Страница 31 из 129
Когда шаги герцога стихли в коридоре, Грейс неожиданно произнесла.
— Его светлость так переживает…
— Переживает? — я удивленно посмотрела на неё. Лично я не заметила ничего особенного.
Впрочем, что я знала о его обычном поведении? Собранный и сдержанный, он двигался по комнате с той же уверенной грацией, что и всегда. Каждый жест выверен, каждое слово обдумано. Даже то, как он держал книгу, как поправлял закладку: во всем чувствовалась его обычная педантичность.
Я вспомнила, как он осматривал карточки с буквами: внимательно, методично, словно изучал важный документ. Как чуть заметно нахмурился, увидев неровный край одного из листов. Как выровнял стопку бумаг на столе одним точным движением. Ничего необычного: просто герцог, как и всегда, стремящийся к порядку и совершенству во всем, что его окружает.
Кто бы мог подумать, что за этой безупречной маской скрывается что-то ещё? Что-то настолько личное, что даже прислуга говорит об этом шепотом.
Еще меня поразило не столько замечание Грейс, сколько тон, которым оно было сказано — в нем слышалось искреннее сочувствие. Это было так непохоже на то, что я видела в доме Розали. Там слуги были словно тени: бесшумные, незаметные, занятые только исполнением своих обязанностей. Никто из них не осмелился бы даже подумать о том, что происходит в душе хозяев.
Я вспомнила, как однажды горничная леди Уилмор разрыдалась прямо во время утреннего одевания: ее мать была при смерти. «Если ты не можешь держать себя в руках, будь добра, найди другое место,» — только и сказала тогда леди Уилмор. К вечеру горничной уже не было в доме.
А здесь… Здесь все было иначе. И дело было не только в Грейс. Я вспомнила, как герцог говорил о ее успехах в учебе — в его голосе звучало неподдельное одобрение. Он мог бы просто кивнуть или вовсе проигнорировать ее старания, но вместо этого внимательно изучил написанное, нашел повод для похвалы. Более того, сам предложил книги, которые могли бы ей помочь.
Грейс придвинулась ближе и понизила голос почти до шепота.
— На прошлой неделе к леди Софи приезжал врач из столицы. Говорят… — она на мгновение замялась, словно сомневаясь, стоит ли продолжать. — Говорят, он настаивал на том, чтобы перевезти её в какое-то специальное лечебное заведение. Для более серьезного лечения.
— И что же герцог? — я невольно подалась вперед.
— Отказался наотрез, — Грейс покачала головой. — Марта — экономка, служившая здесь еще при старом герцоге, рассказывала… Покойная герцогиня, их матушка, умерла в похожем месте. С тех пор его светлость и слышать не хочет о том, чтобы отправить куда-то леди Софи.