комнате на полу, вырезаю из журналов картинки. Коллажи меня расслабляют. К тому же я хочу занять чем-то руки, пока напряженно вслушиваюсь в происходящее на кухне. Выжидаю.
И вот оно, наконец. Отец идет по коридору, подшаркивая тапками. Берет что-то с полки у выхода. Я знаю, что это сигареты. Когда он еще не совсем пьян, то курить выходит в общий коридор. Все складывается идеально. Захлопывается входная дверь. И тут уже мой выход. Почти бегу на кухню, вцепляюсь взглядом в мамино лицо. Черты уже смягчились и будто оплавились. Даже слишком. Можно было найти момент получше, но я сама виновата, слишком затянула.
— Мам?
— Да, Милаша, – она улыбается и смаргивает.
— Я хотела спросить. Завтра одноклассницы устраивают ночевку. Вроде девичника. Можно я тоже пойду?
Мама прищуривается, тянет:
— Ой, я не знаю. А кто будет?
— Мы втроем. Я и две девочки, – называю имена одноклассниц, с которыми, правда, особо не общаюсь, – Марина и Лида.
— А из взрослых будет кто?
— Родители Марины уезжают, но дома будет ее бабушка, – меня уже несет.
Мама вытягивает губы трубочкой. Думает. Я начинаю паниковать. Отец еще не успел докурить? Нет же?
— Ладно. Хорошо, иди.
— Спасибо! – мне почти хочется ее обнять. – Только ты папе не говори, ладно? Не скажешь?
— Милаш, ну как же я ему не скажу?
Как, блин. Вот так! Мне хочется закричать, но я сдерживаюсь, блокирую злость, представляю, как руками утрамбовываю ее глубже в свое тело.
— Он даже не заметит, что меня нет. Просто не говори. Пожалуйста.
— Ладно. Но если спросит, – она звякает горлышком о рюмку, – я скажу. Что тут такого? Просто девичник.
Я киваю. О большем и мечтать не стоило.
Входная дверь открывается, а я буквально отпрыгиваю к раковине. Наливаю в стакан воду и почти успеваю проскользнуть мимо отца.
— Лана! – окликает он, и вода из кружки выплескивается на пол в коридоре.
— Да?
— Зарплату перевели?
— Да, – отвечаю через силу, – но мне еще не пришла.
— Знаешь, что нужно делать?
— Конечно, – смиренно киваю. И наконец сбегаю.
Уже в комнате перевожу дыхание. Беру телефон.
Разгильдеев Кирилл
Ты где?
Разгильдеев Кирилл
Уже уснула?
Кицаева Милана
Нет, просто ходила на кухню за водой.
И это чистая правда.