Страница 27 из 105
Глава 9
Кайя
Я сижу на кровати, бессмысленно уставившись в экран компьютера. Волна разочарования и беспомощности захлёстывает меня. Последние несколько дней были тяжёлыми, и я до сих пор не отошла от ссоры с Холденом.
Между нами теперь толстая линия неразрешённого напряжения — как воздушный шарик, который вот-вот лопнет в любую секунду. Именно поэтому я избегала его всю неделю.
Я на третьей попытке перечитать одну и ту же строку, когда Лиззи врывается в мою комнату, едва выдавливая улыбку. Я вопросительно приподнимаю бровь, ожидая, когда она наконец расскажет, что у неё на уме.
— Ты помнишь Рая, да? — наконец спрашивает она, бросая сумку на пол и плюхаясь на край моего матраса.
Я закатываю глаза. — Кто ж его забудет?
— Ну, он пригласил меня сегодня вечером отметить после игры, — говорит она с ноткой отстранённости.
— Ладно? — Я даже не поняла, что они обменялись номерами после вечеринки на прошлой неделе. Она с тех пор ни разу не упомянула его имени, даже когда я вяло пыталась выведать. — Я за тебя рада?
— Ну, хочешь пойти? Сегодня всё по-тихому, — небрежно говорит она. — Просто парни, которые там живут, и несколько близких друзей.
Я думаю об этом мгновение. С одной стороны, было бы неплохо выбраться из комнаты ненадолго. С другой — идея сидеть с кучей незнакомцев и слушать, как они хвастаются своей победой, звучит не особо привлекательно.
— У меня нет настроения раздавать похвалы кучке парней, которых я не знаю.
— Но ты же знаешь Холдена, — спорит Лиззи, поигрывая бровями.
— Ага, это не главное преимущество, Лиз.
— Оу, ты всё ещё злишься из-за вашей маленькой перепалки на днях?
Когда я пришла домой во вторник, кипя от самосожаления, Лиззи потратила уйму времени, слушая, как я разглагольствую о нашей ссоре. Я почти уверена, что она слушала вполуха, но было приятно иметь кого-то, с кем можно поговорить об этом, кроме Элио.
— Нет, мне плевать, что он обо мне думает. — Ладно, возможно, мне не совсем плевать, особенно потому, что он случайно использовал то самое оскорбление, которое я ненавижу всем сердцем. Но я не собираюсь признавать это вслух. По крайней мере, не Лиззи. — Но я всё равно расстроена из-за всей этой ситуации в целом.
— И это значит, что ты должна сидеть в своей комнате одна все выходные?
— Нет, но это значит, что мне нужно работать вдвое усерднее, чтобы подготовиться к нашей первой встрече.
— Это всего одна ночь, Кайя, — её голос смягчается. — Тебе не обязательно оставаться надолго. И кто знает — может, тебе даже будет весело.
Я вздыхаю, разрываясь между чувствами. Часть меня хочет согласиться на её предложение, но другая, гораздо большая, слишком упряма, чтобы сдвинуться с места.
— Я не пойду.
— Ладно. Как хочешь.
— Веселись, — бросаю я вслед, когда она выходит из моей комнаты, и лёгкое сожаление накрывает меня, когда дверь со щелчком закрывается.
И пока я сижу здесь одна, я пережёвываю свою вспышку на днях. В глубине души я знаю, что была резкой, но трудно отпустить тревогу, которую я испытываю из-за всей этой ситуации.
Мысль о том, что придётся делить своё время с Холденом, тревожит меня, и я не могу отделаться от этого чувства. Не помогает и то, что он ткнул в одну из моих самых глубоких неуверенностей.
Я солгала Лиззи лишь наполовину. Холден может составить любое мнение обо мне, и это не то, из-за чего я буду не спать по ночам. Я прекрасно знаю, что я не избалованная стерва, даже если моя старшая сестра швырялась той же фразой всю мою жизнь.
Но она всегда ошибалась, и Холден тоже ошибается.
Что плохого в том, чтобы хотеть, чтобы всё шло по плану? Разве не в этом смысл постановки целей? Если я усердно работала ради чего-то, если я действительно это заслужила — будьте уверены, я получу то, что заслуживаю, в конце концов.
Каждую последнюю часть этого.
После выходных, проведённых в изоляции в своей квартире, я иду в кабинет доктора Кхатри с узлами в животе. Она прислала нам письмо с просьбой о встрече после занятий, и это грызло меня весь день. Я знаю, что это только предварительная встреча, но нервы всё равно берут надо мной верх.
Я была в её приёмные часы бесчисленное количество раз, но всё равно не могу перестать благоговеть перед ней. Она гениальный учёный, и мне повезло, что она мой научный руководитель, даже если время придётся делить.
Когда я захожу в приёмную перед её кабинетом, я вижу Холдена, развалившегося на скамейке, — спокойного и собранного, как обычно. Я молча сажусь рядом с ним, отказываясь признавать его присутствие. Кто-то может счесть моё поведение мелочным, но в этот момент мне всё равно.
— Привет, — он приветствует меня вздёрнутым подбородком. — Слышал, ты почти удостоила нас своим присутствием в субботу вечером.
Наглость этого человека поражает меня. Он ведёт себя так, будто между нами ничего не произошло, будто наша жаркая ссора была плодом моего воображения. А я вот до сих пор не отошла от той конфронтации.
— Хм, — издаю я неопределённое мычание.
— Твоя соседка, Люси, сказала, что пыталась вытащить тебя из твоей маленькой норки, — усмехается он, низко и глубоко. — Но ты просто не поддалась, да?
— Её зовут Лиззи, — говорю я, раздражение нарастает. — И ты правда думал, что я приду? Поздравить тебя с большой победой? Может, на этот раз ты назовёшь меня стервой при всех своих друзьях?
— Вообще-то, я просто надеялся, что ты снова назовёшь меня малышом.
Я с отвращением качаю головой, но по шее ползёт лёгкий жар. — Ага, без трастового фонда впереди это звучит не так сильно.
Как раз когда он собирается ответить, дверь кабинета распахивается перед нами. Мы молча проходим за доктором Кхатри внутрь, и она начинает с обзора наших проектов.
Пока я слушаю, как Холден бубнит, я понимаю, почему этот тандем может иметь больше смысла, чем мне показалось сначала. Доктор Кхатри выбрала не только потому, что мы оба хотели её, но и потому, что наши проекты похожи по своей сути.
В то время как Холден сосредоточен на минимально инвазивном лечении болезни Паркинсона
6
, мой центр — на стимуляции мозга при депрессии. Это интересно, на самом деле, как он описывает имплантацию через кровеносные сосуды
7
. По-видимому, это жизнеспособная альтернатива текущей процедуре, которая является инвазивной
8
, болезненной и вызывает необратимые повреждения.
Метод, который он хочет исследовать, полностью исключил бы необходимость в трепанации черепа
9