Мы же друзья

Глава 20

Глава 20

Самый большой идиот на свете

Он вышел из её подъезда и остановился посреди двора. Дождь всё ещё шёл — холодный, осенний, липкий. Он стоял под ним, не чувствуя холода, и смотрел на её окно. Свет горел. Она была там. И она только что выгнала его.

— Ты потерял меня той ночью, когда ушёл, — её голос всё ещё звучал в голове. — Ты просто не заметил.

Он сжал кулаки так, что ногти впились в ладони. В груди было пусто и больно. Он чувствовал себя так, как будто с его души содрали кожу — и оставили голым, дрожащим, беззащитным.

И впервые за три года он понял: он не может без неё. Не «не хочет» — не может. Как без воздуха. Как безо льда под коньками. Как без шайбы на крюке клюшки.

Он развернулся и посмотрел на дверь подъезда. Она была закрыта. Он мог бы позвонить в домофон. Мог бы стоять под её окнами и кричать. Но он не хотел больше быть тем, кто давит, кто требует, кто приходит, когда ему удобно.

Он хотел быть тем, кто остаётся.

Он достал телефон. Руки дрожали. Написал:

«Я не уеду. Я буду ждать. Сколько нужно. Я понял, что я потерял. И я хочу это вернуть. Не как друг. Как твой мужчина. Пожалуйста, дай мне шанс. Я не уйду, пока не скажу тебе всё. Даже если ты не откроешь — я буду стоять здесь. Я клянусь, что больше никогда не сбегу».

Отправил. Серая галочка. Синяя — прочитано.

Он сел в машину, опустил сиденье и уставился на её окно. Свет горел. Она не отвечала.

Но он ждал.

Прошёл час. Два. Три. Он не спал. Он смотрел на окно, и перед глазами проносились все три года, которые он потратил на трусость.

Он вспоминал, как впервые увидел её — в той компании, где Саша представила их. Она хмурилась и смотрела на него так, будто он уже что-то украл. А он ухмыльнулся и подумал: «Какая дерзкая. Интересно, сколько у неё уйдёт времени, чтобы понять, что я не тот, кто ей нужен».

А потом оказалось, что он — именно тот. Просто он боялся это признать.

Он вспоминал, как впервые остался у неё ночевать — в другой комнате. Как она дала ему плед и сказала: «Только не буди утром». Как он лежал и слушал её дыхание сквозь стену и чувствовал себя дома.

Он вспоминал фильмы, мороженое, ночные поездки по городу. Её смех, когда он рассказывал глупые истории про работу. Её глаза, когда она смотрела на него и верила, что он однажды одумается.

Он вспоминал ту ночь. Как она смотрела на него сверху вниз, как её губы шептали его имя, как она кончила и выгнулась под ним. И как он сбежал, потому что испугался, что скажет «я люблю тебя».

Он ударил ладонью по рулю.

— Я идиот, — прошептал он вслух. — Самый большой идиот на свете.

Он снова посмотрел на окно. Свет погас. Она легла спать.

Он не уехал. Он остался в машине и просто смотрел на тёмное окно, пока не начался рассвет.