Линия разлома

Глава 12

Холден

После сегодняшней победы я так устал, что едва могу держать глаза открытыми. Но Рай так раскачал остальных парней, убедив их, что нам нужно завалиться в дом Сигма Тау, чтобы отпраздновать. Честно говоря, мне меньше всего этого хочется, но я решаю пойти с ними ненадолго, просто посмотреть, чем всё обернётся.

Как только мы прибываем, братский дом превращается в размытое пятно звуков и движений. Люди толпятся повсюду, их голоса сливаются в шумный гул. Здесь чертов хаос. И сильно отличается от вечеринок, которые мы устраиваем у себя, это уж точно.

Никакого порядка в списке гостей, и сам дом уже — грёбаная катастрофа: полы липкие, стены усыпаны мусором, а состояние их общих ванных комнат — что-то из кошмара. Судя по всему, эти парни как следует не убирались здесь с начала 2000-х.

Но, думаю, всем насрать, не так ли? Им просто нужно место, чтобы тусить, пить, и им явно плевать на последствия.

Я пробираюсь к их импровизированному бару и беру себе пиво, надеясь найти в хаосе небольшой тихий уголок.

К этому моменту я уже окончательно потерял своих соседей из виду, так что я общаюсь с несколькими братьями Сигма Тау. Они нормальные ребята, и меня вполне устраивает легкая беседа, тем более они, кажется, хотят потешить мое эго.

— Ты сегодня был просто огонь, Бекер, — говорит один из них, чокаясь со мной хлипким пластиковым стаканчиком.

— Спасибо, чувак. — Я быстро киваю ему, уходя от похвалы. Легко поддаться этому ажиотажу, но я предпочел бы хоть раз не выглядеть избалованным придурком. — Мы все хорошо сыграли.

Они соглашаются и начинают бубнить о какой-то драме с соседним женским клубом. Насколько я могу судить по своим половинчатым попыткам слушать, похоже, девчонки пробираются к ним и воруют их сборные фотографии. Они собрали уже как минимум десять штук за прошлые годы, и никто не может понять, кто это делает и когда.

Мне, в общем-то, плевать на всю эту ситуацию. Последние десять минут я пытаюсь найти возможность отойти от них, отчаянно сканируя толпу в поисках знакомого лица.

И тут я замечаю Кайю на другом конце комнаты.

Она прислонилась к стене, глаза сверкают от смеха, пока она болтает с каким-то парнем, которого я не узнаю. Они увлечены разговором, их лица в нескольких дюймах друг от друга, и я чувствую укол чего-то горячего и кислого в животе.

Я пытаюсь подавить это, говорю себе, что это ничего не значит, что я веду себя нелепо. Но когда парень убирает волосы Кайи за ухо, шепча ей что-то, я теряю всякое подобие контроля.

Я прерываю разговор, в котором участвую, выдумываю какое-то дерьмовое оправдание, чтобы уйти. Затем пробиваюсь сквозь толпу к Кайе, сердце колотится.

— Привет, извините, что вмешиваюсь, — говорю я, обращая внимание на случайного парня рядом с ней. — Один из твоих парней только что упомянул, что ты большой фанат хоккея. Решил подойти поздороваться.

— Э-э. — Он странно смотрит на меня, переводит взгляд на Кайю, как будто она может быть в курсе шутки. — Да, нет, на самом деле. Извини, чувак.

Ну, блять. Это был выстрел наугад, и он не сработал, как я надеялся.

Глаза Кайи на мгновение расширяются, а затем сужаются в мою сторону. Она ни на секунду не купилась на мое дерьмо.

— Так вот, короче, — тянет она с раздражением в голосе. — Пока, Бек.

Когда она поворачивается ко мне спиной, по моей шее ползет жар. Стыдно, насколько очевидным я сейчас себя веду, но я не могу заставить себя остановиться.

— Так о чем вы двое говорили? — снова встреваю я, пытаясь сохранить голос беззаботным.

Парень теперь поворачивается ко мне и оценивающе осматривает меня с головы до ног. Он высокий и мускулистый, с идеальной шевелюрой и улыбкой на миллион ватт.

Что за кусок дерьма.

— Просто разговариваем. — Он приподнимает бровь в раздражении. — Тебе что-то нужно, чувак?

Я закипаю, кулаки сжимаются по бокам. Я не знаю, что именно в этом парне, но я чувствую, что от него одни проблемы. Он смотрел на Кайю, как на кусок мяса, и мне это, блять, не нравится.

Когда напряжение между нами растет, Кайе становится не по себе. Она поворачивается к придурку рядом и спрашивает: — Слушай, может, я найду тебя позже?

Он расстроен, но быстро приходит в себя. Протянув руку, быстро сжимает плечо Кайи, прежде чем отойти. — Конечно, тогда и поговорим.

Когда он выходит из зоны слышимости, Кайя снова переводит на меня пылающий взгляд, обе руки на бедрах.

— Если я раньше не знала, что ты пытаешься мне помешать, то теперь я уверена на все сто процентов.

— Ну, разве это не приятный сюрприз, — говорю я, откровенно игнорируя ее комментарий. — Я видел тебя вне аудитории два раза за одну неделю. Должно быть, какой-то рекорд.

Она закатывает глаза, теребя браслет на запястье. — Просто нужно было выбраться из квартиры на время.

Я прочищаю горло, впиваясь взглядом в ее внешность. На ней облегающий топ, подчеркивающий каждый изгиб, и крошечная юбка, демонстрирующая длинные ноги. Тусклый свет дома заставляет ее сиять, и мне трудно сосредоточиться на чем-то еще.

— Ты все еще на охоте за интрижкой, — говорю я, пытаясь быть беззаботным.

Ее хмурый взгляд углубляется. — Тебя это вообще касается?

— Просто пытаюсь поддержать разговор, Каррас, — говорю я, поднимая руки в знак капитуляции. — Кроме того, я почти уверен, что в прошлую пятницу ты сама сделала это моим делом.

Она издаёт раздраженный вздох. — Да, ну, это была ошибка в суждениях.

— Правда?

— Очевидно, раз ты и твои приятели так не хотите мне помогать.

— Что, если я скажу, что теперь хочу? — предлагаю я, делая шаг ближе.

— Да? — спрашивает она, приподнимая одну бровь в вызове. — И кого же ты имеешь в виду?

К своему удивлению, я выпаливаю: «Себя» — даже не задумавшись.

Она смотрит на меня, моргая от шока. — Что?

— Ты, должно быть, знаешь, что я хочу тебя, Каррас, — признаюсь я, сердце колотится в ушах. — Я хотел тебя столько, сколько себя помню. И если тебе нужна всего одна ночь, можешь рассчитывать на меня.

Ее выражение лица меняется с шока на замешательство, а затем на сильный скептицизм. — Это шутка?

— Что угодно, только не это.

Наступает болезненная пауза, а затем: — Всего одна ночь?

— Всего одна, — эхом отзываюсь я, пульс подпрыгивает к горлу.

Она смотрит на меня долгим взглядом, закусывая нижнюю губу, обдумывая мое предложение. Наконец, тяжело и медленно сглатывает и говорит: — То есть, ты хочешь снова меня подвезти?