Страница 80 из 129
— Розали, как чудесно встретить тебя здесь, — Лидия тепло улыбнулась мне, а затем присела в легком реверансе перед Родериком. — Герцог, рада видеть вас в добром здравии.
— Я не ожидал встретить вас на сельской ярмарке, — продолжил принц, обращаясь ко мне с теплой улыбкой.
— Мы привезли сестру моего мужа, — объяснила я, указывая на Софи, которая смотрела на принца и Лидию широко раскрытыми глазами. — Софи, это принц Альберт и леди Бервик.
Девочка сделала неуклюжий реверанс, и принц улыбнулся ей.
— Рад познакомиться, мисс Софи, — сказал он, слегка поклонившись. — Вам нравится ярмарка?
— О да! — воскликнула Софи. — Особенно сладости и кукольный театр!
Принц рассмеялся, и его взгляд вернулся ко мне.
— Мы с Лидией как раз обсуждали ваш проект школы, — сказал он, понизив голос. — Это замечательная инициатива. Что вы решили?
Я бросила быстрый взгляд на Родерика, чье лицо стало еще более напряженным.
— Я… еще размышляю над этим предложением, — ответила я уклончиво. — Это серьезное решение, которое требует тщательного обдумывания.
— Конечно, — кивнул принц с пониманием. — Но знайте, что если вы решитесь, у вас будет моя поддержка.
— И моя, разумеется, — добавила Лидия, сжимая мою руку. — Мы могли бы сделать что-то действительно значимое.
— Музыка прекрасна, не правда ли? — сказал принц, меняя тему. — Не окажете ли мне честь, леди Бельмонт, и не присоединитесь ли ко мне в танце?
Я замерла, не зная, что ответить. Отказать принцу было бы невежливо, но я чувствовала напряжение Родерика рядом со мной.
— Я… — начала я, но Родерик прервал меня.
— Конечно, моя жена будет рада, — сказал он с вежливой улыбкой. — Софи и я подождем здесь.
— А я составлю вам компанию, — сказала Лидия Родерику. — Давно хотела поговорить с вами о некоторых идеях.
Принц предложил мне руку, и я, бросив последний взгляд на Родерика, позволила увести себя на танцевальную площадку. Музыканты играли простую деревенскую мелодию, и танец был незамысловатым, но я чувствовала на себе взгляды многих присутствующих. Не каждый день принц танцует с кем-то на сельской ярмарке.
— Вы выглядите прекрасно, леди Бельмонт, — сказал Альберт, когда мы кружились в танце.
— Благодарю, ваше высочество, — ответила я, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри все сжималось от мысли, что Родерик наблюдает за нами.
— Я заметил, что многие женщины здесь знают вас, — продолжил принц. — Они смотрят на вас с таким уважением.
— Это наши с Лидией ученицы, — подтвердила я. — Мы помогаем им учиться читать и писать.
— Лидия рассказывала мне об этом, — кивнул принц. — Она говорит, у вас настоящий талант к преподаванию. Именно поэтому она предложила вам участвовать в создании школы.
— Леди Бервик очень добра ко мне, — сказала я.
— Она редко ошибается в людях, — ответил принц с улыбкой. — Если она считает, что вы можете возглавить такой проект, значит, так оно и есть.
Танец закончился, и принц проводил меня обратно к Родерику, Софи и Лидии. Я заметила, что лицо Родерика стало еще более замкнутым, хотя он вежливо беседовал с Лидией.
— Благодарю за танец, леди Бельмонт, — сказал принц, целуя мою руку. — Надеюсь, мы еще увидимся.
Он предложил руку Лидии, и они удалились, смешавшись с толпой.
— Он настоящий принц? — восторженно спросила Софи, глядя им вслед.
— Да, дорогая, — ответила я, бросая обеспокоенный взгляд на Родерика.
— Уже поздно, — сказал он, не глядя на меня. — Нам пора возвращаться.
Всю дорогу домой Родерик молчал. Софи, утомленная впечатлениями дня, вскоре заснула, положив голову мне на колени. Я гладила ее волосы, не решаясь нарушить тяжелое молчание.
Когда мы прибыли домой, было уже совсем темно. Родерик осторожно взял спящую Софи на руки и понес в дом. Я следовала за ним, чувствуя растущую тревогу.
— Я отнесу ее в постель, — сказал он тихо, когда мы поднялись по лестнице. — А затем мне нужно заняться некоторыми делами в кабинете.
— Родерик, — начала я, но он прервал меня.
— Уже поздно, Розали. Мы поговорим завтра.
С этими словами он направился к комнате Софи, оставив меня одну в коридоре. Я стояла, глядя ему вслед, чувствуя, как холод разливается по моему телу. Что-то изменилось, и я боялась, что наша хрупкая близость, едва начавшая расцветать, может быть разрушена.
С тяжелым сердцем я направилась в свою комнату, гадая, что принесет завтрашний день.